Представим: перед нами семья в которой один из членов семьи имеет инвалидность, причем он сертифицированный дайвер, а его buddy — это его ближайший родственник, член той же семьи. Как эта семья влияет на общество вокруг себя? и влияет ли? Влияет, и еще как! Попробуем в этом разобраться. Перед нами прекрасный пример, который позволяет увидеть, как частные случаи становятся двигателями социальных изменений.
Конкретная семья, где инвалид и его родственник совместно занимаются дайвингом, влияет на развитие института семьи в целом через несколько ключевых механизмов. Это влияние проявляется не на уровне законов, а на уровне социальных практик, культурных норм и общественного сознания.
На вступительном фото к статье: Ольга Боброва проходит курс PADI Rescue Diver (инструктор — Елена Воробьева, Хургада, 2018) чтобы стать надежным напарником по погружениям своему мужу Дмитрию Павленко (четверная ампутация).
При раскрытии темы, я часто использую термин «инвалид». Делаю я это не для того, чтобы обидеть кого-либо из читателей а сугубо для краткости изложения, не более. Всех, кого может задеть или оскорбить подобное обращение, глубочайше прошу меня извинить. Д.К.
Павел И Анастасия Щербаковы Готовятся к первому погружению с берега курса OWD, Хургада 2025.
Создание новой наглядной «модели возможного»
До этого общество (и многие другие семьи с инвалидами) могло считать, что жизнь в такой ситуации — это исключительно лечение, трудности и ограничения. Эта семья своим примером опровергает устоявшийся стереотип.
Что меняется: Они создают и демонстрируют работающую альтернативу — модель «семьи-партнерства», где инвалидность — не приговор к изоляции, а один из параметров жизни, который можно успешно интегрировать в активную и насыщенную реальность.
Воздействие на институт: Другие семьи, видя этот пример (в соцсетях, в дайв-клубе, в своем окружении), начинают пересматривать свои собственные возможности. Это рождает вопрос: «А почему мы не можем так же?». Так зарождается новая социальная норма.
«Когда окружающие смотрят на нас, они впервые не спрашивают: “Как ты справляешься?”, а говорят: “Значит, и я смогу!» делится своими впечатлениями Анастасия Щербакова (Н. Новгород).
«Для меня дайвинг стал, реально доступным нам обоим совместным увлечением, чему мы очень рады до сих пор, что вывело наше понимание активного отдыха на совершенно другой уровень. И думаю, что многое, из того, что мы сейчас делаем, мы бы делать не стали, просто потому, что не узнали бы «что так можно было».» Ольга Боброва, PADI Rescue Diver, DDI Assistant Diver, супруга Дмитрия (DDI Advanced OWD, ампутация ног и рук).
Субботина Юля, сафари по южному маршруту Красного моря. Фото Максима Трусевича, 2024.
Трансформация понятия «заботы»
Традиционная забота — это обеспечение базовых потребностей: накормить, одеть, обеспечить безопасность. Совместный дайвинг поднимает планку заботы на качественно новый уровень.
Что меняется: Забота теперь включает в себя обеспечение качества жизни, психологического благополучия, самореализации и ярких впечатлений. Это переход от пассивного ухода к активному совместному проживанию жизни.
Воздействие на институт: Институт семьи обогащается новой ценностью. «Хорошо заботиться» теперь означает не только оберегать, но и помогать человеку жить полной жизнью, рискуя и открывая новое вместе с ним.
«Я бы еще раз сделала акцент на том, когда в любой паре, независимо от инвалидности, появляется общий интерес, то это сильно дополнительно скрепляет [отношения]. Мы становимся командой: вместо быта, вместо обсуждения обязанностей, долгов, проблем с родителями, какие-то сложностей и трудностей, вместо этого начинается фокусировка [нашего] внимания на позитивном: когда и куда поедем, а какое оборудование купить, а что видел, а как себя чувствовала и т.д, Это совсем другой фокус внимания. И укрепление пары во всех отношениях. Для меня это очень важная составляющая.» Субботина Юля, PADI AOWD, опытный дайвер: совершила более 100 погружений в Красном и Черном морях, на Кубе и на Мальдивах, на Байкале; участник дайвинг-сафари и дайвинг-лагеря, параплегия (травма спины).
Формирование нового социального запроса
Такая семья перестает быть пассивным получателем тех услуг, которые ей предлагают. Она сама начинает формировать спрос на новые услуги и изменения.
Что меняется: Эта семья ищет (и часто находит или требует создать):
Инструкторов по дайвингу, подготовленных для работы с инвалидами.
Доступные дайв-боты и инфраструктуру.
Специальное адаптивное снаряжение.
Воздействие на институт: Семья становится агентом изменения рынка и социальной сферы. Бизнес и общественные организации вынуждены реагировать на новый запрос, создавая инклюзивную среду для всех. Это меняет саму структуру доступных обществу услуг.
Ирина с приемными дочерями Софией и Аленой на первом занятии курсе PADI OWD, Хургада 2023.
Перераспределение ролей и укрепление семьи
Совместное рискованное и увлекательное дело кардинально меняет внутреннюю динамику.
Что меняется: Родственник перестает быть просто «опекуном» или «сиделкой», а становится партнером, другом, товарищем по команде. Человек с инвалидностью перестает быть «обузой», а становится источником общей цели, радости и гордости.
Воздействие на институт: Это укрепляет саму семью как ячейку, основанную на эмоциональной близости и общих интересах, а не только на долге и необходимости. Институт семьи получает еще одно доказательство, что его прочность зависит от качества эмоциональных связей, а не только от формальных обязательств.
«Мой buddy — не просто мой родственник. Мы — команда. Мы проживаем это приключение вместе, и это дает смысл каждому дню.» Анастасия Щербакова, PADI Scuba Diver
«Дети с инвалидностью усыновленные из детских домов зачастую имеют не только дефицит социального опыта, но и недостаток внимания и любви. Это еще более задерживает их развитие. Погружаясь вместе с девочками, мы вместе испытывали яркие впечатления. Переживаемые сильные эмоции стали основой для формирования глубоких чувств привязанности и доверия друг к другу. … Я думаю, что создание таких теплых, доверительных отношений в семье ускоряет социально-психологическую адаптацию ребенка с инвалидностью в общество. Он чувствует за спиной мощную поддержку семьи.» Ирина Базик, PADI OWD, приемная мама двух дочерей с инвалидностью.
Изменение общественного дискурса
Когда такая семья появляется в публичном пространстве (осознанно или нет), она меняет отношение общества в целом.
Что меняется: Вместо жалости или неловкости люди начинают видеть силу, компетентность, мужество и радость. Это ломает стигму и меняет язык обсуждения инвалидности с языка проблем на язык возможностей.
Воздействие на институт: Общественное мнение — это почва, на которой растут законы и социальные программы. Изменяя отношение на бытовом уровне, такие семьи готовят почву для более масштабных институциональных изменений, делая общество в целом более готовым к принятию инклюзии.
«Эта поездка помогла в установлении прочных эмоциональных связей нашей семьи. Эта поездка помогла девочкам почувствовать себя частью семьи, сильной семейной командой, которой по плечу справиться с любыми трудностями.» Ирина Базик
Краткий итог:
Эта конкретная семья с дайверами-партнерами действует как социальный инноватор.
Она бросает вызов устаревшим нормам («инвалид = беспомощность»).
Она создает и обкатывает на практике новые модели семейных отношений (партнерство вместо опеки).
Она формирует спрос на изменения в инфраструктуре и услугах.
Таким образом, развитие института семьи — это не абстрактный процесс, а сумма таких частных примеров. Каждая семья, которая находит смелость и ресурсы жить полной жизнью, несмотря на обстоятельства, вносит свой вклад в это развитие, расширяя границы того, что считается «нормальной» и возможной семейной жизнью для всех.
Ольга и Дмитрий преодолевают течение. Хургада, 2018.
