Архивы Статьи - Князев DA!

Детальный отчет по курсу обучения дайверов с параплегией и двойной ампутацией ног.

На фото: Craig Wood PADI AOWD дайвер с ампутацией ног и руки во время дайвинга на Красном море. Фото Дмитрия Князева, дайвинг-лагерь Deptherapy.

Предисловие к переводу.

Этот отчет я обнаружил в начале своей работы над проектом Open Water Challenge в интернете. Находка стала для меня большой удачей. Я только знакомился с обучением дайвингу людей с инвалидностью и всякий четко изложенный практический опыт был для меня очень полезен.

В то время я был под впечатлением, что сразу несколько российских источников посетовали, что методики обучения дайверов с инвалидностью не существует, и им пришлось разрабатывать свою. Эта информация меня сильно обескуражила. Отчет расширила мое представление о глубине мирового опыта, показал, что почти 50 лет назад уже началась системная работа по вовлечению в дайвинг людей с ограниченными возможностями здоровья. Появилась надежда, что за прошедшие полвека человечество создало методику как обучения дайверов, так и подготовки инструкторов. Что вскоре для меня подтвердилось знакомством с HSA, IAHD, Deptherapy, DDI и другими ассоциациями.

Прежде, чем приступить к знакомству с отчетом, следует воздать должное людям, которые организовали в 1974 году и провели первое углубленное практическое исследование возможностей людей с тяжелыми травмами заниматься дайвингом – подводный археолог Nicholas Coit Fleming и дайвинг-врач Yehuda Melamed.

Нынешние методики обучения дайверов с инвалидностью могут отличаться в деталях от подходов, предложенных Николосом и Иегудой. И оборудование для дайвинга стало дружелюбнее и удобнее в использовании, что несколько расширяет возможности дайверов, повышает их безопасность.
Сегодня спустя 45 лет большая часть выводов и предложений, сделанных авторами, актуальны и полезны. Их призыв приглашать в свои клубы дайверов с инвалидностью обращен ко всему дайверскому сообществу – и к профессионалам, и к любителям. И этот призыв должен быть услышан.

Nicholas Coit Flemming (слева) и Yehuda Melamed (справа). Наши дни.
Николас Флемминг – подводный археолог… на инвалидной коляске.

После ухода из армии, перед началом учебы в Кембридже, Николас Флемминг (Nicholas Coit Flemming, род. ноябрь 1936) прошел курс BSAC по погружению с аквалангом, которые только-только обрели популярность благодаря Жаку Кусто. После этого он отправился на «подводные каникулы» в Грецию.

Николас рассказывает, что дайвинг пошел легко, и у него была масса возможностей наблюдать по сторонам. «Первым звоночком» интереса к будущей профессии стала терраса в десяти метрах под водой с большими пещерами, выходящими на нее. Не было никаких предпосылок, что этот странный рельеф был вырезан естественным путем. Кто же создал его? Это было удивительно и завлекательно.

В университете Ник с двумя друзьями основал Группу подводных исследований Кембриджского университета (Cambridge University Underwater Exploration Group). В 1958 году он составил карту Аполлонии – подводного греческого города, который ранее был обнаружен британским пилотом вертолета. Городу было около 2600 лет, и он затонул из-за землетрясения. Это было первым из многих археологических исследований Ника, которые принесли ему мировую известность.

Доктор Николас Флемминг на лекции.

Доктор Николас Флемминг, морской гео-археолог, долгие годы возглавлял Институт океанографии. Флемминг руководил многими научными организациями и международными проектами по исследованию мирового океана.
Николас Флемминг – вице-президент Общества морской археологии (Nautical Archaeology Society), инициатор и участник множества археологических экспедиций. Автор около 150 публикаций, книг и статей по археологии и истории человечества. (Видео лекции Флемминга Человечество и миллион лет изменения уровня моря).

В 1969 году в результате автомобильной аварии Николас был парализован от поясницы, состояние, известное в медицине как параплегия. В 1970-73 годах он настойчиво работал над изучением возможностей для занятия дайвингом людям с ограниченными возможностями здоровья. При этом он максимально полно придерживал программы тренировок и тестов BSAC. В 1974 году с одобрения вице-президента BSAC Алекса Флиндера (Alex Flinder) Николас подготовил курс обучения дайвингу для мужчин с серьезными травмами и нарушениями здоровья.

Несмотря на инвалидность, Николас Флемминг не прекратил погружаться с аквалангом. Более того, он может быть признан первым в мире дайвинг-инструктором с параплегией. Именно он выступил как ведущий инструктор во время обучения группы дайверов, отчет о котором представлен вашему вниманию.

Yehuda Melamed, инструктор #1 в Израиле
Сертификат №1 выданный Израильской ассоциации дайвинга инструктору Yehuda Melamed

Иегуда Меламед (Yehuda Melamed, род. 17 февраля 1943 года) – израильский врач, специализирующийся в области медицины дайвинга и гипербарической медицины . Он является основателем первых гипербарических медицинских центров ВМФ Израиля, нескольких гражданских медицинских бароцентров в Хайфе,  Црифине и Эйлате.

Меламед является членом и официальным врачом Общества подводных исследований Израиля, ответственным за безопасность и предотвращение несчастных случаев при погружениях с аквалангом.

Доктор Иегуда Меламед: слева – перед барокамерой в Медицинском центре Элиша (2010); справа – у двери барокамеры в Институте Морской Медицины на базе Genesis в Хайфе (1978)

После войны 1973 года, Меламед продолжил военную службу на постоянной основе в подразделении коммандос израильского ВМФ Shayetet 13 в качестве врача. Он основал и руководил Израильским военно-морским медицинским институтом (INMI), пока не вышел в отставку в 1995 году в звании капитана (военно-морской флот).

Отчет по курсу обучения погружению с аквалангом дайверов с параплегией и двойной ампутацией ног с оценкой физиологических и реабилитационных факторов.

Report of a scuba diving training course for paraplegics and double amputees with an assessment of physiological and rehabilitation factors.
NC Fleming, Institute of Oceanographic Sciences, UK
Y Melamed, Israel Undersea Exploration Society, Haifa, Israel
Источник: Rubicon Research Repository

Аннотация

Отобраны шесть мужчин с тяжелыми формами инвалидности, которые способны плавать и физически пригодны для дайвинга. Четверо из них параплегики – T4, Т6, T12 и L3; и двое имеют ампутацию ног: один с ампутацией обеих ног выше колена, другой с ампутацией одной ноги выше и второй ниже колена.
Четверо обычно передвигаются только в инвалидных колясках: трое парализованных с высоким уровнем поражения позвоночника и один с более тяжелым случаем двойной ампутации ног.
История болезни и текущее физическое состояние представлены для всех слушателей курса.

Предоставлен ежедневный отчет о пятидневном ознакомительном курсе дайвинга, во время которого слушатели прошли целиком обычную программу тренировок с аквалангом в бассейне в соответствии с требованиями CMAS (Confederation Mondiale des Activites Subaquatiques) и BSAC (British Sub Aqua Club).
Курс завершился практическими погружениями в открытом море.

Сделан вывод о том, что обучение самостоятельному дайвингу является отличной реабилитационной активностью для людей с инвалидностью со следующими ограничениями:

  • дайвер с параплегией не должен погружаться в море с поражением выше T5;
  • ни один параплегик, чья травма была вызвана ДКБ (декомпресионной болезнью), вообще не должен нырять;
  • дайвер с ограниченными возможностями здоровья не должен совершать декомпрессионные погружения.

Определены общие ограничения, в том числе к погодным условиям и т.д.
Даны рекомендации для будущих курсов обучения, а также для организации контроля за погружением инвалидов в школах и клубах дайвинга.

Курс дайвинга в Институт имени Вингейта (Wingate Institute). Нетания, Израиль, 1974. Фото любезно представлено Howard Rosenstein/Fantasea

Обучение дайвингу людей с тяжелыми случаями инвалидности

Введение

С 1940-х годов было признано, что спорт предлагает инвалидам уникальную возможность улучшить свое здоровье, развлечься и добиться социальной вовлеченности и признания. С момента появления, благодаря сэру Людвигу Гутману, в 1948 году Сток-Мандевильских игр, этот аспект реабилитации получил общественное признание во всем мире.
(29 июля 1948, в день открытия Олимпиады в Лондоне, Dr. Guttmann организовал первое соревнование среди атлетов-колясочников, которое получило название в честь местечка Сток-Мандевиль, где находится одноименный госпиталь, специализирующийся на травмах позвоночника. Эти соревнования стали стартовой точкой Паралимпийского движения. Прим. ДК)

Больничная жизнь характеризуется определенной заорганизованностью и необходимостью контролировать одновременно многих субъектов небольшим количеством персонала. Естественно, что в таких условиях, акцент обычно делался на командных и состязательных играх. Эти игры в западной культуре пользуются большим уважением, так что люди с ограниченными возможностями здоровья социально интегрируются, участвуя в них и даже выигрывая.
Меньшее внимание уделяется одиночным видам спорта, характеризующимися, например, как крайний случай, суровым одиночным покорением Эвереста. Этот класс спорта включает катание на лыжах, греблю на каноэ, парусный спорт, альпинизм, дайвинг, верховые походы, спелеологию, прыжки с парашютом, дельтапланеризм и т.д. Их иногда называют «приключенческими» или «экстремальными» видами спорта .

Большинство этих видов деятельности связаны с риском. Кроме того, характерной чертой является то, что сложно обеспечить контроль за участниками на открытых пространствах, вне помещений. Может показаться извращением побуждение к участию в таких мероприятиях людей, которые однажды уже получили тяжелые травмы или инвалидность.
Тем не менее, есть хороший аргумент в пользу этого, но он будет представлен в конце этой статьи. На данный момент лишь скажем, что существует психологическая разница между командными соревновательными играми и экстремальными видами спорта; и что люди, которых привлекает одно, часто не привлекаются другим.
Таким образом, согласившись, что любой спорт имеет реабилитационную ценность, мы получаем, что приключенческий спорт адресован другой, отличной категории населения с ограниченными возможностями здоровья. И степень риска для них не выше, чем у людей без ограничений здоровья, поскольку основное искусство обучения этим видам активности заключается в том, чтобы научить контролировать риски в допустимых пределах, адаптируя техники и вводя дополнительные ограничения на выполняемые задачи.

Определение проблемы

Плавание давно признано спортом, несущим огромную пользу, хотя, обычно оно ограничивается бассейном, и нам известно лишь несколько примеров людей с серьезными нарушениями здоровья, которые пытаются плавать на большие расстояния в открытом море.

Известно несколько человек, освоивших подводное плавание. Однако, для того, чтобы инвалиды могли широко получать навыки безопасного дайвинга, формальных шагов к определению стандартов обучения дайвингу и установления дайвинг-квалификаций предпринято недостаточно.

Так, армия Соединенных Штатов провела несколько курсов на Гавайях для солдат с ампутациями одной и двух ног. Инструктор на Гуаме сообщил нам о дайвере, который научился нырять, хотя ему ампутировали одну руку по плечо, а другую — на уровне запястья.

На этом этапе мы должны определить, что мы подразумеваем под лицом с серьезными нарушениями, и на какую степень самодостаточности надо ориентироваться для предоставления допуска к участию в курсе обучения.

С точки зрения дайвинга, ампутация одной ноги не является серьезным препятствием, потому что многие люди могут хорошо плавать и с одной ногой. Есть проблемы с ходьбой при ношении снаряжения, но они не являются медицинскими или физиологическими проблемами, а кроме того, не связаны с самим дайвингом.
Отсутствие кисти или руки – это препятствие серьезнее, так как дайверу часто приходится манипулировать своим оборудованием под водой. Тем не менее, эта проблема из числа тех, которые решаются за счет предварительных наставлений и последующим внимательным надзором со стороны подготовленного инструктора по дайвингу, который следит за безопасностью ученика. В этом нет особых медицинских проблем.

Виды инвалидности, которые мы рассматриваем здесь, характеризуется двойной ампутацией ног или параплегическим поражением позвоночника. Детально ограничения безопасного дайвинга будут обсуждаться ниже, но очевидно, что любая травма, которая влияет на дыхание, пазухи, сердце человека и т.д., немедленно лишает его возможности погружаться в открытой воде.

Важно также определить степень независимости инвалида в дайвинге, которую мы намерены достичь. В 1966 году г-н Причард в Кении показал, что дайвинг возможен даже при поражении шейного отдела. Он совершил погружение в сопровождении двух друзей, которые спустили его на воду, одели ему акваланг и погрузили его под воду. Такая практика имеет огромное психологическое значение для человека, который наслаждается подводным миром, но никак не является безопасным самостоятельным погружением.
В конце 60-х и начале 70-х годов некоторые люди с параплегией обнаружили, что дайвинг для них возможен, и начали обучаться самостоятельно без чьей-либо поддержки, физиотерапевтов и т.д. В частности Robert Head из Лондона (Англия), который много лет был активным дайвером с частичным поражением T10.

Мы стремимся достичь следующего уровня независимости дайвера:

  • Кандидат проходит медицинской тест пригодности для дайвинга так, чтобы его спутники не беспокоились о его здоровье.
  • Он сам может прибыть к месту погружения, присматривать за своим снаряжением для дайвинга, но ему может понадобиться помощь при посадке в лодку и в доставке его снаряжения до воды.
  • Одевшись, он может плавать без посторонней помощи, нырять, настраивать свое снаряжение, выполнять все обычные упражнения по безопасности, плавать в компании напарника, следить за ходом погружения, контролировать свой спуск и всплытие, доплыть по поверхности к лодке в случае необходимости.
  • В лодке ему, вероятно, потребуется дополнительная помощь, чтобы снять его оборудование и помочь вернуться на борт.
  • В случае, если он потерял лодку, он может надуть компенсатор и продержаться нескольких часов.

Определенный выше уровень независимости обеспечивает высокую степень безопасности дайвинга, и позволяет инвалиду присоединяться к группам вместе с дайверами без ограничений здоровья, наслаждаться созерцанием подводного мира, заниматься фотографией, изучением окружающей среды или подводными науками и даже исследованиями.

Курс дайвинга в Институт имени Вингейта (Wingate Institute). Нетания, Израиль, 1974. Фото любезно представлено Howard Rosenstein/Fantasea

Медицинские и физиологические требования

В июле 1974 года шесть человек с инвалидностью были отобраны из числа участников программы реабилитации раненых солдат Армии Обороны Израиля. Критерии медицинского осмотра были такими же, как и для любого человека, желающего пройти курс дайвинга. (ссылки: Bennett and Elliott «Physiology and Medicine of Diving», Stanley Miles «Underwater medicine» CMAS, NAUI, MAC и т.д.). Помимо этого, каждый случай был рассмотрен особо с учетом причин и последствий травмы. Подтверждено соответствие участников по критериям: нормальное состояния психологической системы, центральной нервной системы, уха, горла и носа, а также пазух. Короче говоря, потенциальный дайвер должен быть в хорошей форме.

Входное обследование включало в себя подробную историю болезни (анамнез), описание текущего физического состояния, а также оценку характера заявителя, насколько об этом можно было судить. Что касается отобранных дайверов с инвалидностью, то для них были учтены все вышеупомянутые факторы, а также восемь следующих специальных требований:

  1. Дыхательная система должна полностью быть в нормальном состоянии. Все дыхательные мышцы должны быть под контролем, а поражение позвоночника — не выше Т5, предпочтительно не выше Т8.
  2. Чрезвычайно важно, чтобы состояние кожи при параплегии было нормальным без каких-либо травм, пролежней. Для пациентов с ампутациями шрамы должны быть полностью зажившими или быть близко к этому, по крайней мере, не менее трех месяцев после операции.
  3. У параплегиков не должно быть никакой инфекции мочевыводящих путей, и он должен полностью контролировать мочу и кишечник, с внешней помощью или без нее.
  4. Особое внимание должно быть уделено личности инвалида: он должен демонстрировать самодисциплину, адекватно оценивать свои способности и недостатки. Он должен иметь устойчивый характер, способный переносить состояние тревоги и противостоять панике. Он также должен уметь взаимодействовать с коллективом, принимать указания старшего без обид.
  5. Он должен быть отличным пловцом, регулярно активно плавать, в том числе в море.
  6. Он должен выполнить все физические тесты и упражнения, связанные с подготовкой к курсу, и при необходимости пройти специальный психо-терапевтический тренинг.
  7. Если он страдает параличом, его инвалидность не должна была быть вызвана ДКБ (обсуждение причин ниже), ни артериовенозной мальформаций, ни поперечным миелитом.
  8. Лицам с частичными повреждениями позвоночника, независимо от причины, следует учесть, что существует вероятность того, что дайвинг может усугубить поражение. Нет никаких свидетельств о том, что это когда-либо происходило, кроме случаев с инвалидностью, вызванной ДКБ, но теоретически это возможно. В то же время, известны несколько случаев, когда люди с частичным травматическим поражением ныряют без каких-либо побочных эффектов.
Nicholas Coit Fleming (слева) со своим бадди. Николас возглавлял группу инструкторов на данном курсе. Фото снято в Шарм Эль Шейх, середина 70-х. Фото любезно представлено Howard Rosenstein/Fantasea.

Описание участников курса

Участник A
Год рождения:
1947
Дата травмы: 28 February 1969
Тип травмы: Проникающее огнестрельное ранение в правую верхнюю часть грудной клетки, травмированы легкое и пластинка дуги четвертого грудного позвонка, с разрывом нервных корешков на правой стороне и контузией спинного мозга.
Состояние после лечения Состояние после декомпрессионной ламинэктомия на уровне Т4-5. Пуля во время проникновения вызвала внутрипаренхимальное кровоизлияние в верхнюю вершину правого легкого и гемопневмоторакс, и была прооперирована. Через неделю после операции все рентгеновские снимки были в пределах нормы. У больного осталась параплегия Т4.
Медицинская история: До травмы сказать не о чем, Участник А всегда был здоров.
Текущее физическое состояние: Кроме результата травмы, патологий не обнаружено. Легкие и сердце в пределах нормы.
Примечание: Вследствие наличия «высокой» травмы было решено, что этот человек не подходит для морских погружений, но ему было разрешено участвовать в упражнениях в бассейне, проводимых под полным контролем. Это было сделано для того, чтобы более точно определить реальные пределы для дайверов с ограниченными возможностями. Участник А выполнил большинство упражнений правильно, но было ясно, что кратковременные интенсивные нагрузки вызывали затруднение дыхания. Это связано с тем, что он дышал только диафрагмой.

Участник В
Дата рождения: 4 сентября 1945 г.
Дата травмы: 21 июля 1970 г.
Тип травмы: Огнестрельное ранение грудной клетки. Двусторонний гемопневмоторакс с переломом шестого ребра и лопатки. Параплегия Т6.
Лечение: Проникающее ранение сзади в левое плечо и выходная рана в правом плече. Всасывание применялось дважды и через 4 дня после трахеотомии его состояние улучшилось.
У него осталась параплегия с уровнем чувствительности T6. Рентген грудной клетки и сердца показал, что все в пределах нормы.
История болезни: согласно контрольному листу анамнез исключал любое заболевание в прошлом или настоящем.
Текущее физическое состояние: кровяное давление 70/110, 60 секунд спустя — 70. Уши, евстахиевы трубы, пазухи и глотка в пределах нормы. Грудь, хорошее расширение, хорошее альвеолярное дыхание на обоих легких. Пульс — 70, ритм синусовый правильный, в пределах нормы. Рентгенография грудной клетки — нормальная. Положение сломанного 6-го ребра правильное, небольшое утолщение плевры в этой области.
Паралич с сенсорным уровнем Т6. Кожа на ногах здоровая без каких-либо пролежней. Хорошее кровоснабжение конечностей.
Заключение: Случай В прошел ознакомительный курс, успешно выполнил все упражнения, что зачтено инструкторами, в том числе одно погружение на 7 метров в открытом море.

Участник C
Дата рождения: 1947
Дата травмы: 27 августа 1970 г.
Тип травмы: Огнестрельное ранение вошло в правую часть заднего позвонка Т12, прошло через селезенку и вышло через левую сторону тела.
Лечение: проведена спленэктомия. Состояние после лечения: параплегия с уровнем чувствительности L2. Было несколько инфекций мочевыводящих путей, но покинул больницу в хорошем состоянии.
История болезни: Согласно контрольному листу, анамнез исключает любое заболевание в прошлом. После травмы всегда здоров, только случайные инфекции мочевыводящих путей.
Текущее физическое состояние: артериальное давление — 110/70, пульс — 60, 80, 70, 60. Уши, евстахиева труба, барабанная перепонка, глотка в пределах нормы. Грудная клетка — хорошее расширение, альвеолярное дыхание обоими легкими. Сердце — регулярный синусовый ритм в пределах нормы.
Неврологический — параплегия с сенсорным уровнем L2. Нет ощущения положения, нет ощущения вибрации, нет рефлексов в ноге, рефлекс живота в пределах нормы, отсутствует рефлекс нижнего эпигастрия, нет чувствительности в области половых органов, нет чувствительности в сфинктерах. Рентгенография грудной клетки — патологий не выявлено.
Заключение: Участник C успешно прошел ознакомительный курс, успешно выполнил все упражнения, что зачтено инструкторами, в том числе одно погружение на 7 метров в открытом море.

Участник D
Дата рождения: 2 ноября 1947 г.
Дата травмы: 10 июня 1967 г.
Тип травмы: Компрессия «конского хвоста» на уровне III, IV (компрессия корешков в нижнем отделе позвоночного канала. Прим. ДК).
Лечение:
декомпрессионная ламинэктомия.
Состояние после лечения: Поражение L3-5. Состояние после гемоторакса справа, состояние после разрыва печени (лапаротомия).
История болезни: Согласно медицинской карте, до травмы не было никаких заболеваний. После травмы был паралич ниже колен.
Текущее физическое состояние: артериальное давление — 130/8. Пульс — 80, 100, 80. Уши, пазухи, нос, евстахиева труба, глотка без патологий. Грудная клетка — хорошее расширение, альвеолярное дыхание в обоих легких. Сердце — синусовый ритм регулярный 80. В пределах нормы. Рентгенография грудной клетки — патологий легких и сердца не обнаружено.
Неврологический — паралич ниже колен. С контролем сфинктеров.
Заключение: Участник D успешно прошел ознакомительный курс, успешно выполнил все упражнения, что зачтено инструкторами, в том числе одно погружение на 7 метров в открытом море.

Участник E
Дата рождения: 20 октября 1945 г.
Дата травмы: август 1969 г.
Тип травмы и лечение: ампутация выше колена справа. Разрыв и перелом правой руки. Ампутация левой стопы.
История болезни: записи медицинской карты показывают, что всегда был здоров.
Текущее физический состояние: Артериальное давление — 110/70. Пульс — 60, 80, 60. Уши, нос, евстахиева труба, пазуха, глотка без патологий. Грудная клетка — патологий не обнаружено. Рентгенография грудной клетки — патологий легких и сердца не обнаружено. Небольшой металлический фрагмент 0,5 см х 0,5 см ниже ребра 10 на левой стороне. Все шрамы зажили отлично и сухие.
Заключение: Участник Е успешно прошел ознакомительный курс, успешно выполнил все упражнения, что зачтено инструкторами, в том числе одно погружение на 7 метров в открытом море.

Участник F
Дата рождения: 1947
Дата травмы: октябрь 1973 г.
Травма и лечение: ампутировали обе ноги выше колена.
История болезни и настоящее физическое состояние: Здоров.
Заключение: Участник F успешно прошел ознакомительный курс, успешно выполнил все упражнения, что зачтено инструкторами, в том числе одно погружение на 7 метров в открытом море.

Физеотерапия и физический тренинг

Yehuda Melamed врач тренинга готовится к погружению. Синайский п-ов, 70-е годы. Фото любезно представлено Howard Rosenstein/Fantasea

Медицинское обследование позволяет выявить наличие противопоказаний к дайвингу, связанных с инвалидностью, но даже, если кандидаты подходят по медицинским показаниям, они могут не соответствовать по спортивной подготовки. Дайвинг требует наличия быстрых реакций и способности к физическим нагрузкам, и поэтому очень важна физическая форма. Участники курса дайвинга должны быть в состоянии вытянуть 1/8 -1/5 веса тела на каждую руку при полном подъеме рук через стороны. Они должны регулярно плавать и вести активный образ жизни, включая частые перемещения в и из инвалидной коляски или ходьбу с костылями.

Если имеющийся уровень физической активности кандидата на курс, его физическое состояние не удовлетворяют медика или инструктора по физической подготовке, которые принимают решение о допуске к погружениям, тогда следует пройти серию тренировок за несколько недель до начала обучения дайвингу. Эти тренировки должны включать, по крайней мере, ежедневно час плавания, упражнения с планкой, ходьбу с ходунками и упражнения с гантелями, боксерскими грушами и т.д.

Описание курса дайвинга, июль 1974

Шесть участников, о которых говорилось выше, были отобраны Организацией реабилитации инвалидов-ветеранов Израиля (Zahal Disabled Veterans Organisation, ZDVO, прим. ДК ). Медицинские осмотры были проведены Иегудой Меламедом и Дэном Харелом. Курс проходил с 11 по 16 июля в Тивоне, небольшом городке недалеко от Хайфы, Израиль. Была сформирована инструкторская группа, которая включала дайвинг инструкторов, инструкторов по плаванию и физиотерапевтов. Важным моментом является то, что каждого инвалида в тренировочном бассейне сопровождал инструктор по дайвингу, а при погружении в море – два инструктора . Видимость в бассейне была около 3,0 метров. Заранее была исключена возможность проведения подводных занятий, когда один инструктор контролировал бы сразу несколько учеников.

Предварительный тренинг

Участники собрались в бассейне в Тивоне за неделю до начала курса и были проверены на умение плавать. Они приобрели комплекты из маски и трубки и плавали с ними в бассейне.

Распорядок курса

Изначально планировалось, что курс будет в течение полного дня, по 6 часов, включая лекции и занятий в бассейне. Однако, некоторые участники должны были продолжать учебу и сдавать экзамены по утрам, и поэтому расписание было перенесено и начиналось в 15.00, 19.00 или даже позднее. Таким образом, у учеников был очень тяжелый день.
После четырех дней занятий в бассейне и теоретических лекций, был проведен один день дайвинга в открытом море в Акко (или Акра портовый город на северо-западе Израиля. Прим. ДК).
Ученики сами перемещались на колясках в бассейн, на лекции и обратно, сами переодевались в плавки, и в большинстве случаев могли входить и выходить из бассейна без посторонней помощи.

Занятия в бассейне с дайвером с параплегией. Фото любезно предоставлено Nicholas Coit Fleming.
Учебная программа

Учебная программа основывалась на стандартах British Sub-Aqua Club (BSAC) для дайверов 3 и 2-го классов и на методах подготовки Подводной Федерации Израиля ( Israel Underwater Federation, CMAS).
(3-d Class Diver и 2-nd Class Diver — квалификации, которые в настоящий момент не поддерживаются BSAC. Third Class Diver соответствует примерно OWD, а Second Class Diver – примерно AOWD. Прим. ДК)

ДЕНЬ 1: Демонстрация инструктором по обучению дайверов с инвалидностью (Nicholas Coit Flemming) следующих упражнений в бассейне:
(а) Надеть маску и трубку на бортике бассейна и войти в воду.
(б) Подгонка маски и трубки во время плавания.
(в) Нырок с поверхности на глубину 3 метра.
(d) Пронырнуть 20 метров под водой.
(д) 3 кувырка вперед под водой на одном вдохе.
(f) 3 кувырка назад под водой на одном вдохе.
(g) Дыхание через трубку без маски, лежа лицом вниз в воде.
(h) Подгонка акваланга в воде у бортика бассейна.
(i) Установление плавучести с помощью воздушного надувного спасательного жилета (ABLJ).
(j) Снятие и возврат маски и загубника регулятора под водой.
(k) Снятие весового пояса, маски и акваланга под водой и свободное всплытие.

Затем участники проплыли по 180 метров на поверхности в ровном темпе. Участник A с Т4 был значительно медленнее остальных, хотя замер времени во время плавания не был предусмотрен.

Затем участники продемонстрировали способность задерживать дыхание и уверенно держаться на воде, лежа лицом вниз, плавая на поверхности, как можно дольше. Время без гипервентиляции было следующим: Участник А — 35 сек; Участник В — 1 мин 42 сек; Участник С — 1 мин 35 сек; Участник D — 1 мин 20 сек; Участник Е — не участвовал; Участник F — 28 сек.

Ученики висели на краю бассейна и дышали через трубку без маски в течение одной минуты. Все успешно адаптировались, за исключением Участника А, которому пришлось ещё попрактиковаться. Затем все участники проныривали 20-30 метров на одном дыхании, время колеблется от 20-40 секунд.

Ученики демонстрировали подводные кувырки вперед и назад с маской и трубкой. Все ученики выполнили по 3 кувырка на одном дыхании, за исключением Участника А, который мог сделать только два. Было ясно, что, каким бы опытом и самообладанием в воде не обладал человек, это упражнение требовало большего контроля над дыханием и вдохом, чем тот, который доступен при использовании только диафрагмы.

Затем ученики практиковали подгонку маски и трубки во время плавания или при зависании в бассейне. Для человека без ласт с парализаций или с двойной ампутаций это гораздо сложнее, чем кажется, так как подъем рук над водой приводит к затоплению тела и головы.
Наиболее эффективный прием заключался в следующем: участник нырял на 3 метра и брал на дне маску и трубку. Затем, пока приспосабливал маску, трубку прятал в плавки. Поскольку во время одевания маски голова и рот погружались в воду, требовалась задержка дыхания, маска неизбежно становилась заполнена водой. Когда маска была зафиксирована на лице, ученик, помогая себе одной рукой, плавал на поверхности и дышал через рот, другой в это время он прилаживал трубку. На задержке дыхания трубка была вставлена на место и затем можно было очистить маску от воды, делая вдох через трубку, а выдыхая в маску.
Большинству учеников понадобилось несколько попыток, прежде чем они успешно прошли этот тест. Участник А нашел его очень трудным, из-за сложности для него предотвращения вдоха через нос.

Во время этого занятия в бассейне ученики находились в воде почти два часа, большую часть времени они активно занимались упражнениями, а часть провисели у бортика. Из-за сложности для них входа и выхода из бассейна, они старались делать это по-минимуму. Несколько учеников поцарапали или ободрали ноги, несмотря на частые предупреждения. На последующих занятиях все ученики, страдающие параличом нижних конечностей, носили эластичные спортивные наколенники, а в углу на бортике бассейна был размещен спортивный мат.

Лекции до и после бассейна включали следующие темы: мобильность для дайвера с ограниченными возможностями; физика дайвинга; законы о жидкостях (закон Бойля, закон Чарльза, закон Далтона, закон Генри); обзор физиологии дайвинга; дыхательная система; опасность гипервентиляции и неправильного дыхания.

Курс дайвинга, Израиль, 1973. Фото любезно представлено Howard Rosenstein/Fantasea

ДЕНЬ 2: ученики провели 25 минут в бассейне, повторяя упражнения, изученные в первый день. Затем, чтобы проверить уверенность в себе и чувство направления, все ученики проплыли одну дистанцию в бассейне по поверхности с полностью затемненной маской.

За этим последовала 45-минутная лекция у бассейна по следующим темам с демонстрациями: регулировка ABLJ (Adjustable Buoyancy Life Jacket. Прим. ДК), наполнение и установка баллона ABLJ, регулировка плавучести при погружении, контроль дыхания, принцип работы регулятора дыхания, установка регулятора на баллон, проверка давление в баллоне, важность выдоха при подъеме, сигналы руками.

(ABLJ использовался для двух целей: одна, для обеспечения плавучести дайвера, другая, в качестве спасательного жилета, который можно быстро надуть даже на глубине. Первые ABLJ надувались с помощью небольшого баллона с углекислым газом, а затем небольшим воздушным баллоном. Прим. ДК)

Все ученики наполнили минибаллоны своих ABLJ из баллонов своих аквалангов и вошли в воду для своих первых упражнений с оборудованием. В каждом случае ученик входил с угла бассейна, из положения сидя, экипированный маской, трубкой и ABLJ. Акваланг опускался рядом с учеником, в то время как он висел, держась за поручень, и инструктор помогал ему подогнать комплект и отрегулировать подвеску. С надутым ABLJ ученик мог одеть акваланг без посторонней помощи. Одновременно в бассейне было два или три ученика, каждый со своим инструктором. Сначала ученики погрузились, чтобы отрепетировать сигналы руками. Затем они выполнили следующие тесты: две дистанции 30-метрового бассейна в погруженном состоянии в акваланге; выполнение кувырков и петель для демонстрации контроля ориентации; контроль плавучести с помощью дыхания; очистку маску от воды.

Результативность была очень разной. Участник А был хорош при плавании и в сигналах руками, но не смог снять маску; Участник В действовал настолько уверенно, что несколько раз полностью снимал маску и обменивался маской со своим инструктором под водой; Участники С, D и Е показали хорошие результаты; Участник F был уверенным и успешным, но ему было трудно сохранять равновесие в воде.

Каждый погрузился под воду с аквалангом на 20-30 минут. Хотя они носили ABLJ, им не разрешили самим регулировать плавучесть в первый день, чтобы избежать опасности передува и вылета на поверхность. Инструктор корректировал плавучесть сам в случае необходимости.

Лекций в этот день не было.

ДЕНЬ 3: На тренировке в бассейне сначала все ученики поныряли, чтобы отрепетировать упражнения предыдущего дня.
После сборки и надевания ABLJ и акваланга, им предстояло выполнить следующие испытания: кувырки вперед и назад; снять и вернуть на место мундштук регулятора; снять и одеть маску под водой.
Участник А пробыл под водой 16 минут, но ему не удалось очистить маску; остальные ученики выполнили тесты в следующие сроки: В — 16 минут, С — 9 минут, D — 9 минут и Е — 14 минут. Участник F испытывал чрезвычайные сложности с балансировкой своего положения. Им с инструктором пришлось плотно поработать, прикрепляя грузы в различных положениях на корпусе, пока стабильность не была обеспечена. Это было достигнуто путем подбора грузов к ABLJ на верхнем уровне груди. Участник F провел под водой 18 минут.

Затем была проведена лекция и демонстрация на бортике бассейна по следующим темам: работа ABLJ, контроль всплытия, эффект ношения гидрокостюма, влияние давления на изменение плавучести костюма и ABLJ, влияние физической активности, холода и глубины на расход воздуха, изменения сопротивления дыханию в зависимости от глубины и давления в баллоне. Была продемонстрирована правильная последовательность надевания оборудования.

Затем все ученики со своими инструкторами нырнули в бассейн и выполнили следующие упражнения: погрузиться и попеременно дышать с инструктором из одного регулятора в течение нескольких минут; проплыть один бассейн под водой, подняться на поверхность, перейти на трубку, проплыть бассейн по поверхности; проплыть под водой один бассейн с затемненной маской. Все ученики успешно прошли эти тесты.

Вечером была лекция на следующие темы: физиология человека под внешним давлением; влияние различных газовых законов применительно к газам, находящихся в теле человека; Закон Дальтона и различные виды отравления газами; про кислород, азотный наркоз, угарный газ, углекислый газ и углеводородные газы.

Затем последовала лекция по мобильности для людей с инвалидностью в дайв-экспедициях, в том числе о методах пересечения неровностей, преодоления препятствий, пребывания в кемпинге и преодолении тяжелых условий походной жизни.

ДЕНЬ 4: Курс собрался в бассейне, чтобы попрактиковаться в продвинутых упражнениях по подгонке и снятию комплекта скубы во время погружения и по спасению жизни. Было дано объяснение, что снятие подводного снаряжения под водой возможно будет полезно в определенных видах чрезвычайной ситуации, и что надевание подводного оборудования уместно при смене комплектов во время длительной декомпрессии и т.д. Однако, очевидно, что основными целями этих испытаний было обретение учениками полного контроля за снаряжением и уверенность под водой.

Для снятия снаряжения под водой ученикам было предложено выполнить следующие действия: сесть на дно, снять поясной ремень и положить его на ноги; расстегнуть ремни скубы и сбросить лямку с одного плеча, развернуть баллон перед собой и скинуть лямку с другого плеча, опустить баллон рядом с дайвером и положить его на дно так, чтобы регулятор находился ближе к дайверу; снять маску и трубку и положить их на дно; закрывая вентиль баллона, сделать один большой вдох и, полностью закрыв баллон, подниматься на поверхность медленно, все время выдыхая.

Для одевания оборудования все снаряжение было опущено на глубину 2-3 метра с открытым вентилем баллона, загубник регулятора был спрятан под грузовым ремнем для предотвращения свободного выброса воздуха. Ученикам было предложено действовать следующим образом: нырнуть вниз, достать мундштук и начать дышать из регулятора; взять грузовой пояс, лежащий на баллоне, и положить поперек ног; сидя на дне, взять маску, одеть и очистить её от воды; поднять баллон, просунуть одну руку через лямку, повернуть баллон за спину или пронести его над головой, продеть другую руку в плечевую лямку, затянуть пряжку на поясе, надеть грузовой пояс; проплыть один бассейн под водой, затем медленно подняться на поверхность.

Были даны объяснения, что второе упражнение намного сложнее, чем первое. Ученики должны выполнить первое упражнение в обязательном порядке, чтобы претендовать на морское погружение, но они не будут отстранены от морского погружения, если не смогут выполнить второе.
Для параплегиков, не контролирующих свои поясные мышцы, следует принять во внимание, что оба упражнения требуют чрезвычайно острого чувства равновесия и непрерывных легких движений руками, чтобы предотвратить падение. Затем Nicholas Coit Flemming продемонстрировал одевание оборудования под водой, используя технику, рекомендованную в инструктаже.

Участники выполнили упражнения со следующими результатами:
A — не достигнут необходимый контроль при попытках выполнить эти упражнения. Был проведен интенсивный инструктаж по контролю дыхания и баланса и по очистке маски. Быстро подтянулся.
В — снял оборудование быстро и спокойно. У него были проблемы с балансом во время одевания снаряжения, и инструктор прижал ноги, чтобы повысить стабильность. Выполнены оба теста.
C — как для B, но мог бы выполнить упражнение без посторонней помощи.
D — как для В.
E — оба упражнения выполняются быстро и спокойно без посторонней помощи.
F — оба упражнения выполняются быстро и спокойно без посторонней помощи.
Участники В — F были в восторге от этих тестов и выполнили их по несколько раз, чтобы повысить свою эффективность. Затем инструкторы по очереди с каждым учеником продемонстрировали спасение, подняв их на поверхность и отбуксировав вдоль бассейна. Ученикам было показано, что они могут помочь дайверу, попавшего в сложную ситуацию, сбросив его весовой пояс и/или надувая его ABLJ. Эти упражнения учениками не выполнялись.

Вечером была проведена лекция на следующие темы: строение и функции пазухи, уха, евстахиевой трубы, барабанной перепонки; кровообращение и дыхание, функция альвеол, риск эмболии и блокировки альвеол, опасность потери тепла и обезвоживания; планирование погружений.

Затем последовала лекция о техниках для людей с ограниченными возможностями по переходу их с берега на водолазные катера, заход в море и выход из воды с различных видов пляжей и береговой полосы, а также вход в воду с лодок и возвращение обратно.

Группа и инструкторы на набережной в гавани Акко. Фото любезно предоставлено Nicholas Coit Fleming.

ДЕНЬ 5: Группа и инструкторы встретились на набережной в гавани Акко в 07:15. Ранний час был выбран, чтобы попытаться избежать ветра, который поднимается в течение дня.
После тщательной консультации и обсуждения, Yehuda Melamed и Nicholas Flemming решили, что для Участника А небезопасно будет нырять в море с аквалангом. Несмотря на то, что он, несомненно, обладал превосходной умственной и эмоциональной готовностью к дайвингу, высота поражения в Т4 делала дайвинг опасным для него в любом месте, кроме, как в бассейне под наблюдением.
В 07:50 первая пара учеников, В и F, поднялась на борт 8-метрового водолазного катера в сопровождении дайвинг инструкторов, врача (Yehuda Melamed), физиотерапевтов и наблюдателей. На глубине 8 метров лодка была поставлена ​​на якорь. Ученики сами вошли в воду через борт, инструкторы помогли им надеть акваланги на поверхности воды. Каждый ученик погружался в сопровождении двух инструкторов, видимость составляла менее 3 метров. Они ушли под воду на 20 минут, а затем вернулись к лодке. Участник F смог сам без посторонней помощи выйти из лодки в воду и сам подняться на лодку. Участнику В помощь потребовалась.

Лодка вернулась на берег, и личный состав поменялся, чтобы остальные четыре участника курса могли побывать в море. Ученики С и Е выполнили то же погружение, что и первая пара, при слабом ветре с полуметровой волной. Ученик D нырнул последним, к тому времени, около 10.00, был сильный ветер и волны около 1,0 метра. Ученик А благополучно проплавал с маской и трубкой около получаса, но не погружался с аквалангом.

22 июля 1974 года Участники A, C, D и E провели демонстрационное погружение в спортивном центре для инвалидов Beit Halochem , недалеко от Тель-Авива. Бассейн был длиной 50 метров с отличной чистой водой. Демонстрация была зафиксирована подводными фотографиями и подводным телевидением. Несколько сотен зрителей наблюдали за демонстрацией у бассейна. Участникам были вручены сертификаты, отражающие их достижения.

Обсуждение

Эффективность курса

Курс, описанный выше, был разработан как ознакомительный, чтобы продемонстрировать, что люди с серьезными нарушениями могут безопасно овладеть техникой подводного плавания, и установить для них оптимальные техники погружений и методы обучения.
Процесс прохождения курса был представлен здесь максимально подробно. Это сделано с тем расчетом, что власти, желающие последовать этому примеру или усовершенствовать его, естественно, будут очень осторожны, не говоря уже о скептиках. Поэтому было важно предоставить точные доказательства наличия прогресса у обучающихся. Вопрос о дальнейшем их обучении будет обсуждаться ниже.

Максимально допустимая степень травмы

Эта проблема уже обсуждалась в разделе о медицинских критериях, но здесь она рассматривается не с физиологической точки зрения, а со стороны безопасности погружений в открытом море.
Было ясно продемонстрировано, что параплегическое поражение T4 препятствует погружениям в открытом море. Несмотря на то, что Участник А проявил наибольшую смелость, самоконтроль и компетентность в воде, ослабленность дыхательных мышц была критической.
Напротив, Участник В с травмой Т6 был в полной безопасности. Это подтверждает теоретический прогноз, что T5 является самой высокой травмой, при которой может быть разрешено занятие дайвингом в определении самостоятельности, принятом в данном проекте. Любой ученик с поражением выше T8 должен быть предварительно тщательно обследован.

Наиболее серьезные проблемы безопасности связаны с обеспечением контроля за положением тела в воде и ограничениями, возникающими из-за того, что руки дайверу требуются как для движении, так и для работы с оборудованием.
Параплегики имели хороший контроль за положением при плавании, хотя ступни имели тенденцию немного всплывать. Но у них возникали некоторые проблемы с более сложными упражнениями в бассейне из-за недостаточного контроля мышц в районе пояса.
Наоборот, пациенту с двойной ампутацией обеих ног выше колена было трудно контролировать положение своего тела при плавании с аквалангом, но у него не возникало затруднений при сидении на полу бассейна. Ученик F счел необходимым прикрепить грузы на уровне талии, чтобы добиться лучшего положения при плавании с аквалангом.

Особая опасность для параплегиков заключается в том, что они не знают о положении своих ног, если не смотрят на них. Это довольно затруднительно при ношении маски и акваланга, поэтому существует риск, что их ступни или колени столкнуться с камнями, кораллами или обломками. Если одет костюм, полностью закрывающий тело, то риска ободранностей или порезов нет, но при отсутствии длинного костюма следует соблюдать крайнюю осторожность.

Особое внимание уделено ситуации параплегических поражений или других типов паралича, возникающих в результате кессонной болезни. Вывод довольно прост: человек, который приобрел инвалидность и парализован в результате кессонной болезни, не должен снова нырять, и это относится и к спинному, и к черепномозговому декомпрессионному поражению, даже если излечение достигнуто с применением рекомпрессии .

В данном отчете авторы для обозначения декомпрессионной, или кессонной болезни (Decompression sicknes), сокращенно — ДКБ (DCS), используют термин bend (основное значение «изгибаться», «искривляться», применительно к данной ситуации можно перевести как «ломка») или spinal bend.

Дело в том, что ДКБ классифицируется по симптомам. В самых ранних описаниях ДКБ использовались термины: «bends» («изгибы») для боли в суставах и со всем, что связано с скелетной системой; «chokes» («удушья») при проблемах с дыханием; и «staggers» («пошатывания») для неврологических проблем. В 1960 году была принята более простая классификация, использующая термин Type I («простые») для симптомов, связанных только с поражением кожи, опорно-двигательного аппарата, или лимфатической системы, и Type II («серьезные») для симптомов поражения, где затронуты другие органы (например, центральная нервная система). Эта система, с небольшими изменениями, все еще может использоваться сегодня.

Чтобы не усложнять перевод, я использую везде термин ДКБ. Но обращаю внимание, что авторы имели в виду «bends», т.е. ДКБ, связанную с поражением суставов и скелетной системы. Прим. ДК

Обсуждение с доктором Х.В. Хемплеманом (HV Hempleman) и доктором Х.Л. Франкелем (HL Frankel) привело к следующим обоснованиям. «Спинная» кессонная болезнь повреждает спинной мозг в результате прерывания или уменьшения кровоснабжения. Рекомпрессионное лечение способствует восстановлению кровотока. Тем не менее, нет никакой возможности убедиться, действительно ли капилляры восстановили свою нормальную эффективность. При нормальном атмосферном давлении неврологические тесты рефлексов и т.д. подтвердят, что спинной мозг функционирует адекватно. Однако, нет никакого способа определить, будет ли кровоснабжение оставаться достаточным при повышенной нагрузке, при давлении или при необычных условиях дыхания, кроме как подвергая человека риску, поместив его в среду, где эти условия будут снова на него воздействовать.

Можно упомянуть недавние случаи, чтобы проиллюстрировать эти риски. Некто X занимался дайвингом на Нормандских островах, получил ДКБ и был доставлен в больницу Сток-Мандевиль парализованным после рекомпрессии, которая не принесла никакого улучшения. После десяти недель всестороннего восстановления и ухода, у Х стала восстанавливаться чувствительность и контроль мышц в нижней части тела, и в конце концов он вышел из больницы полностью в хорошей форме. Несколько месяцев спустя Х плавал в бассейне и пытался пронырнуть бассейн под водой на задержке дыхания. Он был снова парализован и возвращен в больницу. Через несколько недель он восстановил достаточную силу в ногах, чтобы ходить, опираясь на трость. Но и четыре года спустя он все еще ходил, сильно хромая, и ему была необходима трость для поддержки.

Некто Y в режиме daily нырял на 35 метров в Северном море и получил ДКБ, которая парализовала его от пояса вниз. Он немедленно получил курс рекомпрессии и, по-видимому, полностью выздоровел. Несколько недель спустя он вернулся к подводному плаванию с аквалангом, а через два месяца нырял на 25 метров в режиме безостановочного погружения (наверное имеется в виду, что между погружениями не был сделан поверхностный интервал. Прим. ДК). После всплытия, он снова был парализован от нижней части груди. Рекомпрессионное лечение не привело к полному ослаблению симптомов, и в течение нескольких месяцев он испытывал онемение в ногах, головные боли и аномальные рефлексы. Год спустя у него все еще оставались незначительные остаточные симптомы.

Эти случаи демонстрируют, что неадекватная декомпрессия, вызывающая повреждение спинного мозга, может привести к состоянию, которое невозможно обнаружить при неврологическом обследовании, но которое чрезвычайно опасно. Человек, перенесший ДКБ типа II, может быть снова подвержен таким ДКБ. Помимо этого, первое поражение, частично или полностью излеченное, может спровоцировать повреждение на более высоком уровне позвоночника, которое не будет иметь видимых неврологических симптомов. Однако, при повторном воздействии субъект может быть очень серьезно травмирован.

Оптимальный график обучения

Курс в Tivon / Akko был задуман как интенсивный ознакомительный курс. Он прошел успешно благодаря тому, что были отобраны ученики, которые обладали исключительными способностями, несмотря на их инвалидность. Также была большая команда опытных инструкторов. В первый день были сомнения, смогут ли участники курса выдержать во второй половине рабочего дня два часа в воде и два часа лекций. На практике ученики проявляли большой энтузиазм и никаких негативных реакций. Однако, курс был чрезмерно интенсивным, а люди менее подготовленные тоже должны иметь возможность стать компетентными дайверами. В целом, вводный курс должен быть более размеренным и не столь интенсивным.

Оптимальный вводный курс с прицелом на последующий продолжительный дайвинг тренинг может состоять из 5-10 слушателей, наблюдающего врача, 2-3 терапевтов /инструкторов по плаванию и 3-5 инструкторов по дайвингу.

Курс должен длиться 3-5 полных дней, включая 2 часа лекций, демонстраций, фильмов, технических показов и т.д. на каждый час, проведенный в бассейне. Должно быть предоставлено достаточно возможностей для чтения и изучения, обсуждений с участием инструкторов и студентов для формирования единой социальной группы. У каждого обучаемого с инвалидностью будут индивидуальные трудности и проблемы, связанные с его травмой, и инструкторы и сам студент будут учиться, как справляться с этим. Это требует от преподавателей высокой степни понимания и отождествления себя с обучаемыми.

Оптимальное продолжение и развивающее обучение.

Когда стандарты обучения для дайверов с ограниченными возможностями укоренятся, для студентов было бы желательно и предпочтительно присоединиться к дайвинг-клубам или школам дайвинга сразу же после прохождения медицинского освидетельствования. Они могли бы пройти обучение у квалифицированных инструкторов по дайвингу по обычному пути, как все дайверы.
В то же время, желательно, чтобы люди с тяжелыми формами инвалидности, в рассматриваемых здесь категориях, проходили начальную подготовку на специальных коротких курсах, проводимых под руководством врачей и физиотерапевтов. Такие курсы могут быть организованы во многих странах при сотрудничестве с национальными организациями спортивного дайвинга, такими как NAUI, BSAC, FSEM, администрациями по вопросам ветеранов и спортивными организациями инвалидов.

Дайверы с инвалидностью не должны погружаться исключительно друг с другом. После получения начального обучения, такой дайвер-стажер должен вступить в активный дайвинг-клуб или школу дайвинга. Обучение в этих организациях обычно проводится неполный рабочий день в течение многих недель или нескольких месяцев, и это идеально подходит для людей с ограниченными возможностями. Регулярно занимаясь дайвингом с членами клуба или школы, дайвер-инвалид приобретает сообщество друзей и напарников по погружениям, которые знают о его возможностях и ограничениях при дайвинге в море, и это обеспечит его максимальную безопасность.

Дайверы с инвалидностью должны, насколько это возможно, выполнить все установленные обучающие упражнения в соответствии с нормами CMAS и в этом случае получить соответствующие сертификаты.
Стандарты CMAS должны несколько скорректированы, чтобы учесть ограничения по глубине погружений и по морским условиям, как будет описано ниже, а также в целях соблюдения безопасности для жизни, поскольку дайвер с ограниченными возможностями может оказать незначительную помощь другим.
Дайвер-инвалид, который приобрел достаточный опыт открытой воды, чтобы получить квалификацию, должен получить соответствующий сертификат или подтверждение в логбуке, в котором четко были бы указаны ограничивающие условия, при которых он может безопасно нырять. Он должен проходить ежегодный медицинский осмотр, чтобы убедиться в безопасности для себя продолжения занятия дайвингом.

Ограничения процесса и планирование погружений

Надеемся, что настоящая статья будет использована дайвинг-клубами и спортивными организациями инвалидов, чтобы помочь им в оценке пригодности инвалидов к обучению дайвингу и в планировании дайвинг путешествий с участием людей с ограниченными возможностями. Поэтому важно попытаться визуализировать полную характеристику работоспособного дайвера, показывая его слабые места и способы их компенсации.

Таблица 1 является очень субъективной попыткой оценить относительный уровень компетентности, который может показать дайвер-инвалид по сравнению со средним тренированным спортивным дайвером. Цифра 100 берется для обозначения обычной компетенции, уровня безопасности и т.д. для среднего спортивного дайвера.

Параплегики имеют тенденцию к простуде быстрее, чем трудоспособные дайверы, и должны носить дополнительную защиту. Это будет сильно разнится для разных людей. Если паралитик замерзает во время погружения, не пытайтесь согреть его очень горячей ванной, так как это может вызвать ожоги. Наиболее горячая и безопасная ванна — около 40 ° C.

Николас Флеминг во время своего «переобучения» дайвингу выполняет упражнение по одеванию комплекта оборудования под водой. 1970 год, бассейн в городе Guildford, графство Surrey.
Фото любезно предоставлено N.C.Flemming.

Основные правила дайвинга в открытой воде для дайверов с инвалидностью.

Следующие правила основаны на шестилетнем опыте дайвинга одного из авторов (Nicholas Coit Flemming) и выводах из проведенного курса в Израиле.

  1. Соблюдайте все установленные правила дайвинга и все медицинские указания, касающиеся дайвинга.
  2. Ваш уровень безопасности всегда ниже, чем у дайвера без ограничений здоровья.
  3. Погружение начинается, когда вы выходите из дома, и заканчивается, когда вы благополучно возвращаетесь домой
  4. НИКОГДА НЕ НЫРЯЙТЕ В ОДИНОЧКУ!
  5. ВСЕГДА НЫРЯЙТЕ С ДВУМЯ ДАЙВЕРАМИ БЕЗ ОГРАНИЧЕНИЙ ЗДОРОВЬЯ, КОТОРЫЕ ДОЛЖНЫ БЫТЬ РЯДОМ С ВАМИ; БЛИЗКО К ВАМ В ВОДЕ – ЭТО НЕ ДАЛЕЕ 5 МЕТРОВ ИЛИ ДИАПАЗОНА ВИДИМОСТИ, ЧТО МЕНЬШЕ. ДОЛЖЕН БЫТЬ ЕЩЕ ОДИН ДАЙВЕР НА ЛОДКЕ, НЕ СЧИТАЯ РУЛЕВОГО.
  6. Всегда планируйте и предварительно проверьте вход и выход из воды с людьми, которые будут вам помогать.
  7. Убедитесь, что ваши товарищи по дайвингу знают ваши ограничения с точки зрения безопасности при погружении и общей медицинской помощи.
  8. Вы не сможете использовать свои руки, чтобы и отрегулировать свое снаряжение, и работать ими во время плавания. Избегайте ситуаций, которые требуют и того и другого одновременно.
  9. Никогда не ныряйте в течении, если его сила такова, что вы не сможете плыть в нем некоторое длительное время.
  10. Избегайте ссадин и порезов от рифов и камней. Не трогайте кораллы.
  11. Не совершайте погружений, требующих декомпрессионных остановок.
  12. Никогда не заходите в надголовную среду.
  13. Никогда не заходите в пещеры или рэки.
  14. Никогда не ныряй ночью.
  15. Никогда не ныряйте при видимости менее 3 метров. Ваши напарники не смогут держаться настолько близко к вам, чтобы успеть оказать быструю помощь в этих условиях.
  16. Никогда не погружайтесь при волнах более 2 м или при сильном ветре.
  17. Планируйте все действия под водой с применением нескольких избыточных мер безопасности и надежных техник.

Значение дайвинга для людей с инвалидностью

Уже давно признано, что плавание является идеальным видом спорта для людей с ограниченными возможностями, поскольку оно позволяет им отказаться от всех искусственных приспособлений для передвижений и получать максимальный уровень удовольствия от упражнений. В то время, как плавание дает инвалиду свободу передвижения в двух измерениях, дайвинг дарит третье измерение. Дайвер-инвалид может плавать, подниматься или спускаться, вращаться и поворачиваться в любом положении без специального снаряжения, кроме обычного комплекта для дайвинга.

Как указывалось в начале этой статьи, экстремальные виды спорта или приключенческий спорт обращаются к другим психическим и эмоциональным персонажам, чем командный соревновательный спорт. Командные соревновательные виды спорта требуют достижения максимальных результатов в рамках неких установленных человеком правил, цель — победа над противником в конкурентной борьбе. Маловероятно, что инвалид сможет конкурировать с физически здоровым человеком, потому что он всегда будет повержен. Приключенческие виды спорта неконкурентоспособны, хотя их можно сделать такими в некоторых случаях, и их цель состоит в том, чтобы использовать умение, ум и силу, чтобы жить и преодолевать природные условия окружающей среды: воздух, море, отвесная скала, ледник.

Дайвинг дает не только удовлетворение от освоения сложной техники, опасной обстановки и получения приятных физических ощущений от упражнений. Для дайвинга, как и для некоторых других экстремальных видов спорта, требуется интенсивная групповая сплоченность, надежность и взаимное доверие. Одинокий дайвер всегда небезопасен, независимо от того, является он инвалидом или нет, и дайверы учатся зависеть от навыков и способностей друг друга для обеспечения своей физической безопасности. Это относится и к планированию, и к обслуживанию оборудования, и к обучению, а также к реальному взаимодействию во время погружений с друзьями. Участие в общем планировании и подготовке к погружениям означает, что инвалид должен полностью интегрироваться в команду. Даже в тех случаях, когда человек настолько серьезно травмирован, что нырять в море небезопасно, вполне возможно, достаточное удовольствие и тренировка могут быть получены в бассейне, как награда за усилия.

Подпись: Спорим, я получу свой сертификат первым!
БЛАГОДАРНОСТЬ

Отчет об израильских дайверах с параплегией был впервые представлен на конференции дайвинг-офицеров BSAC в 1974 году. Статья Culp и Lobel впервые появился в Sea Frontier, журнале International Oceanographic Foundation.
Мы благодарим эти организации за разрешение переиздания.

Следите за нашими новыми материалами.

Торстен Гросс: как парализованный инвалид стал дайвером-спасателем

Предисловие от ДК

Несчастный случай произошел с Торстеном, когда ему было 15 лет. Он со своей семьей только что прибыл в отель Club Med на Райском острове (Багамы). Быстро перекусив, а Торстен помчался на пляж, и сходу нырнул головой вперед. Он ударился головой о дно, разбив один из своих позвонков на 36 мелких частей.
(Интервью Torsten  Gross для Florida Keys Vacations.)

Сегодня Торстен успешный предприниматель, много лет проработавший в рекламной индустрии, в сфере продвижения брэндов, стратегического развития бизнеса. В октябре 2018 года он занял пост управляющего директора Deloitte Нью-Йорк.
(Deloitte – международная сеть компаний, оказывающих услуги в области консалтинга и аудита. «Делойт» входит в «большую четвёрку» аудиторских компаний и является самой крупной профессиональной сетью по количеству сотрудников. В 2017 году журнал Fortune включил Deloitte в рейтинг 100 самых выдающихся компаний мира.)

Торстен часто выступает с лекциями по вопросам развития бизнеса. Его приглашают в качестве спикера различные бизнес-школы.
(видео от 10 мая 2018 г. AEF Industry Conversation — Torsten Gross)

Торстен один из немногих (если не единственный) дайвер с квадриплегией, кто прошел курс Rescue Diver. В этом его опыт уникален и заслуживает уважения и внимательного рассмотрения.

Еще одно редко встречающееся достижение: Торстен описал процесс прохождения курса Rescue на своем сайте и выложил несколько видео со своими погружениями. Это мощная мотивация, для тех, кто мечтает покорить подводный мир, не смотря на свою инвалидность. Также информация будет полезна инструкторам по дайвингу, интересующимся адаптивными техниками обучения дайверов с ограниченными возможностями здоровья.

Дайверский путь Torsten Gross (C6 Quadriplegic)
  • Handicapped Scuba Association (HSA Level A) Open Water Certification in 2011 with Scuba Network of Long Island
  • SDI Nitrox Certification in 2012 with Scuba Network of Long Island
  • CPR/1st Aide certification in 2012 with TriState CPR Training
  • NAUI HSA Advanced in 2012 with Scuba Network of Long Island
  • NAUI Rescue Diver in 2013 with Larry Mack

Becoming a Handicapped Rescue Diver

by Torsten  Gross
October 8, 2013. Источник divingwithoutfins.com (в настоящее время домен не поддерживается. прим ДК)
Видео Diving Without Fins — Rescue Diver Certification.

В жизни каждого человека наступает момент, когда мы сталкиваемся с «… но». Это слово, застревает в середине предложения, и то, что начиналось с позитива, обычно заканчивается негативом:
«Я уверен, что вы можете сделать это, но…»;
«Я не сомневаюсь, что вы думаете, что можете, но…».
Это тот случай, когда мнение других не совпадает с вашей убежденностью. Достижение мною уровня Rescue Diver’а было одним из тех «но».

Если для вас это еще не очевидно, я – квадриплегик. Дайвер в квадрате. Я полностью использую свои руки, у меня ограниченная функциональность пальцев и полное отсутствие работы ног. Я прошел курсы Open Water, Nitrox, CPR/1st Aid, и Advanced Open Water Diver (моя конечная цель – Master Diver). Я прочитал все книги о дайвинге: медицинские, художественные и научно-популярные. И окружающие могут считать мое состояние ума близким к дайвинг-одержимому.

Есть две причины, по которым я хотел достичь уровня Rescue Diver в своем дайвинг-одержимом движении:

  • это важный шаг в становлении Master Diver. Без RD я бы никогда не стал MD;
  • я считаю, что даже если я физически не смогу что-то сделать, то хотя бы знание делает меня на один шаг ближе к готовности действовать. Как я уже говорил в этом блоге, если я не могу быть самым сильным, я хочу быть самым умным.

Итак, я начал опрашивать дайвинг центры, готовы ли они сертифицировать меня как дайвера-спасателя. И всякий раз это было «нет».

«HSA дайверы не могут получить свой Rescue курс», да? Откуда это правило? Я понимаю, что Rescue дайверов с квадриплегией не много (если вообще они существуют), но такой быстрый отказ без малейшх раздумий – это не здорово.

Почему бы не позволить мне попробовать и потерпеть неудачу? Попробовать и провалиться, как многие «ходячие» (да, это я так называю вас, людей с функционирующими с ногами).
Если я (как они) способен, то я (как и они) пройду курс. Если я не справлюсь, то, по крайней мере, я буду психологически подготовлен к возможной чрезвычайной ситуации.
Опять же, этой попыткой вы сделайте меня сильнее умственно или физически или, и то и другое одновременно. Но говорить мне сразу «нет» – это не умно.

В какой тупик загоняют себя эти люди-«нет», это их проблема. Они были обучены выполнять задачу определенным образом. И не думают о том, что не метод имеет значение, а результат. Быть креативнее в поиске нового пути достижения заявленной цели, а затем его совершенствование – вот, что важно.

Torsten Gross во время погружения

Ларри Мак (Larry Mack), инструктор, который был со мной с самого первого дня моей дайверской жизни, был единственным, кто сказал «да» на мою просьбу о курсе Rescue. При одном условии: я должен выполнить все навыки без исключений (даже не «креативить» с заплывом на 900 ярдов (822,96 метров, прим. ДК) – типа, ограничиться 450-ю ярдами!). Он сертифицирует меня лишь в том случае, если он будет чувствовать себя комфортно при погружении со мной, как с полноценным rescue diver’ом. Если я не смогу выполнить поставленные задачи, он меня не пропустит. Но, чтобы было ясно: его ответ никак не сочетался с моим инвалидным креслом.

Ниже я описываю задачи, которые мы с Ларри выполнили, и примененные нами адаптации, основанные на моих возможностях. Это демонстрирует, что всё возможно с при применении некоторых модификаций (и даже стать дайвмастером, тем, у которого есть терпение!). Где возможно, указана ссылка на время видео, которое я упоминал выше.

Заплыв на поверхности в ластах с маской и трубкой (900 ярдов)

Дьявольская боль в руках. После этого 900-ярдового плавания (помните, что нет ног, чтобы помочь), я подумал, что это будет самая трудная часть дня. Ха! Не тут-то было.

Буксировка  уставшего дайвера: Do-Si-Do, Octopus Pull, Fin Push и Tank Strap Pull.

Здесь мы проявили творческий подход. Единственная и главная цель здесь: буксировать кого-либо при спасении на поверхности воды. Буксировать человека при спасении легче ногами, которые мощнее, в то время использовать руки для удержания спасаемого. Я физически не могу этого сделать. Итак, три метода, которые мы нашли, и которые сработали лучше всего:

  • буксировка одной рукой — я обернул свою левую руку (которая имеет меньшую подвижность, чем правая) в ремень BCD над его баллоном. Правой рукой я делал гребок назад (11-я секунда видео).
  • октопус в рот — я взял шланг от его октопуса и зажал октопус у себя во рту. Это позволило освободить обе руки, чтобы нормально плыть на спине. Поскольку BCD Ларри обеспечивал его плавучесть, тянуть его просто. Таким образом, этот прием показался самым быстрым и простым (18-я секунда видео).
  • толкание – альтернативный способ выполнения стандартного толкания с применением ласт (это когда ласты уставшего дайвера упираются в твои плечи, а ты плывешь вперед). Я перекинул ноги и ласты дайвера через свои плечи, и плыл назад.
  • тянуть за ремень – если вы знаете, что вам нужно какое-то время пройти по поверхности, снимите один из ремней BCD Velcro (у Cressi Travel Light есть один для упаковочных целей), обвяжите его вокруг ремня BCD дайвера и завяжите к вашему нагрудному ремню. Этот метод также оставляет ваши руки свободными для гребков. Удостоверьтесь, что вы делаете это только тогда, когда спасенный дайвер спокоен, поскольку вы теперь привязаны друг к другу.
Паникующий дайвер на поверхности.

Паникующий дайвер, на поверхности или под водой, обычно делает все возможное, чтобы спасти себя. Это несет угрозу вашей и его безопасности. Таким образом, работа спасателя заключается в том, чтобы успокоить его, поговорив с ним (к счастью, у меня голос, похожий на Барри Уайта), при этом оставаясь на достаточном расстоянии. Дальнейшие действия возможны, когда вы не убедитесь, что можете помочь, не ставя под угрозу свою собственную безопасность и, без риска пострадать от его панического состояния.

По мере приближения к дайверу, призовите его успокоиться. Дайверы без ограничений здоровья могут поднырнуть под дайвером, избегая его панического захвата, и всплыть за ними, чтобы взять контроль над ситуацией. В моем случае, мне нужно было плыть вокруг него. Заполучив его баллон, я бы могу чуть окунуть его, чтобы погрузить голову под воду. Проделав это, я привело Ларри в кратковременный шок (29-я секунда видео). Представьте это действие как пощечину, когда вы хотите, кого-нибудь вернуть к действительности, не причиняя ему вреда. Посмотрите здесь, как это работает.

Примечание ДК. Ситуация, происходящая на видео, весьма неоднозначная. Обратите внимание на комментарии к видео.

Паникующий дайвер рвётся дотянуться до регулятора своего будущего спасителя. Скриншот с видео Diving Without Fins — Rescue Diver Certification
Паникующий дайвер под водой

Это было забавное упражнение. Опять же, паникующий дайвер сделает все возможное, чтобы спасти себя. Это значит сорвать с вас маску, бороться с вами и, в конечном итоге, забрать у вас регулятор.

Ларри, без предупреждения, задрал свою собственную маску на лоб (обычная реакция дайвера, когда он напуган) подал мне знак, что у него кончился воздух и бросился на меня, прежде чем я смог дать ему мой октопус. Мы боролись на платформе, пока я не сумел вставить мой октопус в его рот, успокоить его и безопасно всплыть, сцепившись друг с другом правыми руками (1:55 на видео). Увидев это, два дайвмастера решили, что мы на самом деле деремся, и пришли к нам на помощь!

Никаких дополнительных адаптаций для выполнения этого упражнения мне не нужно, кроме как сохранять спокойствие и убедиться, что я сам в безопасности, и уж затем помогать бедствующему дайверу (важнейшее правило, которое нужно запомнить, и для чего мне понадобилась пауза, чтобы его выполнить: сначала спаси себя. Если сам не спасен, как ты можете спасти других?).

Во время подъема мы выполнили упражнение из дыхание из октопуса напарника (в зависании и при подъеме на поверхность с глубины 30 футов). (Смотрите здесь наглядный пример.)

Подъем дайвера, находящегося без сознания. Скриншот с видео Diving Without Fins — Rescue Diver Certification
Спасение дайвера, находящегося без сознания, под водой

Эта задача требует от rescue diver’а оценить ситуацию, предпринять необходимые действия и выполнить подъём.
В этом упражнении Ларри лежал на платформе лицом вниз. Я приблизился, похлопал его по спине (вы же никогда не знаете, может кто-то разглядывает кораллы или что-то мелкое), зафиксировал, что он не отвечает, и перевернул его.

Следующим шагом была его безопасная доставка на поверхность (читай: не просто раздуть его BCD, и наблюдать, как он взлетит). Я сбросил его грузы, пару раз «пшикнул» воздуха в его BCD через его инфлятор, и перевел его тело в положение «голова в замке». Пропустив одну руку под подбородком, я естественным образом открыл его дыхательный путь, предоставив воздуху возможность выходить из легких во время подъема (без этого он мог бы получить разрыв легкого). При этом моя вторая рука была свободна, чтобы я мог грести вверх. Когда вы гребете вверх, воздух в его BCD расширяется, облегчая усилия гребка. (Обратите внимание, что легче справиться с контролем воздуха в одном BCD, поэтому, если вы можете, удалите воздух из своего BCD и используйте BCD спасаемого для всплытия). (2:44 в видео)

Снять и переставить грузы под водой
Скриншот с видео Diving Without Fins — Rescue Diver Certification

Это был отстой по единственной причине: я не знал своих потребностей и возможностей своего оборудования.
Сначала я снял груз и бросил его на платформу. Как вы можете догадаться, я начал всплывать (в конце концов, грузы — это то, почему мы удерживаемся внизу). Грести без ног, чтобы забрать грузы, было трудно (Трудно. Но НЕ невозможно. См. 01:17 видео).
Затем я начал переставлять интегрированные грузs в карманах BCD. Я пытался боком. Стоя. Лежа на спине. Всеми способами. Проблема: грузы нужно зафиксировать защелками внутри карманов. Короче говоря, это BCD было не предназначено для некто с ограниченными функциональными возможностями пальцев, так как для ему трудно защелкнуть внутри грузовой карман. Поступаем иначе: я покупаю BCD с упрощенной системой интеграции (читай: это либо внешние зажимы Fastex, либо липучки). В любом случае, это работает. Я просто предпочитаю, чтобы все было проще. Повторим, это не вопрос того, может кто-то это сделать, или нет, а вопрос о том, какое оборудование нужно.

Снятие и одевание маски. Скриншот с видео Diving Without Fins — Rescue Diver Certification
Снятие и замена маски (обменяться оборудованием с напарником) и Снятие и одевание маски (плавание 10 ярдов без маски)

В этом упражнении мне пришлось снять маску, бросить её, поплавать; найти маску и надеть её.
Второе задание состояло в том, что Ларри дал мне свою маску (а он взял мою), а затем я одел и очистил маску полностью от воды. Здесь для меня нет ничего особенного, так как это относится к программам HSA. С моей ограниченной функциональностью пальцев я использую ладони обеих рук, чтобы наклонить маску, выдыхая через нос. Если воды мало, я кладу ладонь на верхнюю часть маски и выдыхаю (примечание: использую маску небольшого внутреннего объема. Это делает очистку значительно проще) (43-я секунда видео).

Снятие и одевание BCD 

Вот здесь я изрядно напугался. Ларри жестом попросил меня снять все снаряжение, включая мои грузы. Это означает возможность стремительного всплытия на поверхность (с глубины 30 футов).
Помогло то, что прежде Ларри заставил меня практиковать снятие BCD трижды на поверхности, так как теперь я уже знал все защелки на оборудовании и процесс, как они должны быть закреплены. (Я был несколько раздражен тем, что он заставил меня 3 раза снимать и одевать BCD на поверхности. Но во время я ещё знал, почему он меня сделал).

Вы можете видеть в видео (03:37), что я был в таком состоянии, в такой сосредоточенности, что даже не видел и не чувствовал, что Ларри пытается мне помочь. Если бы я тогда «услышал» Ларри, то понял, что перевернувшись на спину, чтобы надеть мое снаряжение, я бы сделал жизнь намного легче.
Это упражнение очень важно. Представьте, что вы застряли в внутри рэка (wreck – затонувший объект, остов разбитого судна. прим. ДК) или в какой-то узости, и вам нужно пройти через дверной проем и потом снова надеть свое оборудование.
Опять же, здесь нет ничего отличающегося от того, что делают все.

Аварийное всплытие

Последним упражнением было быстрое всплытие в случае крайней необходимости. Процесс состоит в том, чтобы сбросить грузы (!? ДК) и рвануть на поверхность. Однако, когда вы поднимаетесь, издавайте громкий звук. Это предотвратит задержку вами дыхания и шанс получить избыточное расширение легких (процент несчастных случаев при погружениях, произошедших из-за травмы легких, больше чем из-за декомпрессионной болезни — т.н. «кессонная болезнь»).
Опять же, в этом упражнении ничто не отличается для HSA–дайвера (имеется в виду дайвер, прошедший базовое обучение OWD по программе HSA. прим ДК). Достаточно умения сбрасывать грузы и плыть (05:16 видео).

Заключение

Не воспринимайте этот пост как разрешение для всех и каждого на получение своего Rescue Diver. В действительности, это нелегко. В итоге, мы должны побуждать всех действовать максимально безопасно, как можно больше узнавать о плавании с аквалангом и, прежде всего, давать шанс каждому!

«Наконец-то я сделал это.
Это было потрясающе!»

История John Ellis, рассказанная им самим.
Об «инвалидном» дайвинге с маленькой лодки без посторонней помощи – снято на реке Рейнбоу во Флориде – как управляться снаряжением для дайвинга на поверхности – как доставить оборудование в воду и вынуть из воды без посторонней помощи – об оснащении лодки подъемной системой – жизнь в палатке на лодке, сноркелинг.

Когда я обнаружил видео Джона на YouTube, я был очень впечатлен. Я счел необходимым опубликовать его в OpenWaterChallenge.
Спасибо, Никите Князеву за помощь в подготовке английского текста.
ДК, январь 2016
UPD 06.01.2018. Перевод на русский язык, сокращенная версия видео с русскими титрами. ДК

Доброе утро.
Небольшое предисловие к видео, которое я сниму о подводном плавании с инвалидностью, и о возможности импровизировать вокруг вашего физического ограничения.

Джон в детстве. Фото со страницы John Ellis в facebook

Моя короткая история. В 3 года у меня был полиомиелит. Сейчас мне 65 лет, и я всё адаптировал вокруг себя всю жизнь, которая, я считаю, сложилась хорошо. Я делал много разных вещей, порой прилагая усилий гораздо больше, чем кто-либо другой, или же я делал что-то немного иначе, чем все остальные. Дайвинг – одно из таких дел. Я снимаю это «инвалидное» видео, чтобы показать, как я могу импровизировать, чтобы иметь возможность самостоятельно управляться аквалангом.

В течение многих лет у меня есть лодка, и я придумал множество способов, как плавать с маской и трубкой, погружаться с аквалангом, ночевать на лодке, словом, всё для всех видов водной активности. Я не могу зайти в воду с берега, поэтому мне и нужна моя лодка.

Как я уже сказал, у меня был полиомиелит в 3 года. Я носил ортрез всю свою жизнь, этот ортрез прямо здесь со мной, полноразмерный во всю длину ноги. У моей левой ноги совсем нет мышц, на левой ноге я должен носить полноразмерный ортрез. Моя правая нога имеет ограниченные мышечные способности, но для нее мне ортрез не нужен. Так что моя реальность такова, что я вынужден справляться за счет верхней части тела, собственно, это то, что я показываю здесь.

Джон демонстрирует подъемный механизм, который он установил на своей лодке (слева), чтобы спускать в воду акваланг (справа). Скриношот с видео John Ellis.

Я получил сертификат в дайвера в 1983 году, и с тех пор я погружаюсь с аквалангом. Восхитительные погружения на Каймановых островах, осторов Косумель, все вокруг Флориды. Дайвинг дает мне почувствовать себя свободным.

Я приветствую вас с реки Rainbow. Свой небольшой проект я обдумывал в течение нескольких лет, и сегодня первое испытание, чтобы увидеть, будет это работать или нет.
Сейчас я покажу вам, что я здесь делаю. Тут есть место глубиной 20 футов (около 6 метров. прим. ДК), которое я планирую достичь с помощью своего акваланга. Я люблю дайвинг, но дайверское оборудование настолько тяжелое, что мне нужен кто-то, кто бы помог мне поместить его в воду и достать из воды потом.

Джон прыгает в воду с лодки (слева), и готовится к погружению после того, как одел на себя акваланг (справа). Скриношот с видео John Ellis

Далее, своими словами, я опишу механизм, который Джон испытывал в своем видео.

Джон установил на своей лодке подъемный механизм, с помощью которого он может сам без посторонней помощи собрать комплект акваланга. Механизм может поворачиваться как подъемный кран. Благодаря этому Джон может опустить акваланг в воду. После этого, Джон прыгает в воду с борта лодки с другой стороны, доплывает до плавающего на поверхности акваланга и одевает его. Всё – он готов к погружению!

После погружения Джон цепляет за крюк подъемного механизма акваланг, поднимается на лодку, и втаскивает акваланг на борт.
Первое испытание этой технологии, которую записал Джон на своем видео, прошло успешно.
Невозможно описать словами радость человека, который сделал еще один шаг к расширению границ свой независимости!

Конечно, многим такой пример соло-дайвинга может показаться рискованным. И основания для беспокойства есть – пожилой дайвер с ограниченными возможностями здоровья один погружается с лодки на реке – тут есть о чем задуматься. Но нельзя не восхититься настойчивостью и целеустремленностью Джона, который и в 65 лет борется за то, что быть самостоятельным и независимым!

John’s Facebook page

О John E. Ellis на сайте профессионального сообщества риелтеров.

Дайвинг специальных потребностей.

CMAS анонсировал новую концепцию дайвинга для людей, которые не попадают в стандартные программы CMAS.
По материалам CMAS TC SPECIAL NEEDS DIVING meeting, Alicante (Spain), October 2018.

Вступление: В чем разница между «адаптированным спортом» и «инклюзивным спортом»?

«Адаптированный спорт» — это спортивное состязание, модифицированное таким образом, чтобы в нем могли участвовать люди с поражение органов слуха, зрения, физическими и интеллектуальными нарушениями.

«Инклюзивный спорт» — это спорт, в котором вместе участвуют люди с ограниченными возможностями и без них. Это гораздо больше, чем «адаптированный спорт». Инклюзивный спорт выходит за рамки адаптированного спорта, потому что он не проводит различия между спортсменами с ограниченными возможностями и спортсменами без ограничения здоровья, при участии в спортивных мероприятиях.

Подводное плавание с аквалангом – спорт с инклюзивным потенциалом: он способен адаптироваться к любым условиям, требует взаимодействия и координации всех членов команды дайверов.

В чем разница между дайвингом для лиц с инвалидностью и дайвингом для людей со специальными потребностями?

Исторически сложилось так, что дайвинг для инвалидов был исключительно связан с обучением людей с ограниченными возможностями здоровья.

Дайвинг для людей со специальными потребностями («дайвинг специальных потребностей») выходит за рамки инвалидности, подразумевает концепцию функционального многообразия в самом широком смысле и концентрируется на идее полного включения людей с инвалидностью в общую деятельность.

Что такое «функциональное многообразие»?

Функциональное многообразие — это широкий термин, целью использования которого является исключение уничижительного смысла таких выражений, как «инвалидность», «физическая ограниченность», «недееспособность» или «неполноценность», которые традиционно используются для обозначения групп людей с ограниченными возможностями здоровья.

Этот термин был предложен на Форуме «За независимую жизнь» в январе 2005 года. Позднее Функциональное многообразие был признан в публикациях различных авторов, как новый термин для обозначения борьбы за достоинство людей во всем их многообразии.

Функциональное многообразие также может трактоваться как признание факта, явления или свойства, свойственных любому обществу, которые, по своему определению, одинаково влияют на всех его членов, поскольку, например, и в детстве, и старости все люди находятся в определенной зависимости.

Действительно, в обществе есть люди с разными возможностями здоровья. Человек испытывает преобразования и изменения своих возможностей на протяжении всей жизни. Таким образом, можно утверждать, что в обществе существует функциональное многообразие так же, как наблюдается культурное, сексуальное или поколенческое многообразие.

Что такое «дайвинг специальных потребностей»?

Отталкиваясь от определения понятия инклюзивного спорта, и, принимая во внимание, что создание адаптаций не ограничивается только решением проблем инвалидности, Технический Комитет CMAS вводит в употребление новую концепцию, представляющую дайвинг, как инклюзивный спорт: Дайвинг специальных потребностей.

Дайвинг специальных потребностей предназначен для обучения всех лиц, не входящих в рамки стандартных программ дайвинга CMAS. Эта группа включает следующие категории, но не ограничивается только ими:

  • Пожилые люди;
  • Люди, участвующие в программах реабилитации;
  • Люди с различными формами инвалидности: сенсорными, физическими и ментальными.

Почему нужна специальная программа подготовки инструкторов CMAS для Дайвинга специальных потребностей?

CMAS имеет стандарты для дайверов с ограниченными возможностями здоровья, но у него нет программы или специальных материалов для обучения дайвинг-инструкторов CMAS для работы с людьми с функциональным многообразием.

Многие федерации CMAS заинтересованы в этой сфере, но нет доступных материалов для старта. Наличие и распространение этого нового материала откроет новые сектора для федераций CMAS и повысит уровень социальной осведомленности и уважения к нашей организации.

Кроме того, это дает возможность федерациям CMAS получить доступ к финансированию или спонсорству (государственному или частному), которые в данный момент вне сферы их текущей деятельности.

Наконец, CMAS, как ведущая Всемирная Дайвинг Организация, несет моральное обязательство обеспечить обучение дайвингу мирового уровня все слои населения.

Как снимать экшн-камерой,
если вы гребете руками

Несколько часов безуспешного поиска более – менее смотрибельных фрагментов из гигантских видео подводной съемки, снятых на экшн-камеру, которая была установлена на голове?
Было ли у вас такое? У меня – да: свое первое видео на GoPro я снял именно таким способом, и был немало разочарован.

Все многообразие возможностей, которые предоставляет нам дайвинг, доступно подводным пловцам с инвалидностью, которые по тем или иным причинам не могут пользоваться ластами, и делают гребки руками. Подводная съемка не исключение: каждому хочется сохранить воспоминания об увиденных красотах в фото и видео. Но как пользоваться камерой, если руки дайвера заняты обеспечением движения?

Начну с главного.
Мой совет начинающим дайверам: не снимайте под водой камерой, закрепленной у вас на голове!

Всё, те, кто торопится, могут дальше уже не читать.
Продолжаю для любознательных.

Очень сложно, снимая под водой, получить такую же эффектную картинку, как с камеры, установленной на голове мотоциклиста, горнолыжника или дельтапланериста. Главная причина заключается в том, что то, что мы видим, и то, что снимает камера – это совсем разные вещи. И если, скажем, для велосипедиста различие не так значительно, то для съемок под водой эта разница будет велика.

Немного теории

Где бы мы не находились – на суше или под водой, мы воспринимаем визуальную информацию, которая прошла предварительную обработку мощнейшим процессором нашего сознания.  Иными словами, картина мира создается нашим мозгом, которому глаза передают исходную информацию.

Глаза сканируют окружающее, делая непрерывные быстрые движения по причудливой траектории, фокусируясь то на одном, то на другом объекте. Наш мозг обрабатывает поступающий информационный поток и выдает нам стабилизированный образ. В незнакомой обстановке или в состоянии волнения человек стремится охватить бо́льшую территорию для контроля, и тогда к движениям глаз добавляется движения головой, что позволяет расширить границы наблюдения. Но и в этой ситуации «картинка» окружающего мира в нашем сознании остается стабильной.

Иная ситуация, когда мы имеем дело с отснятым материалом. Наш мозг наблюдает и пытается обработать мечущуюся нестабильную картинку внутри неподвижной рамки экрана. Почему изображение в кадре скачет и прыгает? Да потому, что оно было записано в ситуации, когда дайвер активно крутил головой, обозревая подводный мир вокруг себя. Его сознание обрабатывало увиденное и давало ему стабильную трехмерную картину. А камера на голове фиксировала все, что попадает в её объектив.

Можно только подивиться тому, как в реальности мы активно крутим головой под водой – вверх-вниз, вправо-влево. Из-за того, что камера перебегает от обозрения светлой поверхности воды сверху к созерцанию картины темного дна снизу, постоянно меняется освещенность. Цветовая гамма нестабильная: камера «на лету» пытается корректировать баланс белого и все время ошибается. Дополнительным «украшением» являются неотвязные воздушные пузыри, которые вырываются при выдохе оператора, и время от времени заслоняют объектив, сбивая настройки и еще больше усугубляя картину хаоса. Никакого удовольствия такой просмотр не доставляет ни зрителям, ни самому автору видео.

Почему у велосипедистов получается лучше, чем у дайверов

Справедливости ради надо сказать, что под водой экшн-камеру, закрепленную на голове, использовать можно. И даже нужно, если она используется как регистрирующее устройство. Но если пытаться с её помощью снимать видео для зрительского просмотра, то при съемках надо проявить максимум сдержанности и ограничить свои движения головой, которая работает как штатив.

Почему проблема качества картинки с головной видеокамеры не стоит столь остро для уже упомянутых выше мотоциклистов, велосипедистов, лыжников и парапланеристов. Объяснение простое – скорость перемещения на велосипеде, а тем более мотоцикле, выше, и гонщик уделяет больше внимание на то, что впереди по ходу движения. Поэтому, движений головой по сторонам относительно немного и картинка, снимаемая камерой, стабильнее. Если бы вы попробовали ехать на велосипеде, крутя головой как дайвер, то не удержались бы в равновесии и 5 метров.

Еще одно важное обстоятельство, влияющее на разницу в качестве съемки, заключается в различных условиях освещенности. Видеозапись активностей на суше (вело-, мото-гонки, спуски со снежных склонов, полеты на параплане и прочее) проводится, как правило, в светлое время, и этой освещенности хватает для экшн-камеры. Под водой без дополнительного источника света хороших кадров не получить.

Как снимать под водой, если руками надо грести

Итак, мы вынуждено закрепляем камеру на голове, потому, что руки нам нужны для гребли: задействовать ноги в ластах мы не можем, по тем или иным причинам. И если подводная съемка камерой на голове не выглядит столь уж хорошим решением, что нам делать?

Снято во время дайв-сафари команды Deptherapy по северному маршруту Красного моря, июль 2017.
Снято во время дайв-сафари команды Deptherapy по северному маршруту Красного моря, июль 2017.

На фото, на мой взгляд, самое неудачное расположение видеокамеры с точки зрения получаемого видео:
1. Оператор не контролирует, куда камера направлена и что она снимает.
2. Камера обычно работает в режиме непрерывной съемки. Получается длинный видефайл, с которым неудобно работать.
3. Много визуального мусора: пузыри от выдоха оператора, болтающиеся в воде фигуры, лишние объекты.
4. Не стабильное изображение. Даже интересный сюжет трудно использовать из-за «скачущей» картинки.
5. Постоянно меняющаяся цветовая гамма из-за меняющейся освещенности.
6. Отсутствие дополнительного источника света, который очень нужен под водой.

Какие же возможности нам доступны, если руки надо использовать для гребка.

Закрепить камеру на корпусе.

Например на плечо, как это делает на фото Алексей, или на груди, как Крис. Но в этом случае надо помнить, что вы не знаете, что снимает камера. Будьте готовы к сюрпризам при просмотре

Снято во время проекта "Думай иначе", декабрь 2016 года, Марса Алам, Египет.
Снято во время проекта «Думай иначе», декабрь 2016 года, Марса Алам, Египет.

Камера расположена на плече Алексея.  Картинка гораздо стабильнее, чем при расположении на голове, но недостатков в таком креплении всё же много.

Тем не менее съемки с этой камеры были полезны и использованы в видео о проекте «Думай иначе».

Снято во время экспедиции команды Deptherapy в Truk Lagoone, Микронезия, август 2018.

Камера установлена на груди Криса. Плюсы и минусы аналогичны варианту размещения камеры на плече.

Крепить на руке на запястье

Этот прием демонстрирует на фото ниже Алексей. Конечно, есть риск потерять камеру при взмахе руками, если не надежен крепеж. Но при съемке вы хотя бы направляете камеру в нужную сторону. И съемка идет не непрерывно, в результате чего вы получаете огромное неподъемное видео, а короткими эпизодами, с которыми удобнее работать при монтаже.

Снято во время проекта «Думай иначе 2: С любимыми не расставайтесь». Хургада, Египет, апрель 1917.

Камера размещена на запястье Алексея. Такое размещение позволяет:
1. Включать камеру только при необходимости провести съемку.
2. Направить камеру на объект съемки.
3. Визуально контролировать её наличие (море любит принимать камеры в подарок).

Снято во время проекта «Думай иначе 2: С любимыми не расставайтесь». Хургада, Египет, апрель 1917.

Съемка камерой, установленной на запястье. Из видимых недостатков такого варианта:
1. Может возникать неудобство при гребке. Для снижения эффекта «парусности» можно держать камеру в прижатом к руке состоянии во время гребков руками.
2. Есть риск потери во время гребли из-за ослабевшего крепления камеры на руке. Имеет смысл дублировать крепление.

Съемка камерой с руки

Но лучше результат у вас будет в том случае, если вы не будете снимать на ходу. Закрепите надежно камеру на компенсаторе, или храните её в кармане. Когда найдёте достойный объект для съемки, остановитесь, зависните, снимите с рук лопатки (если вы их используете) и спокойно, не спеша, сделайте хорошее стабильное видео – неподвижное или панораму.

Снято в дайвинг-лагере Deptherapy, El Quseir, Египет, октябрь 2018.

Именно так снимает Бен на фото:  не спеша выбрал объект, достал камеру, завис и снял. К стати, у Бена отличный контроль за плавучестью – заметьте, он не стоит на дне, а завис на небольшом расстоянии! Работайте над плавучестью, и со съемкой не будет проблем никогда.

Крепление камеры на платформе

Многие дайверы используют специальные платформы для экшн-камер. Я вижу главное назначение платформы в решении двух задач:

  • снижение колебаний камеры при подводной съемке за счет более плотного удержания платформы руками;
  • возможность крепления внешних источников освещения.
Съемка камерой, установленной на платформе. Дайвинг-лагерь Deptheterapy, август 2016.

Этот метод съемки обеспечивает наиболее качественный видематериал. Из него получится вполне смотрибельное видео, которым вы порадуете своих близких в семейном кругу и своих подписчиков в социальных сетях.

Конечно, платформа с камерой выглядит более громоздко, чем сама маленькая камера, и закономерны опасения, не будет ли она мешать при гребле руками. По моему опыту – нет.

Компромисс может быть найден за счет выбора простой по форме U-образной платформы и правильном её закреплении на компенсаторе. Я креплю свою платформу в двух точках: с одной стороны за кольцо на плече на длинном витом растягивающемся тросике, и с другой стороны – карабином за кольцо на поясном ремне. Таким образом, в «походном состоянии» платформа с камерой располагается вдоль тела по диагонали. Длина тросиков подобрана так, чтобы провис был небольшим, и, в то же время, конструкция не мешала движениям.

При необходимости произвести съемку я отстегиваю карабин на поясе и снимаю камерой, держа платформу одной или двумя руками, в зависимости от обстоятельств. Витой тросик, закрепленный на плечевой лямке карабином, растягиваясь, не препятствует съемке. В тоже время, он надежно удерживает камеру, и при необходимости сделать маневр, я просто выпускаю её из рук, делаю несколько махов руками, подбираю висящую на тросике платформу и продолжаю съемку.

Выбор платформ очень велик, в интернете вы найдете массу рекомендаций на этот счет.

И все-таки, если крепление на голове

Я разместил фрагмент этой статьи на крупнейшем русскоязычном дайверском форуме Тетис. Асы подводной съемки, использующие наголовное крепление для подводной съемки, поделились своими приемами, благодаря которым можно получить вполне приемлемое качество видео:

  • Установите камеру так, чтобы она снимала то, что находится перед вами.
  • Не ведите длительную непрерывную съемку. Снимайте фрагментами. Во время съемки помните – вы штатив.
  • Контролируйте положение камеры во время погружения, чтобы она не задралась вверх или вниз. В этом вам может понадобиться помощь вашего напарника. Заранее, до погружения,  договоритесь с ним об  этом, под водой вам трудно будет объяснить, что вы от него хотите. 
  • Итак, ваша голова выполняет функцию штатива. В то время, когда работает камера поворачивайте ею медленно и без рывков.
  • При съемке попробуйте делать повороты не головой, а всем корпусом – так вы обеспечите более плавное движение.

Если у вас есть свои идеи и соображения по поводу фото- и видеосъемки в условиях ограниченных возможностей здоровья дайвера, буду очень признателен, если вы ими поделитесь.

Это изображение имеет пустой атрибут alt; его имя файла - -2-300x30.jpg

Как я готовился.
Часть 2-я. Про деньги

Вторая часть чистосердечных признаний, о том, как начинался проект OpenWaterChallenge. И сейчас рассказ пойдет про деньги.

Ранее я рассказал как я готовился к своему первому студенту с инвалидностью. Вопросы по технике обучения  и с обеспечением условий погружений нашли решение, теперь следовало определиться с финансовой стороной дела. Начиная этот проект, я решил, что не буду ставить перед собой финансовых целей, проще говоря, не стану зарабатывать на своих учениках.

Почему обучение бесплатно? Небольшое лирическое отступление.

Участники Open Water Challenge – дайверы с ограниченными возможностями здоровья. Моей целью является реализация вместе с ними проекта (акции), который послужит мотиватором для людей с ограниченными возможностями здоровья. Это наш общий проект, адресованный тому, кто еще не поверил в свои силы и подавлен обстоятельствами.

Мы объединяем свои усилия: это участник проекта – испытатель, расширяющий границы своих возможностей, и я – организатор Open Water Challenge. Нашим общим результатом будет история преодоления неуверенности в себе, страха перед неведомым, преодоление боязни авантюрных поступков, которые меняют привычную жизнь. Эта история будет изложена в фотохронике проекта и в видеофильме о том, как происходило открытие вами новых горизонтов.

Конец лирического отступления.

Однако, то, что я был готов работать бесплатно, не снимало все финансовые вопросы. Легко видеть, что оплата труда инструктора составляют меньшую часть от всех расходов, в которые входят затраты на проживание студентов, на дорогу в Хургаду, оплата выходов в море и прочее. И ничего не предвещало, что всё это достанется им бесплатно. На эти расходы средства понадобятся в любом случае.

Моя первая краудфандинговая кампания: Wheelchair scuba ride — на суше и под водой.
«Снимаем видео о Wheelchair scuba ride — испытание маршрута по которому пройдут участники OpenWaterChallenge 2015. Пилот-испытатель должен выполнить все упражнения в реальном режиме»

Я должен быть готов к тому, что о деньгах разговор зайдёт. Вопрос, где взять остальные средства, был весьма вероятен. Мне нужен был хороший ответ. Рекомендация типа “ну вы поищите где-нибудь” тут явно не подходила.

Не всегда можно было расчитывать, что участник проекта компенсирует расходы на свое участие из собственных средств.  Действительность такова, что для обеспечения приемлемого уровня комфортности человеку с ограниченными возможностями здоровья приходится затрачивать больше сил, времени и средств (еще раз: средств!), чем человеку без ограничений здоровья. Эти средства идут из его, в общем-то небольших, доходов, тем самым, ещё уменьшая его финансовые возможности. В тоже время, я понимал, что за свой счет подобного рода вложения я делать не в состоянии.

Красивейший проект Марины Куликовой. Вторая жизнь. Перезагрузка
«Я, Марина Куликова, в 16 лет травмировала позвоночник, передвигаюсь в инвалидной коляске. Живу насыщенной жизнью. Я снимаю фильм о том, как инвалид может сделать мечту реальностью.»

Как ни покажется странным, но на мысль о краудфандинге меня натолкнула … PADI. На сайте ассоциации в короткой заметке “Scuba Projects on Kickstarter and Indiegogo” сообщалось о том, что в том время как PADI краудфандит средства на свой проект AWARE, на площадках Kickstarter и Indiegogo идут сборы на проекты, связанные с дайвингом, причем на весьма значимые суммы. В конце заметки задавался вопрос, на который я среагировал:
“А вы когда-нибудь поддерживали какую-либо крауд-кампанию или сами проводили её? Дайте нам знать об этом в комментариях.”

“Действительно, а почему бы нет?”. Но, прежде чем кому-либо предложить эту технологию, я счёл необходимым испытать её на себе. И первую краудфандинговую компанию я провёл на своем проекте.

Впечатляющий проект Штурм глубины. Рекорд Дмитрия Павленко
«Дайвер с ампутацией рук и ног хочет побить мировой рекорд глубины. Его цель — показать, что для человека с мечтой нет границ и барьеров. Поможем Дмитрию совершить невозможное!»

Финансирование толпой: первый опыт

Весной 2015 я «примеривал» адаптивные технологии на себя: посещал на инвалидной коляске отели и дайвцентры Хургады, тестировал доступность помещений, испытывал готовность команд дайвинг-лодок к работе с дайверами с парализованными ногами, нырял в режиме “без ласт”.
Этот проект я назвал Wheelchair scuba ride. Я поставил целью собрать средства на компенсацию расходов на него: оплата погружений, затраты на видеоператора, который сопровождал меня на суше и под водой. Но ценность представляли не только деньги: важно получить опыт подготовки, организации и проведения краудфандинговой кампании.

Прежде чем стартовать, я проанализировала опыт других краудфандинговых кампаний в области дайвинга. Это было крайне полезно и помогло мне определиться со своей стратегией. Анализ опыта предшественников был весьма увлекательным и поучительным, впечатления о нем сформировались в статью с интригующим названием “Деньги на воздух”.

Первый успешная кампания участника проекта Open Water Challenge: Возможное — возможно». На дно Красного моря.
«Ярослав получил травму позвоночника в 16 лет и очень активен в жизни. Своим примером он хочет вдохновить других, бросая вызов природе и самому себе. Получится ли у него?»

Сбор средств прошел успешно, я получил бесценный опыт, который позволил мне в последствии, если не избежать ошибок совсем, то сделать их гораздо меньше, чем могло бы быть. Самым важным достижением стало то, что теперь, предлагая участнику проекта проведение краудфандинговой кампании, я не только был уверен в том, что это работает, я также был готов помогать в её реализации.

Полученный опыт краудфандинга придал мне уверенности. Но оказалось, что у участников Open Water Challenge зачастую есть собственный опыт сбора средств, который имеет иную, отличающуюся от моей, эмоционально-психологическую окраску. С этим надо было считаться.

Проект, который не собрал средств и не был реализован. Асимметричный дайвинг
Каждая неудача учила большему, чем любая успешная кампания.

Публичное финансирование – дело деликатное

Каждый участник Open Water Challenge после травмы столкнулся с острой проблемой финансового обеспечение своего лечения и реабилитации. Это немалые затраты, к которым мало, кто готов. И необходимость раздобыть деньги, так нужные чтобы вернуть себя к нормальной повседневной жизни, ложится дополнительным грузом на уже непростую психологическую ситуацию.

Никто не учился тому, как собирать деньги на свое лечение. Для некоторых это был весьма некомфортный процесс, ассоциирующийся с обращением за милостыней. И если уж человек сделал этот шаг ради своего здоровья, то далеко не каждый был готов повторить его ради, как им казалось, развлечения.

В этой ситуации, первое о чем я должен был договориться с моим партнёрам по проекту (напомню: все участники проектов – мои партнёры, мы делаем общее дело), так это то, что мы собираем деньги не на его развлечения, а на реализацию проекта, результат которого нужен людям. И в каждом случае, с каждым участником, нашей задача была  создать такой проект. Ключевой момент: проект, идея – это то, во что мы верим, то, что нас объединяет, это то, что мы хотим воплотить в жизнь.

Еще один не реализованный проект «Колесница Нептуна» — на коляске в бездну
Обидная неудача – проект имел отличные шансы. Ошибки проекта послужили хорошим уроком.

Без убежденности в своей цели, в правоте замысла нет смысла обращаться к людям за финансовой поддержкой. Если вы не верите в свое дело, то как поверят они? А если вы лукавите в своем проекте, то это уже за гранью добра – то же, что собирать милостыню на вокзале с укутанной в одеяло куклой ребенка на руках.

Уверенность в ценность проекта – крепкая опора для себя. Но как увлечь своей идеей людей, склонить их решение в пользу поддержки проекта?  Разобраться в этом помог опыт путешественников, которые собирали средства на свои экспедиции. Согласитесь, что путешествия это тоже не предметы жизненной необходимости, тем не менее обширный положительный опыт сборов существует. Началось со статьи Francis Tapon «7 Tips On How To Crowdfund Your Travels»(перевод), и  продолжилось анализом разнообразных проектов, которые я нашел на разных краудфандинговых площадках.

Проект Мир без границ! не собрал заявленной суммы, но, тем не менее, был реализован.
«Проект, помогающий людям с ограниченными возможностями путешествовать без границ.»

Планы на дальнейшее

На сегодня я провел семь краудфандинговых кампаний, четыре из них были успешными и заявленной суммы были оперативно собраны, три кампании не достигли цели сборов. Надо сказать, я не разочарован, что не все кампании состоялись: отрицательный опыт – это тоже опыт (простите за банальность). Неудача учит лучше чем успех: после неудачи внимательнее анализ сделанного, точнее и взвешеннее выводы, требовательнее подготовка к новым проектам. В то время, как в случае успеха, торжество победы снижает бдительность и кружит голову.

На площадке Udemy я планирую создать дистанционный практический курс тренинга по готовке краутфандинговой кампании. На мой взгляд 90 % ошибок крауд-кампаний закладывается именно на этапе подготовки.

Как в керлинге, игрок запустивший камень по определенной траектории на 90 % определил результат попадания. И когда камень уже скользит к цели, сколько бы остальные члены команды не свиповали перед ним щетками, их труд окажет максимум 10 % влияния на итоговый результат. (Да простят меня эксперты по керлингу за столь вольную ассоциацию.)  Точно также, по какой траектории была запущена краудфандинговая кампания , так она и «полетит». Последующее вмешательство в её полёт, как бы активно оно не было, уже мало исправит ситуацию.

Далее, несколько моих рекомендаций тем, кто захочет запустить свою компанию по сбору средств,  чтобы реализовать дайвинг-проект.

Краудфандинговая кампания: выбери четкую цель и правильную траекторию, потом что-либо уже сложно исправить.

Готовимся к народному финансированию

А чем собственно, чем мы планируем заняться? Для осознания этого я предлагаю отбросить модное слово краудфандинг (crowdfunding) и воспользоваться переводом – «народное финансирование». Это словосочетание многое проясняет:

Мы собираемся обратиться к народу с просьбой поддержать наш проект, профинансировать его. Выделить на наш замысел некоторую сумму денег. Их денег, заработанных ими. Денег, которые они могли бы потратить на себя или на своих близких, на необходимое или на развлечения. И дело тут не в сумме, а в принципе: мы надеемся, что они поделятся с нами своим трудовым рублем.

Так что же мы такое должны иметь сообщить, какой сигнал послать, чтобы люди откликнулись? Каким требованиям должен соответствовать наш проект? Я при подготовке проектов Open Water Challenge руководствуюсь следующими правилами:

Нужно быть честными перед собой и людьми, к которым обращаемся.

Тут добавить или разъяснять особенно нечего.

У проекта должна быть чёткая цель. Проект должен что-то дать людям, и из проекта должно быть понятно, кто эти люди.

Тогда «в топку» все проекты, «улучшающие общественную среду», «гармонизирующие социальные отношения» и т.д. Никогда авторы этих затей толком не скажут где и что они гармонизировали. Всякий раз они будут подробно и уныло рассказывать, что они делали, но не смогут сказать, кому и почему от этого стало лучше.

Должен быть точный финансовый расчёт всех затрат на проект.

Если вы не посчитали сколько вам надо ресурсов для достижения результата, доверять ресурсы вам нельзя. Я такие проекты не поддержал бы.
Если вы планируете результат проекта «от обратного», в зависимости от того, сколько средств соберете, дела с вами иметь нельзя – вам же все равно, что делать, у вас нет цели!

Деньги следует просить у народа только когда они реально нужны и другие методы привлечения финансов уже использованы.

Один из проектов Open Water Challenge не собрал целиком заявленной суммы, но тем не менее был реализован. Это яркий пример, что необходимые средства изначально были, просто мы не по всем сусекам поскребли, не все свои амбары подмели.
Не простите у людей денежной помощи на свои идеи, если у вас еще есть ресурсы.

Думай как бэкер, действуй как бэкер. Тренируйся.

Бэкер (backer) – человек или организация, поддерживающее что-либо, в особенности финансово. Именно этим термином называют в краудфандинге тех, кто своим рублем поддерживает проекты. Есть очень любопытный обзор психологических типов бэкеров, с которым я советую познакомиться.
Итак, ваш призыв обращен к людям, которых вам бы хотелось увидеть в роли бэкера вашего проекта. А как человек становится бэкером? Как он принимает решение, как выбирает проект, которому он поможет? Если не задуматься об этом, то все ваши призывы могут пройти мимо.

Когда вы готовите свой проект вы выступаете в роли просителя: думаете как проситель, действуете как проситель. Но адресуете вы свое обращение человеку, который находится в другой роли – в роли бэкера. Чтобы сориентироваться на своего читателя, вам надо встать с ним на одну волну, вам тоже надо стать бэкером. Понять его мотивацию изнутри.

Зайдите на площадку, на которой будет размещен ваш проект. Посмотрите другие родственные проекты, их описание, цели, заявленные результаты. И… поддержите те, что вам понравились небольшой суммой. А теперь, попробуйте понять, почему вы поддержали именно это, чем проекты вас «зацепили». Если вы найдете ответы, то тогда есть шанс, что вы так подготовите свой проект, что он «зацепит» кого-нибудь еще.
Будьте бэкером!

Формируй группу поддержки заранее

Очень важно, чтобы проект стартовал динамично, а не вяло завис в интернете. Динамично – это значит, что в первые дни он получил отклик и первую финансовую поддержку. Такой ранний старт вам могут обеспечить только люди, которые будут знать о проекте заранее и будут вашими единомышленниками. Подумайте, к кому вы сможете обратиться, поделитесь с ними своими планами, попросите сделать взнос в первые дни краудфандинговой кампании. Позаботьтесь, кто станет вашей группой поддержки.

Так же для ваших «фанатов» не составит труда рассказать об их личной поддержке вашего проекта в соцсетях, этот сигнал приведет новых бэкеров. Они сделают это наверняка, если вы их об этом попросите. И помните, подготовительную работу надо сделать заранее.

Мобилизуйте свой ближний круг

Я видел немало дайвинг-проектов с нулевым сбором. И мне до сих пор не понятно, а есть ли у автора проекта друзья, близкие. Знают ли они о том, что ради своей цели их друг, родственник затеял народный сбор средств?
Если не знают, то почему автор с ними не поделился? Стесняется? Тогда на что он вообще рассчитывает, если стесняется своего дела?
Если они знают, то почему не поддержали его хотя бы скромными перечислениями? Не верят в успех? Если так, то дело автора дрянь – уж если близкие не верят в него, то что говорить о других людях.

Если ваши друзья вам не помогают, значит, вы делаете что-то не то, или не так. Надеюсь вам поможет в работе с ближним кругом мое обращение к родным и близким автора крауд-компании, которая им все объяснит.

Найди НКО, которому доверяешь. Лично знай директора и бухгалтера. Убедись, что они понимают, о чем речь.

Собранные народным финансированием средства являются доходом, с которого надо заплатить налоги. Закон надо соблюдать.
Наиболее щадящим с точки зрения налогообложения будет сбор, проводимый через некоммерческую организацию (НКО). Но это дополнительное звено между вами и собранными средствами, которое должно надежно сработать. Важно, чтобы собранные для вас деньги добрались до вас в полном объеме и в согласованные сроки, а не «зависли» по пути и не «усохли» в размере.

Работайте с тем НКО, которому вы доверяете. Убедитесь, что бухгалтер понимает, о чем идет речь. В одном из проектов Open Water Challenge бухгалтер НКО не подумав выплатил автору проекта собранные средства  как оплату труда (!?), потеряв при этом изрядную сумму на налогах. Естественно, налоги на фонд оплаты труда не были запланированы в бюджете проекта, и в финансах образовалась дыра, которую пришлось срочно закрывать.

Придумай, чем отблагодарить бэкеров. Не предлагай всякую дрянь и туфту

Краудфандинг – это не сбор пожертвований или милостыни. Это привлечение финансовой поддержки к проектам, что предполагает, что бэкеры что-то получают взамен на свой вклад. Про то, как порадовать бэкеров «перками» (именно так называются вознаграждения в крауд-кампании), написано много статей, дано много полезных советов. Я ограничусь единственным – не предлагайте поддержавшим вам людям унылое бросовое говно.

Я всегда готов поддержать небольшой суммой мотивирующие проекты на Planeta.ru и периодически просматриваю сайт. Один из проектов сулил за внесенный денежный вклад значок с конференции, которую организация-автор проекта, провела два года назад. Я понимаю, что тратиться на дорогие призы нелепо – их стоимость придется компенсировать из тех же собранных на краудфандинге средств. Но фантазия – она же не стоит денег! Поработайте отделами мозга, отвечающим за творческую креативность и искреннюю благодарность. И результат будет отличным.

Самое главное – это любовь!

  • Люби свою цель.
  • Люби людей, ради кого ты запускаешь проект.
  • Люби бэкеров, которые помогают тебе.

Реплика от 10 сентября 2018

Уважаемые коллеги по цеху, инструкторы по дайвингу!

Примите мое искреннее уважение все, кто обучает, будет обучать дайверов с инвалидностью. Вы делаете сложное и очень нужное дело, и я всегда готов помочь, если чем-либо могу быть вам полезен.

Побеспокоить вас меня вынудил тот факт, что за последнее время я несколько раз столкнулся с ситуацией, когда дайвер с инвалидностью сертифицируется как OWD или Scuba Diver (или аналоги) без прохождения экзамена по теории. Да, и сама теория ограничивается кратким экскурсом в школьную физику.

Друзья, пожалуйста, не поступайте так! Дайвер с инвалидностью имеет ограничения здоровья, но не ограничение разума. Не скрывайте от дайверов всей премудрости дайвинга, давайте им теорию в полном объеме и проводите экзамен, как для всех своих студентов.

Да, дайвер с ДЦП или параплегией не может войти в воду большим шагом или пронести скубу 500 метров до берега, но успешно сможет спланировать погружение, оценить риски, составить план. И для этого ему понадобятся знания теории, которые он получит у вас на курсе.

Спасибо всем за внимание.
Надеюсь быть услышанным и понятым.

Привожу фото «дайверов», которым точно не нужен курс теории. Не надо студентов с инвалидностью уподоблять домашним питомцам!

PADI Adaptive Support Diver
vs DDI Assistant Diver:
чьё кунг-фу круче?

Последнее время мне довелось принять участие в нескольких проектах, посвященных обучению и организации погружений с участием дайверов с ограниченными возможностями здоровья. Наши погружения проходили в разных  условиях: и с берега, и с сафарийного бота, и с зодиака, были погружения ночные, с посещением wreck’ов, дрифты (погружения в течениях).

Могу подтвердить, что все многообразие дайвинг-приключений было доступно дайверам с инвалидностью. Мы специально не выискивали тихих мест, ныряли, как обычно. Уверенность в силах участников погружений опиралась на то, что это были опытные дайверы, которые имели солидный «наныр», несмотря на имеющиеся ограничения возможностей здоровья. А так же на то, что  надежными спутниками в погружениях были дайверы-волонтеры, которые всегда были готовы оказать помощь как на поверхности, так и под водой.

Волонтеры помогают дайверу с инвалидностью подойти к месту погружения. Оленевка, мыс Тарханкут, Крым, июль 2018.

Часто возникают вопросы подготовки дайверов-волонтеров, напарников для дайверов с инвалидностью. Диапазон тем широк: от необходимых волонтеру навыков и знаний адаптивных техник, до их юридической ответственности. Количество мнений и версий множится. Одни видят их в роли няньки, не выпускающей своего подопечного ни на минуту из своей опеки, а другие придерживаются другой крайности: дескать, достаточно, что помог собрать скубу, дойти до воды, а дальше – ты сертифицированный дайвер, делай все сам.

Некоторые уже знают об открытой в 2017 году программе PADI Adaptive Support Diver. Кто-то слышал о подготовке дайверов сопровождения специальными «инвалидными» ассоциациями. И когда информация сходилась, тут уже путаница наступала полная. Обсуждение «чьё кунг-фу круче», какая из ассоциаций поступает «правильнее», затягивалось надолго, несмотря на усталость, после насыщенного дня дайвинга.

Инструктор и матросы дайв-бота помогают дайверу с ампутацией рук и ног подняться на борт, после погружения. Хургада, Египет, ноябрь 2017.

Я возьму на себя смелость внести ясность в ситуацию. Буду делать это на примере двух ассоциаций – PADI и DDI, по которым я обладаю бо́льшей информацией..

PADI не нуждается в представлении, а несколько слов о DDI следует сказать. Disabled Divers International (DDI) — некоммерческая организация, цель которой стимулирование, развитие и проведение программ обучения дайвингу людей с ограниченными возможностями для профессионалов и дайверов-любителей. Аппарат ассоциации включает всего несколько человек, все они являются волонтерами. С момента своего появления в 2010 году DDI получила широкую поддержку и признание в индустрии дайвинга. Регулярно проводятся как профессиональные, так и непрофессиональные программы обучения по всему миру. Специалисты и дайв-центры DDI представлены в 58 странах мира.

DDI и PADI – конкуренты? Нет, партнеры.

PADI и DDI не являются конкурентами на рынке дайвинг-услуг: они занимают разные не пересекающиеся ниши. PADI признает существование организаций, «которые специализируются на обучении и выдаче специальных сертификатов для дайверов с ограниченными возможностями». PADI рекомендует обращаться в эти организации, если студент с инвалидностью не может выполнить нормы Scuba Diver или OWD, но хочет получить сертификат (Руководство для инструктора по спецкурсу PADI Adaptive Techniques, стр 21).

Более того, деятельность PADI и ассоциаций для дайверов с инвалидностью тесно сошлась с появлением у PADI квалификации PADI Adaptive Techniques Specialty Instructor. Инструктор PADI может получить данную квалификацию, либо после прохождения Specialty Instructor Training course у Курс-директора PADI, либо  представить доказательства своего опыта, направив форму-заявление непосредственно в региональную штаб-квартиру PADI. «Доказательства наличия опыта включают документы об обучении дайверов с ограничениями от занимающейся этим организации.» (Руководство для инструктора по спецкурсу PADI Adaptive Techniques, стр 9).

Первой в перечне рекомендованных PADI организаций, которые специализируются на обучении и выдаче специальных сертификатов для дайверов с ограниченными возможностями, стоит Disabled Divers International (DDI)

Инструктор и дайвер поддержки проводят первое занятие в открытой воде для дайвера с параплегией. Хургада, Египет, 2016.

Какого дайвера предстоит поддерживать PADI Adaptive Support Diver и DDI Assistant Diver

Итак, у PADI есть подкурс Adaptive Support Diver, а у DDI – Assistant Diver. И по первой, и по второй программе готовят дайверов, которые могут быть напарниками при погружении дайверам с инвалидностью. Так в чем схожесть и отличие этих двух программ подготовки?

Начнём с того, собственно, кому по замыслу PADI и DDI должна быть оказана поддержка со стороны суппорт-дайвера (любителя, не профессионала!). Обе ассоциации декларируют необходимость поддержки людей с ОВЗ в их стремлении заниматься дайвингом. Но адресата, получателя поддержки PADI и DDI видят по-разному.

PADI

Сертифицированный дайвер PADI (не профессионал) может погружаться совместно, быть напарником (buddy) только подводному пловцу, который также является самостоятельным дайвером, т.е. он сертифицирован  и имеет уровень OWD или выше. (Здесь, и далее, я опускаю фразу «или аналогичного уровня сертификации иной ассоциации», чтобы не усложнить изложение.)

Таким образом, дайвер поддержки PADI имеет возможность предложить свои знания и навыки, полученные на курсе Adaptive Support Diver, только дайверу с инвалидностью, который прошел, как минимум, курс OWD и уже доказал, что является равноправным партнером по погружениям для любого сертифицированного дайвера.

PADI допускает, что не всякий желающий заниматься дайвингом, способен выполнить все требования по курсу Open Water Diver. Однако, PADI не выпускает ограниченные или неполные сертификаты для дайверов с инвалидностью. Требование соответствовать стандартам обучения должно быть исполнено без всяких исключений, даже при наличии у дайвера ограничений возможностей здоровья.

Если дайверы не могут выполнить все требования курса Open Water Diver, есть альтернативные варианты:

  • получить сертификат PADI Scuba Diver.
  • для тех, кто не может выполнить требования и получить сертификат Scuba Diver, PADI рекомендует программу Discover Scuba Diving (DSD). Эта программа может быть полностью выполнена в бассейне, что хорошо подходит для людей с ограниченными возможностями. Те участники программы DSD, кто успешно ныряет в закрытой воде, могут принять участие в погружении Discover Scuba Diving в открытой воде.
  • Программа PADI Seal Team также адаптируется к взрослым с ограниченными возможностями, пожилым и другим людям, которым требуется погружение под тщательным контролем.

Однако, во всех трех случаях дайверы совершают погружения под контролем профессионалов. И другие сертифицированные дайверы-любители, если и могут находиться поблизости в водоеме (бассейне), но не в качестве напарников для дайверов, не закончивших курс OWD, и не в качестве ассистентов для профессионалов PADI.

Таким образом, PADI Adaptive Support Diver подготовлен к тому, чтобы  погружаться с другим сертифицированным дайвером PADI, имеющим ОВЗ

Дайвер с ампутацией ног помогает застегнуть ремешок компьютера напарнику с ампутацией руки. Эль Кусейр, Египет, 2016.

Небольшое отступление.

Следует признать, что требование выполнения стандартов курса OWD, не является загородительным для людей с инвалидностью в их стремлении заниматься дайвингом. Многие люди со сложными формами инвалидности имеют возможность стать самостоятельными дайверами, пройти курс OWD и затем погружаться в паре с другим самостоятельным дайвером. Мне довелось погружаться в buddy-режиме с дайверами с параплегией, с ампутациями ног и рук, с травмами головного мозга, с заболеваниями сердца и центральной нервной системы, слабослышащими. Это были дайверы разного уровня сертификации — от OWD до divemaster’a, уверенно владеющие  дайверскими навыками.
Не лишне упомянуть, что каждый из них регулярно проходил освидетельствование у врача, чтобы получить подтверждение возможности заниматься дайвингом.

 

Напарник помогает дайверу с ампутацией ног подойти к месту погружения. Эль Кусейр, Египет, 2016.

DDI

DDI разделяет подход PADI, что дайвер должен устойчиво овладеть набором обязательных дайверских навыков. Более того, перечень этих навыков у DDI и у PADI практически совпадает.  Однако, в отличие от  PADI,  DDI допускает, что дайверу из-за имеющихся ограничений здоровья, не все навыки доступны, и при этом он может быть сертифицирован. В этом случае, дайвер сертифицируется не как самостоятельный дайвер – ведь, из-за отсутствия возможности выполнять все необходимые навыки, он не справится с решением возможных «типовых» проблем. При погружении такому дайверу нужен помощник, который своим опытом и знаниями сумеет компенсировать недостающие (а точнее, недоступные) дайверу навыки.

Уровень  Необходимой Поддержки.

Механизм «Уровня  Необходимой Поддержки» предоставляет инструктору DDI возможность определить, какая дополнительная  помощь должна быть предоставлена дайверу при погружении. Эта информация вносится в сертификационную карту студента по завершении курса.

«Уровень Необходимой Поддержки» дает возможность сертифицировать дайвера с инвалидностью без необходимости оценивать различные виды инвалидности, а вместо этого оценивает эффективность учащегося как дайвера  в соответствии с тем, какие требования к помощи со стороны предъявляются. Исходя из того, какие навыки из обязательного перечня студент выполняет, ему присваивается «Уровень  Необходимой Поддержки» от 1 до 3.
В зависимости от «Уровня  Необходимой Поддержки» определяется количество сопровождающих дайверов и требования к их подготовке.

Инструктор и дайверы поддержки готовят к погружению дайвера с квадраплегией. Оленевка, мыс Тарханкут, Крым июль 2018.

Уровень 1. Кандидат выполнил все требования к выполнению дайверских навыков DDI, продемонстрировал знания и  физическую выносливость в соотвествии со стандартом учебной программы. Этот кандидат продемонстрировал способность сам оказывать адекватную помощь другому дайверу, если возникнет внештатная ситуация и такая помощь потребуется. Этот кандидат может погрузиться с любым другим сертифицированным взрослым дайвером. (Фактически, это уровень соответсвует уровню PADI OWD.)

Уровень 2. Кандидат выполнил требования к навыкам DDI, демонстрируя способность самопомощи в внештатной ситуации. Кандидат не может обеспечить адекватную помощь другому дайверу, если возникнет необходимость.
Для того, чтобы соблюдалось требование обеспечения адекватной помощи всем дайверам, требуется, чтобы дайвер, имеющий «Уровень  Необходимой Поддержки» №2, погружался с двумя сертифицированными дайверами, один из которых должен быть DDI Assistant Diver или аналогичного (и выше) уровня по программе, признанной DDI.

Уровень 3. Кандидат выполнил необходимые навыки курса Pool Diver и продемонстрировал способность безопасно использовать оборудование для подводного плавания. Однако, у кандидата нет возможности для самопомощи.
Для того чтобы соблюдалось требование обеспечения адекватной помощи всем дайверам, дайвер, имеющий «Уровень  Необходимой Поддержки» №3, должен погружаться с с тремя сертифицированными дайверами, один из которых должен быть профессионал DDI или другой, признанной DDI программы подготовки.

Таким образом, дайверу DDI предстоит самостоятельно (без поддержки профессионала) погружаться с дайвером, частично выполняющим навыки OWD и имеющим Assistance Requirement Level 2.

Инструктор и суппорт-дайвер помогают дайверу с ампутацией рук снять компенсатор перед выходом на лодку. Хургада, ноябрь 2018 г.

Вывод
  • PADI Adaptive Support Diver должен быть готов быть buddy для дайвера с ограниченными возможностями здоровья,  который успешно прошел курс OWD (или выше). Который, в свою очередь, подготовлен к погружению с другим дайвером-любителем, способен самостоятельно решать возникающие проблемы и готов оказать помощь напарнику.
  • напарником DDI Assistant Diver может быть  дайвер, не способный в силу ограничений здоровья выполнить все навыки курса OWD. Этот дайвер может оказать помощь себе, но не имеет возможность оказать помощь своему напарнику. И этот дайвер подготовлен к тому, что с ним будет погружаться дайвер, прошедший специальную подготовку, либо профессионал.

Согласитесь, что различия весьма существенные, и они определяют различие требований к подготовке суппорт-дайверов.

Инструктр и ассистенты помогают подготовиться к занятиям в бассейне дайверу с проблемами опорно-двигательного аппарата. Оленевка, мыс Тарханкут, Крым, июль 2018.

Подготовка PADI Adaptive Support Diver и DDI Assistant Diver

PADI Adaptive Support Diver

Задачей под-курса PADI Adaptive Support Diver является вооружить дайверов полезными методиками, помогающими выступать в роли напарника для дайверов с ограниченными возможностями (акцентирую – прошедшими курс PADI OWD, или выше).

DDI Assistant Diver

Программа Assistant Diver готовит рекреационного дайвера быть помощником дайвера с инвалидностью, которые,  в силу невозможности выполнения всех дайверских навыков курса OWD, должны иметь дайвера поддержки, обладающего специальными компетенциями, в качестве одного из своих дайвинг-партнеров.

Для того, чтобы Assistant Diver был в состоянии помочь дайверу с инвалидностью, он должен иметь те же технические навыки, что и дайвмастер или выше. Однако, Assistant Diver не должен обладать организационными знаниями и навыками менеджмента, которымие  владеет дайвмастер.

Предварительные требования к кандидату на курсы PADI Adaptive Support Diver и DDI Assistant Diver

PADI Adaptive Support Diver

До начала данного курса дайвер должен:

  • Иметь сертификат PADI Open Water Diver  или аналогичный сертификат от иной обучающей организации.
  • Возраст не менее 15 лет.
  • Курс EFR Primary and Secondary Care, пройденный в пределах 24 месяцев.
DDI Assistant Diver

Необходимые условия для участия в программе DDI Assistant Diver:

  • Возраст не менее 15 лет;
  • Минимум 30 зарегистрированных погружений;
  • Сертификаты Advanced Open Water и Rescue diver от любой всемирно признанной организации по подготовке дайверов;
  • Курс EFR Primary and Secondary Care, пройденный в пределах 24 месяцев.
  • Пройденное предварительное тестирование

Перед регистрацией на участие в программе DDI Assistant Diver, кандидат должен продемонстрировать дайверские знания и навыки. Оценка проводится на основании демонстрации кандидатом упражнений и выполнения тестов в соответствии с требованиями руководства инструктора базовой учебной организации  для уровней Advanced Open Water и Rescue Diver.

 

Напарник помогает дайверу с параплегией преодолеть участок с сильным встречным течением. Хургада, Египет, 2016

Продление, подтверждение статуса PADI Adaptive Support Diver и DDI Assistant Diver

PADI Adaptive Support Diver

Подтверждение статуса PADI Adaptive Support Diver не требуется, сертификат выдается без ограничения срока действия.

DDI Assistant Diver

Некоторые непрофессиональных сертификаты DDI требуют периодического подтверждения, только в этом случае они остаются действительными. Срок действия сертификата DDI Assistant Diver составляет 24 месяца. Причина, заключается в том, что необходимо гарантировать, что сертифицированный дайвер все еще может безопасно удовлетворять требованиям уровня сертификации.
Подтверждение сертификации проводится инструктором и заключается:

  • обзоре готовности ученика к применению необходимых навыков и знаний,
  • медицинский осмотр, подтверждающий способность учащегося безопасно погружаться в пределах принятых уровней риска.

Итоги и выводы

  1. PADI Adaptive Support Diver – это своеобразный тренинг «Как общаться с людьми с ограниченными возможностями» в применении к дайвингу. В этой программе безусловно есть смысл и польза. Вполне ожидаем рост числа дайверов с ограниченными возможностями здоровья, а вот предубеждение относительно невозможности людей с инвалидностью заниматься дайвингом еще очень велико. Поэтому очень правильный шаг – готовить дайверское сообщество к тому, что вскоре вашим бадди или просто соседом по дайв-боту может оказаться человек с ОВЗ.
    Я был свидетелем того, как матерые дайверы на боте впадали в ступор при виде дайвера с инвалидностью на борту. Их поведение выдавало смятение: с одной стороны хотели помочь, с другой – не знали как подойти, как предложить свою помощь. В итоге, чаще всего, они уходили отсиживаться на сандек, повыше, чтобы не чувствовать себя неловко.
  2. Еще один положительный аспект PADI Adaptive Support Diver  заключается в том, что рассматриваемые в нем адаптивные техники очень полезны для погружений с пожилыми дайверами. Эта аудитория дайвинга также будет расширяться и готовить к этому дайверов надо.
  3. DDI Assistant Diver – это реальный помощник в любом проекте. Я бы очень рекомендовал всем rescue diver’ам пройти этот курс. Думаю, что со мной многие согласятся, что в реальности навыки по спасению, которые они получили на курсе, не так часто востребованы (и слава Богу!). А вот применить свои знания и опыт для того, чтобы помочь человеку с инвалидностью войти в подводный мир, — задача благородная.
  4. Задачи, выполняемые DDI Assistant Diver, сложнее, и условия для входа на программу более жесткие, чем PADI Adaptive Support Diver. Кроме того каждые два года надо подтверждать свою квалификацию.
  5. Сравнивать, эти программы, чтобы выяснить, что лучше, бессмысленно, т.к. они ориентированы на помощь разным категориям дайверов,  на разные условия организации погружений.
    Имеющийся выбор расширяет возможности неравнодушных дайверов-любителей помогать людям с инвалидностью в открытии подводного мира. Не упустите свой шанс, сделать человека счастливым!
В заключении, обращаюсь к тем дайверам-любителям, которые чувствуют в себе готовность помогать людям с инвалидностью открывать Подводный мир.
Совет прост: если вы AOWD, то рекомендую стартовать с PADI Adaptive Support Diver, а если вы уже Rescue Diver – вы принесете бо́льшую пользу, став DDI Assistant Diver.

 

Пока дышу, надеюсь.
Готова ли дыхательная система пожилого человека к занятиям дайвингом.

Как сказываются возрастные изменения организма на возможность дышать сжатым воздухом при погружении с аквалангом? Сможет ли пожилой человек комфортно дышать через регулятор под водой? Эти вопросы беспокоили меня, когда в октябре 2018 я проводил программу PADI Discover Scuba Diver для своей мамы, которой на тот момент было 75 лет.  

Возможность дышать под водой благодаря аквалангу открыла человечеству относительно легкий и безопасный путь в подводный мир. Наша природная дыхательная система не способна извлекать кислород из воды, и поэтому при погружениях мы несем в своих баллонах немного родной атмосферы.

Сохранение бесперебойного дыхания под водой является жизненно важным для аквалангистов. По этой причине бо́льшая часть курса подготовки начинающего подводника связана с упражнениями по отработке внештатных ситуаций, связанных именно с нарушением дыхания и подачи воздуха.

Мода на дайвинг 60-х была адресована в первую очередь на молодых. Аквалангист должен был быть крепок, ловок, силен и, конечно, … красив.

Как все новое, дайвинг осваивался энергичными, крепкими, активными, и что важно — молодыми людьми. И это не удивительно: на заре дайвинга он представлялся, как экстремальное увлечение, доступное только отчаянным «сорвиголовам». Предполагалось, что на встречу с Бездной идут  крепкие ребята и упругие девушки, которые отлично подготовлены к физической нагрузке. А уж дышать-то воздухом они точно умеют и делают это очень хорошо.

Постепенно, благодаря позитивной статистике безопасности погружений, надежности оборудования, привлекательности красот подводного мира, аудитория дайвинга расширилась. Дело уже не казалось столь рискованным, и все более и более «возрастные» покорители глубины шагнули под воду. Этот процесс – рост доли пожилых дайверов – продолжается и, я ожидаю, будет продолжаться. Он обусловлен двумя тенденциями:

  • все больше новых дайверов пенсионного возраста одевают скубу, проходят курсы и вливаются в Всемирный Подводный Клуб;
  • действующие дайверы «выпуска» 40-70 годов прошлого века приблизились к почтенному возрасту, но продолжают заниматься любимым делом. И количество людей, переходящих из «взрослой» группы в «стариковскую», растет.

Рекреационный дайвинг славится свой доступностью благодаря отсутствию чрезмерных физических нагрузок. Грамотная организация погружений позволяет исключить необходимость таскать на плечах тяжелое оборудование. Заботливый инструктор всегда подскажет, как войти  в воду с лодки налегке (и вернуться обратно), как одеть/снять оборудование на поверхности воды. Напарники по погружению и персонал дайвинг-центра всегда готовы оказать помощь при преодолении полосы прибоя, при одевании/снятии ласт, в доставке оборудования к месту погружения. Таким образом, даже пожилой человек, утративший былую силу мышц, может свободно наслаждаться парением в невесомости под водой. Будучи в почтенном возрасте, в свои 88 лет, Стэн Уотермен, первопроходец любительского дайвинга,  так описывал погружения:

Я ограничиваю себя двумя погружениями в день и отказываюсь от погружений в местах, где есть сильные течения. Я надеваю оборудование на самом дайв-деке. Когда я сижу на краю дайв-дека или в лодке, всегда есть чья-то рука помощи, придерживающая мой баллон, мой компенсатор, грузовую систему или ласты. Поэтому я стартую с нулевыми усилиями. Назад я возвращаюсь так же легко, передав на лесенке напарникам мои ласты, груза и баллон, или будучи втащенным на борт лодки как мешок картошки.

Но с годами слабеют не только мышцы. Увы, стареет и наша дыхательная система. Как это происходит и что нас ожидает? Надо бы разобраться. Ведь дыхание – это наше все!

Следующий раздел будет полон медицинских терминов и может вызвать некоторое затруднение при прочтении. Но, что делать! Мы не ведаем, что и где у нас в организме расположено, и как это называется, пока ОНО не заболит. Но нам, дайверам и инструкторам, важно иметь представление о том, что с возрастом происходит  там, внутри нас, где кислород из воздуха проникает в организм.

Старение дыхательной системы

Источником знаний медицинского характера стала для меня статьи Старение дыхательной системы и Особенности старения дыхательной системы.

Структурные изменения аппарата внешнего дыхания

В органах дыхания в процессе старения происходят существенные морфологические и функциональные изменения. После 60 лет появляются дегенеративно-дистрофические изменения костей и мышц грудной клетки. Реберные хрящи теряют эластичность в результате отложения в них солей кальция, уменьшается подвижность реберно-позвоночных суставов.

Остеохондроз грудного отдела позвоночника и атрофия длинных мышц спины приводит к развитию старческого кифоза. Развиваются дистрофические изменения в межреберных мышцах диафрагмы. Это приводит, во первых, к деформации грудной клетки, она принимает бочкообразную форму; во вторых, уменьшается подвижность грудной клетки. Все это нарушает легочную вентиляцию.

Анатомо-физиологические особенности дыхательной системы. Деформация грудной клетки. Грудной кифоз.

Легочные объемы

При старении снижается жизненная емкость легких, уменьшается ряд её компонентов:  дыхательный объем, резервный объем вдоха и выдоха.
Возрастает объем остаточного воздуха и, особенно, его доля в общей емкости легких. В то время как в возрасте 20-29 лет отношение остаточного объема к общей емкости легких составляет 25%, в возрасте 60-69 лет оно уже возрастает до 44%, в 70-79 лет — до 46%, в 80-89 лет — до 49% и в 90 лет и старше — до 52%.

Спирометрия — это один из основных методов для оценки функционального состояния легких. Метод позволяет измерить объем легких, объем выдоха за одну секунду и скорость выдоха.
Слева направо: Пожарный проверяет состояние своих легких, 1919. Пилот-курсант на тестировании объема легких, 1925. Измерение объема легких призывника, 1949.

Вентиляция легких

После 80 лет легочная вентиляция несколько уменьшается. Насыщение артериальной крови кислородом снижается – развивается артериальная гипоксемия. Это объясняется снижением альвеоло-капилярной диффузии кислорода. В ходе старения насыщение О2 артериальной крови от 98% в среднем возрасте снижается к 60-69 годам до 90%, а в дальнейшем уже почти не изменяется.
Образно говоря, старые люди даже в состоянии покоя живут как бы на высоте 1500—2000 м над уровнем моря.

Изменение структуры дыхательных путей, расширение и увеличение объема трахеи и бронхов способствуют увеличению в старости анатомического мертвого дыхательного пространства. Помимо этого, в связи с изменением равномерности вентиляции и нарушением соотношений между альвеолярной вентиляцией и кровотоком в легких увеличивается также физиологическое мертвое дыхательное пространство и его доля в дыхательном объеме. Так, если у лиц 26-39-летнего возраста отношение физиологического мертвого дыхательного пространства к дыхательному объему составляет 30%, то у людей 62-84 лет оно возрастает до 41%.

Эффективность дыхания

Один из важных показателей эффективности дыхания — относительная величина альвеолярной вентиляции, т. е. соотношение между альвеолярной вентиляцией и минутным объемом дыхания (МОД), так как оно определяет ту часть О2, которая из общего объема вентилируемого кислорода поступает в альвеолярный резервуар для непосредственного участия в газообмене. В результате учащения дыхания в процессе старения доля альвеолярной вентиляции в общем объеме вентиляции легких уменьшается, поэтому в старости из всего объема поступающего в легкие О2 вместо 65-70%, как это имеет место в среднем возрасте, в газообмене принимает участие только 51-58%

Компенсационные механизмы

В процессе старения складываются неблагоприятные условия для обеспечения кислородного режима организма за счет системы внешнего дыхания. Однако на этом фоне одновременно развивается сложная перестройка организма с возникновением новых приспособительных механизмов, что в ряде случаев обеспечивает достаточный уровень функции при, казалось бы, серьезных структурных нарушениях. Так, несмотря на уменьшение дыхательного объема, одновременно развивающееся учащение дыхания приводит к увеличению вентиляции легких. Считают, что минутный объем дыхания (МОД) может увеличиваться в пожилом и старческом возрасте до 150—200% от должной для среднего возраста величины.

Итак, возрастные изменения дыхательной системы и компенсационные механизмы, запускаемые природой, позволяют пожилому человеку снабжать организм кислородом в приемлемом количестве. А физическая активность, активный образ жизни способствуют замедлению развития застойных процессов в легких, что сохраняет эффективность газообменных процессов.

Но как это все будет выглядеть применительно к дайвингу? Останется ли эта сложная система сбалансированной под избыточным давлением под водой?

Группа испытуемых в барокамере перед погружением.

Возраст как таковой не является преградой для занятий  дайвингом.

Ответ на поставленные вопросы я нашел в статье Scuba Diving Safe for Older Adults, посвященной результатам исследований, проведенных в Медицинском центре Университета Дьюка (Первоисточник: Journal of Applied Physiology, February 2003 • News release, Duke University Medical Center.).

Хорошая новость: рекреационные дайверы не должны переживать о том, что им придется отказаться от своего хобби только потому, что они становятся старше. Исследование показывает, что постепенное возрастное снижение функции легких недостаточно значимо для того, чтобы удерживать здоровых пожилых водолазов подальше от воды.

Используя барокамеры для имитации погружения на глубину 60 футов (18 метров), исследователи обнаружили, что  пожилые дайверы мало отличались от более молодых в том, как их легкие реагировали на изменения давления воды. Они также сохраняли приемлемый для здоровья баланс кислорода и углекислого газа. Говорит исследователь Хезер Фредерик, доктор медицины, ректор по анестезиологии в Медицинском центре Университета Дьюка:

Один из ключевых вопросов исследования заключался в том, будет ли у пожилых дайверов завышенный уровень углекислого газа во время погружений.
Мы обнаружили, что даже на глубине 60 футов (18 метров) при умеренной физической нагрузке здоровые пожилые люди имеют повышенный уровень остаточного углекислого газа, который статистически значим для поверхности, но его значение клинически несущественно по сравнению с значениями более молодых тестируемых.

Исследователи поставили своей целью выявление завышенного уровня остаточного углекислого газа, поскольку это может стать  серьезной проблемой безопасности для дайверов, особенно во время тяжелых нагрузок,  проблем с дыханием, спровоцированных регулятором (дыхательного устройства, используемого при дайвинге) или имеющегося заболевания легких. Воздействие на дайвера избыточного количества остаточного углекислого газа в легких может привести к дезориентации, судорогам и, в крайнем случае, потере сознания во время погружения.

В ходе исследования проанализированы результаты группы из 10 здоровых взрослых (19-39 лет) и  другой группы 10 здоровых пожилых людей (58-74 лет). Ни у одного из дайверов, участвующих в эксперименте, не было болезни легких или сердца.

Исследователи замеряли, как легкие дайверов функционировали в состоянии покоя, так и во время упражнений на двух уровнях нагрузки; как при нормальном давления, так и на глубине 60 футов (18 метров) под водой. Исследование показало, что легкие участников старшей группы даже при тренировках функционировали на уровне, сравнимым с уровнем показателей легких молодых испытуемых.

«В итоге мы можем констатировать, что здоровые пожилые дайверы в состоянии продолжать безопасно заниматься дайвингом», — говорит Фредерик.
«Это самое крупное исследование такого рода. Благодаря барокамере мы имели точный контроль над всеми физиологическими переменными, и результаты этого исследования должны помочь пожилым дайверам чувствовать себя уверенными при погружениях».

Однако, исследователи подчеркивают, что в этом исследовании был рассмотрен только эффект сохранения остаточного углекислого газа у дайверов и не рассматривались проблемы, связанные с декомпрессионным заболеванием, что является потенциально опасным состоянием, которое возникает, если дайвер выходит на поверхность слишком быстро или нарушает другие нормы безопасности, касающиеся глубины погружения, его длительности или частоты погружений.

Позвоните родителям, пригласите их … на дайвинг!

Вместо заключения

Итак, моя мама прекрасно прошла программу DSD и мы с ней славно поныряли на красочных рифах Красного моря. Никаких проблем ни с перегрузкой, ни с затруднением дыхания не возникло  ни на поверхности, ни под водой. Она была рада не только увидеть красоту подводного мира, но и почувствовать в свои 75 лет, что у нее есть силы и возможность познавать новое, расширять границы своего пространства. Надеюсь, что весной мама вновь приедет в Египет, и мы продолжим наши погружения.

В завершении я бы хотел обратиться к коллегам, в связи с имеющим место недоверием к возможности людей пожилого возраста заниматься дайвингом. При подготовке этой заметки я натолкнулся цитату, которая мне показалась излишне категоричной, искажающей реальную суть вещей:

Противопоказания занятию дайвингом:
Следует учитывать, что дайвинг полезен только здоровому организму. У людей с заболеваниями органов кровообращения и дыхания, а также у лиц пожилого возраста занятия плаванием под водой могут вызвать серьезные проблемы со здоровьем.

Согласитесь, занятия подводным плаванием могут вызвать проблемы со здоровьем у любого, кто пытается превысить лимиты своих жизненных ресурсов. Это в равной степени относится и к молодым людям, и к пожилым, это справедливо, как для физически здоровых людей, так и для людей с ограничением возможностей здоровья.

На мой взгляд, большой ошибкой для инструктора будет подхватить снобизм «здорового человека», демонстрировать высокомерно-покровительственное отношение к дайверам в возрасте или людям с инвалидностью. Статус и опыт инструктора по дайвингу имеют авторитет и вес в глазах людей, мечтающих стать дайверами. И любое категорическое «Нет, дайвинг не для вас» может лишить человека мечты и навсегда разлучить его с морем.

«Общая установка такова, что вам следует приглашать к участию в ваших программах всех, кто проявляет интерес к дайвингу, если у них имеется желание и человек отвечает граничным медицинским условиям, установленным в дайв-индустрии и ведущими специалистами в области подводной медицины. При наличии медицинского разрешения (выделено мною, Д.К.) вы можете обучать людей с различными физическими ограничениями, фокусируясь не на их заболеваниях, а на их желании заниматься дайвингом.

Несмотря на то, что нарушать стандарты не разрешается, вы можете использовать разнообразные техники, которые помогут таким дайверам выполнить обязательные требования. Ищите разумные и творческие методы для того, чтобы выполнить установленные стандартами требования.»

Я процитировал обращение к инструкторам из Справочника по методике обучения PADI, думаю, что и другие обучающие ассоциации рекреационного дайвинга придерживаются аналогичной позиции.

Всем удачи в обучении и в погружениях!

Кукушка – кукушка,
сколько лет мне нырять осталось?

Сколько мне еще будет доступен дайвинг? Смогу ли я продолжать участвовать в сафари? Обновлять ли мне костюм (регулятор, компенсатор) или донырять в том, что уже есть, поскольку немного осталось? Такие вопросы наверняка посещают дайверов с наступлением «предпенсионного» возраста. Вот и мне в мои 55 тоже стала интересна эта тема.

Дайвинг пришел на территорию стран бывшего СССР в 90-е годы. Именно тогда ключи от подводного мира перешли от забюрократизированных клубов ДОСААФ к инструкторской вольнице, вкусившей прелестей зарубежных стандартов дайвинга. Подводное плавание перестало быть «подготовкой трудящихся к защите социалистического Отечества» (формулировка из целей из задач ДОСААФ), а стало дайвингом, которое «is Fun».

С тех прошло более 20 лет, и пионеры российского дайвинга подбираются, кто к пятому, кто к шестому, а кто-то разменял уже свой седьмой десяток. И все острее встает вопрос: до какого возраста можно погружаться? Или уже нужно выбирать гвоздь, на который повесить свои ласты?

Фактически первая волна ветеранов от дайвинга подошла к точке принятия решения. Пример того, как «повзрослевшие» первопроходцы примут вызов своего возраста, безусловно скажется на  решении их многочисленных студентов, когда те, в свою очередь, дойдут до своей возрастной черты. И если для нашего  подводного сообщества тема «давинга для пожилых» только подступила, то в странах, где дайвинг получил развитие на 40-50 лет раньше, опыт в этой области накоплен гораздо больше.

Я не буду здесь рассматривать медицинский аспект проблемы. Во-первых, потому что я не являюсь специалистом, и не считаю возможным рассуждать о том, чего не знаю. Во-вторых, мнение экспертов от медицины требует особого рассмотрения, чему я посвящу отдельный пост. Начну рассматривать тему «возрастного» дайвинга с обзора информации «из первых рук» – мнений и суждений тех, кто свое решение уже принял.

Рекордсмен

Raymond Woolley обладатель рекорда Гиннеса, как самый пожилой дайвер в мире 2017, 2018 годов

Безусловно, красноречивым выражением отношения к своему возрасту в дайвинге отличился ветеран Raymond Woolley. Raymond начал заниматься дайвингом в 1960 (многих, читающих этот текст, тогда не было на свете), в 1964 он был командирован на Кипр, где регулярно нырял. С 1999 года Raymond проживает на Кипре постоянно.

1 сентября 2018 года Raymond Woolley обновил свой же рекорд в Guinness World Records 2017 года, как самый пожилой дайвер в мире. Он погрузился на рэк Zeinobia (Кипр) в возрасте 95 лет и 4 дня. Он провел в общей сложности 44 минуты под водой с максимальной глубиной 40,6 м. 

«Я пытаюсь доказать себе, и, надеюсь, получится показать и другим людям, что тренировки и упражнения — это самое главное, что надо делать, особенно, когда вы приближаетесь к моему возрасту».

Мне 82. Я активный дайвер.

Стэн Уотермен (Stan Waterman, рожд. 1923) – пионер подводной фото- и видеосъемки – осуществил свое прощальное погружение в 2013 году, отпраздновав без малого 90-летие!

Стэн Уотермен первопроходец любительского дайвинга, более 6-ти десятков лет он отдал исследованию разнообразных объектов подводного мира. Дайвер снимал все, что попадалось на глаза: подводные сцены для голливудских фильмов, документальные ленты для National Geographic, получив впоследствии колоссальное количество премий и наград, включая 5 Эмми. Кроме того, Стэн спродюсировал 2 картины на заказ министерства туризма Каймановых островов в качестве рекламы дайвинга.

В ноябрьском номере журнала Diver за 2012 год Стен обратился к дайверскому сообществу с призывом позаботиться о дайверах-ветеранах, поскольку это будущее каждого из нас.

«…Тем не менее, я должен признаться, что физически состарился. У меня больше нет волос. Один мой глаз меня покинул, я имею в виду, что его больше нет. У меня четыре титановых болта в нижнем позвонке, два фута моей толстой кишки были удалены много лет назад. Может вам интересны еще подробности, но я воздержусь. Я согласен с одним определением старости, на которое натолкнулся некоторое время назад. В нем говорится: «Старость представляется как один непрекращающийся поход в туалет». Когда я пишу эти строки, мне 88 лет, я не могу долго идти по прямой линии, отчасти из-за отсутствия контроля за балансом, но я еще не подписался на бесплатные Памперсы.

Так как насчет моря и дайвинга для нас, дедов? Если бы я мог пожать руку Посейдона и похлопать его по спине с сердечным выражением благодарности, я бы сделал это много-много раз. Суть заключается в том, что, когда вы погружаетесь в море со своим аквалангом, вся тяжесть уходит. Баланс восстанавливается. Гребок ластами, и вы двигаетесь по водному миру, словно на волшебном ковре-самолете. Возможно, вы больше не сможете бегать марафон или энергично играть в теннис в стенку, но, если ясность ума вас не покинула и есть возможность путешествовать, вы можете продолжить исследования и наслаждаться дайвингом.

Stan Waterman

Старики, если вы не уверены в своей сноровке на борту сафрийной лодки или для вашего запаса сил режим погружений на дейли-боте является слишком активным, положитесь на мой опыт общения с внимательным и опытным персоналом сафарийных лодок, что я до сих пор исполняю как организатор дайвинг-туров.
Как правило, гости могут совершать до пяти погружений в день, включая ночное погружение. Я ограничиваю себя двумя погружениями и отказываюсь от погружений в местах, где есть сильные течения. Я надеваю оборудование на самом дайв-деке. Когда я сижу на краю дайв-дека или в лодке, всегда есть чья-то рука помощи, придерживающая мой баллон, мой компенсатор, грузовую систему или ласты. Поэтому я стартую с нулевыми усилиями. Назад я возвращаюсь так же легко, передав на лесенке напарникам мои ласты, груза и баллон, или будучи втащенным на борт лодки как мешок картошки.»

… есть много ветеранов-дайверов, достигших пенсионного возраста, с богатым урожаем опыта и рассказов, готовые поделиться ими.
Возможно многие, как и я, обнаружили, что их энергии не хватает для ядрёных видов спорта. Море стало для меня нежной возлюбленной,  а дайвинг дал счастливую возможность продолжить физическую активность. «Активность» — это главное слово, это ключ. Оставайся активным.

Дайвинг приносит радость в любом возрасте. Спасибо Getty Images за эти прекрасные образы.

Голос народа

Призыв Стэна Уотермена был услышан, и на него откликнулось множество «возрастных» дайверов Америки. Их высказывания весьма красноречивы, большинство из них полны намеренья продолжить занятие дайвингом, причем предпочли бы это делать в компании сверстников.

Джон Паркер: Мне 71 год и я активный мужчина в полном расцвете сил. Я начал заниматься дайвингом когда мне было ближе к тридцати, и было время когда нырял очень активно, получив статус DM. У меня есть собственное снаряжение, и я могу справляться с ним самостоятельно. В этом году я совершил несколько погружений, но сегодня мне не нравится молодежная культура … постоянные сексуальные инсинуации и ненормативная лексика … Я бы хотел нырнуть с настоящими взрослыми.

Кендалл Грей: Я далеко не начинающий дайвер (в основном, пещерный дайвинг в 60-х и 70-х годах), но я новичок в дайв-компьютерах и компенсаторах (мы использовали военные таблицы и надувные нагрудные спасательные жилеты), и я хочу заниматься дайвингом с другими пожилыми людьми. Наверняка, кто-то вскоре откроет дайв-клуб для ветеранов. Я не хочу возвращаться в пещерный дайвинг (я уже был там и занимался этим), я предпочел бы нырять на красивых рифах с людьми, которые знают, как уважать друг друга.

А некоторые в свои 60+ только строят планы на жизнь в дайвинге.
Кип Эллиот: Мне 65 лет, и я начал обучение дайвингу на прошлой неделе на Филиппинах. Мой план состоит в том, чтобы завершить обучение через 2 года. За это время закончить сертификацию дайв-мастера и инструктора. После выхода на пенсию, я намереваюсь работать в дайвинге на Филиппинах.

Похоже, что большинство дайверов готовы продолжить любимое занятие, делая скидку не сколько на возраст, а на реальное состояние здоровья. Большой опыт погружений подсказывает им, каким образом можно избежать риска излишней нагрузки для тех отделов организма, которые требуют бережного отношения. Любопытный обмен мнениями по этому поводу идет в группе «Сварливые старые дайверы» (Grumpy Old Divers) на крупнейшем в мире дайверском форуме Scubaboard.

MargaritaMike: Когда в ответ на вопрос, где я был, я отвечаю: «Нырял со скубой», то обычная реакция людей: «ТЫ занимаешься ДАЙВИНГОМ ???». Тогда я говорю им, что всего лишь лежу на дне океана и пускаю пузыри. Они не способны это принять. Ах, да, мне всего 68, но это были очень тяжелыми 6 и тяжелые 8.

chillyinCanada: Все как и раньше: мое тело не общается со мной, а колени и поясница хотят от меня избавиться. Пока это не останавливает меня, но мне пришлось умерить свою гордость и чаще просить о помощи. К счастью, персонал, с которым я столкнулся в своих дайвинг-приключениях, не приходится просить дважды.
Но я уже больше не играю в гольф.

JamesBon92007: Всякий, кто со мной знаком, знает, что я только что вернулся из дайвинг-поездки и уже планирую следующую. Люди, которые меня видят впервые, замирают на секунду, смотря на меня, а затем расспрашивают меня о моих погружениях. Наверное, мне надо выглядеть так, словно я только что вынырнул. Может быть, чтобы морские водоросли застряли в волосах или что-то в этом роде.

SOFDiver: Мне 69 лет, в мае будет 70. Я действующий инструктор по дайвингу и работаю дайвмастером на дайвботе не менее 100 дней в году. Мое первое погружение на сжатом воздухе состоялось в 1958 году. Я провел 25 лет в армии США, из них 16 – в спецназе. Я, как правило, самый старый человек на борту нашей лодки. Физподготовка является ключом к долголетию в дайвинге. Уже давно признано, что большинство проблем / инцидентов с дайвингом напрямую связаны с проблемами здоровья и физической подготовкой. Я никогда не буду меряться с вами, кто из нас старше и почему до сих пор ныряет. Я не скрываю своего возраста и часто посылаю своих юных гостей поскорее нырнуть, когда они подходят ко мне, чтобы предложить мне свою помощь.

Харон: 71 будет 21 ноября. Еще ныряю.

drbill: Я впервые испытал скубу еще в 1962 году. Сегодня мне 70 лет. Нырял до июля, пока хирург не обнаружил, что мой рак вернулся. По мне никто даже не предположит, что я слишком стар для дайвинга! У меня есть друзья, которым по 80, и которые все еще ныряют. Пошлите этих молокососов в ж@пу! Мы с моим сыном планируем вернуть меня под воду, возможно, даже во время нынешней химиотерапии.

drl: 60 стукнуло в ноябре. Отметил свой день рождения на дайвинге с друзьями на Море Кортеса.
Люди постоянно все еще спрашивают меня: «Куда ваша следующая поездка на дайвинг?» (или «Где вы были недавно?»). Я наверное откажусь от погружений в Великих озерах в ближайшие годы; хлопоты с сухими костюмами и холоднющая вода начинают перевешивать получаемое удовольствие. Но я буду продолжать заниматься дайвингом, пока смогу!

grf88: В прошлом месяце наступило 70. Завтра я направляюсь в сторону Гренландии, чтобы нырнуть в районе Северного Лабрадора и Ньюфаундленда.

roturner: Если когда-нибудь наступит то время, когда я не смогу подхватить свое снаряжение и забросить его в багажник автомобиля, тогда я, возможно, брошу погружения со спаркой и/или стейджами. Я прикидываю, что будет довольно короткий период времени между тем, как я оставлю дайвинг, и тем как меня кремируют, а мою золу развеют в океане.

Ну, как? Меня очень впечатлило, особенно последнее высказывание. Итак, народ полон решимости нырять до последнего. Это сильно. Остается пожелать всем удачи в долгом счастливом дайвинге.

А что думаете вы по этому поводу? Пишите в комментариях, обсудим.

Почему я не говорю «парадайвер».

На фото к статье: дайвер Josh Bodge (PADI Advanced OWD) поднимается на лодку после погружения на затонувший японский корабль. У Josh ампутация обеих ног выше колен и правой руки ниже локтя, он получил увечье во время военных действий в армии UK. Снимок сделан во время экспедиции группы дайверов с инвалидностью Deptherapy на остров Трук (Микронезия).

Парадайверы – кто они?

«Парадайвером» принято называть человека с ограниченными возможностями здоровья, который увлечен дайвингом – погружением под воду с аквалангом. Термин «парадайвер» (или «инвадайвер») прижился в России. Есть производные термины, например, сам процесс погружения  называется «парадайвинг»,  обучением занимаются «инструкторы по парадайвингу», проводятся «соревнования по парадайвингу».

Распространение этого понятия можно оценивать положительно, в том смысле, что это говорит о некотором росте  практики занятий дайвингом людей с инвалидностью. СМИ часто используют термин «парадайвинг», как уже устоявшийся, в своих сюжетах о погружениях дайверов с инвалидностью.

Свойства живого языка – вводить новые понятия для обозначения новых явлений. Благодаря увеличению доступности дайвинга в целом,  люди с инвалидностью также стали посещать подводный мир. Видимо, слова «дайвер» (diver) не было достаточно для констатации этого факта, обязательно надо было подчеркнуть, что дайвер-то необычный, и его надо особо идентифицировать, ввиду имеющихся у него ограничений здоровья. Итак,  возник термин «парадайвер», ставящий акцент на инвалидности подводного пловца.

Следует заметить, что в процессе рождения нового термина нет аналогии с параолимпийской темой, скорее наоборот, движение шло в противоположную сторону. Дело в том, что приставка «пара-» в названии «парараолимпийские игры» отсылает не к термину paraplegia (паралич нижних конечностей), а к греческому παρά, «рядом, вне Олимпиады». Имеется в виду параллелизм и равноправие параолимпийских соревнований с олимпийскими. Иными словами – параолимпийец – это прежде всего атлет, участвующий в соревнованиях, параллельных Олимпийским, а причины участия в этих «параллельных» соревнованиях термином не раскрываются.

С терминами «парадайвинг» и «парадайвер» ситуация иная. Приставка «пара-» использована в словообразовании для  отсылки  именно к инвалидности дайвера. Другой используемый термин «инвадайвер» – передает этот смысл с беспощадной откровенностью.

Таким образом, если термин «параолимпиада» обозначает схожесть этих соревнований с олимпийскими, то «парадайвинг» противопоставляет погружения с аквалангом людей с инвалидностью традиционному «здоровому» дайвингу, делая его прерогативой людей без ограничений возможностей здоровья.

Использование специальных терминов для обозначения определенных групп населения, помимо удобства идентификации, выполняет вторую функцию – выделяет эту группу от остальных членов общества, сообщает об обладании ими некоторыми отличительными чертами. Что эти люди – они «не такие, как все». И это может не всем понравиться, кого-то это может даже задевать и ранить.

Евгений Бурмистров (PADI Advanced OWD) готовится к drift погружению. Хургада, Красное море.

Как это в жизни.

Вот, со мной на лодке ныряет AOWD с парализованными ногами. В воду он входит из положения сидя, выходит на лодку налегке при помощи команды, оборудование вытаскиваем отдельно. Под водой у него все нормально, разве что гребет он руками, а не ногами. И он — «парадайвер», если следовать принятой терминологии.

Второй дайвер – крепкий на вид мужчина, к своим 50-52 набрал лишние килограммы, вес под центнер, вся масса давит на суставы; гибкости никакой. И хоть сила в руках есть, а вот позвоночник подводит – протрузии, межпозвонковые грыжи. Суставы (бедра, колени) не тянут нагрузки, болят. Входит он в воду уже не большим шагом в снаряжении, а налегке, одевается после, в воде. Выход его на лодку тоже без акваланга: скубу он подает из воды, поднимается по трапу налегке.
Под водой же у него все нормально. А он кто — дайвер или парадайвер?

Еще пример? Инструктор, 20 лет стажа в дайвинге, после онкологии почти нет желудка, поднимать ничего тяжелее трех килограмм нельзя. Помогаем ему подносить баллон; груз на пояс ему нельзя, ничего, выход есть – распределяем по карманам интегрированной системы. Спуск с лесенки вниз короткими шажочками, одевается он в воде. Выход на лодку делает сам, но под бдительным надзором товарищей, разумеется без акваланга. Под водой — все нормально, красавец. Так, он дайвер или парадайвер?

Могу еще приводить примеры:  и хрупкая девушка дайвмастер весом 40 кило, которая в своем 5 мм костюме с утеплителем и снаряжении не может устоять на ногах, а не то, что несколько шагов сделать: груз и скуба тяжелы для нее. Она тоже парадайвер?
И дайвер с ампутированной выше локтя рукой, которому нужна помощь при сборке оборудования, и которого надо подстраховать при выходе из воды. Он-то чем отличаются от предыдущих примеров с точки зрения дайвинга? Почему кто-то из перечисленных гостей на лодке просто дайвер, а кто-то «инвалидный дайвер»?

Кто-то из читателей сочтет эти примеры некорректными, дотошно, и как в рисунке-головоломке «найдите 10 отличий», наберет эти самые различия. И я их слышал, и отвечу: они не решают суть проблемы неравенства подхода в дайвинге, от обучения, до организации погружений.

Дмитрий Павленко (DDI OWD RSL 2) на своем автомобиле едет из Москвы в Крым. Трасса М4, июль, 2018. В Балаклаве 26 июля Дмитрий установит рекорд России по глубине самостоятельного погружения для дайвера с ампутацией рук и ног (30 метров).

Взглянем на ситуацию с другой стороны

Вы ведете автомобиль в потоке. Не задумывались ли вы, что рядом может двигаться автомобиль, управляемый водителем с ампутацией ног? И этот водитель не такой как все, и автомобиль у него кое-чем отличается. Так он что – «параводитель», а едет он на «парамобиле»? Но ведь и он, и все участники движения руководствуются едиными «Правилами», проходили один и тот же курс обучения вождению. Ко всем авто предъявляются единые требования безопасности. Значит, все же нет разницы, и водители равны? Почему в дайвинге разница есть? Почему кого-то надо называть «инвалидным дайвером»?

Можно ожидать возражения: дескать, есть те же самые параолимпийские соревнования и это никого не смущает. Некорректное сравнение: дело в том, что в спорте есть состязательная составляющая, и сравнение результатов, и определение победителя должны достигаться равенством условий. А поскольку наличие ОВЗ это равенство исключает, всемирные спортивные состязания разделены на олимпиаду и проводимую по тем же правилам параолимпиаду.
А какая гонка за достижениями у нас в дайвинге? Если чем и меряются, так это манифолдами, а это для всех одинаково доступно. Для участия в подобных соревнованиях даже нырять не надо.

Ben Lee (PADI Advanced OWD) выполняет упражнение по подъему дайвера , находящегося без сознания, во время курса Rescue Diver. У Бэна ампутированы обе ноги выше колена. Deptherapy camp, Roots, Красное море.

Собственно, к чему я веду.

Мне не нравится слово «парадайвер» и «инвадайвер», и я не употребляю его по отношению к своим студентам и другим дайверам. Для меня уровень подготовки любого дайвера определяется его опытом погружений, уровнем обучения, степенью самостоятельности.

И если кому-либо понадобится помощь при заходе на лодку, или при сборке оборудования, или при выходе из воды – это не повод ставить на человеке клеймо «неправильного дайвера», противопоставлять его остальной группе. Не исключено, что такая же помощь когда-нибудь может понадобиться и любому из вас, уважаемые мои Читатели!

PS. Данна позиция сугубо лично моя, и я никому ни в какой форме её не навязываю.

Просто, попробуй дайвинг!

04.01.19 UPD: добавлена история Виктории Змитрович.

Ознакомительные погружения с аквалангом являются распространенной практикой на большинстве морских курортов от Крыма до заморских морей. После короткого инструктажа в сопровождении инструктора человек проводит 20-40 минут в царстве Посейдона в общении с подводными обитателями, если таковые есть, или в лицезрении подводных ландшафтов. После туристы обогащают соцсети  яркими впечатлениями и,  как правило, сумеречными фото своих подводных экскурсий.

По публикациям я наблюдаю рост постов с рассказом о погружении с аквалангом от путешественников с инвалидностью. И хотя, я сам не практикую «интродайвинг», на мой взгляд – это положительная тенденция. Рост числа примеров ознакомительных погружений с аквалангом отдыхающих с инвалидностью говорит о снижении барьеров, как у ныряющих, так и у инструкторов, проводящий погружение.

Еще совсем недавно, в постсоветском пространстве дайвер воспринимался как космонавт, и считалось, что приобщиться к дайвингу можно только пройдя жесткие испытания. Какие уж тут дайверы с инвалидностью!

Здорово, что этот стереотип разрушается, и все больше и больше людей с  ограничением возможностей здоровья пробуют себя в качестве подводных исследователей. Пусть, пока, дайвинг представляется им в виде туристического аттракциона, но не исключено, что через этот жизненный эксперимент, люди придут к расширению границ своего мира, пройдя обучение и став уже настоящими дайверами.

Здесь я буду вести подборку таких историй, приходящих ко мне от непосредственных  участников.

Египет, Шарм-эль-Шейх. Декабрь 2018


В декабре 2018 Змитрович Виктория совершила свой первый шаг в Подводный мир. Шаг первый и, хочется верить, не последний.
Мои поздравления Виктории – в дайвинге для нее нет границ!

«Виктория Змитрович называет себя на четверть киберженщиной: ее левую ногу с 12-летнего возраста заменяет протез. Ей нравится, как звучит это ее метафорическое определение. Сегодня она вся себе нравится, но прежде чем эта внутренняя победа произошла, нужно было пройти через восемь лет психотерапии и череду физических испытаний.»
Портал CityDog.by 07.09.2018

Виктория: первый вход в воду.

«Хочу немного поделится впечатлениями от своего первого погружения. 
Зная о своих возможностях я хорошо осведомлена и о своих ограничениях связанных с ампутацией ноги. И дайвинг был той мечтой о которой я даже не думала. 
Первой и важной ласточкой было предложение Дмитрия Князева об обучении дайвингу в Хургаде. Я не отказалась от этой сумасшедшей идеи, но дала себе время на подумать.

Сейчас я отдыхаю со своими друзьями в Египте и вчера решила просто съездить с ними за компанию и посмотреть как они погружаются. У самой таких планов не было честно честно!

Краем уха, но с горящими глазами я слушала их инструктаж. 
Меня пугало и настораживало в этом процессе всё: как я доберусь до воды без протеза, как пройдёт само погружение (я не умею даже нырять), как я с огромным баллоном выйду из воды и много других нюансов.
Но когда я оказалась в компании инструкторов дайвинг центра Red sea Adventure и лично познакомилась с Ahmed El-eskandrany поняла, что сейчас лучшее время чтобы рискнуть.

Виктория: возвращение после дебютного погружения.

Мне помогли одеть костюм, на руках поднесли к краю яхты, одели баллон и маску. Сердце моё колотилось как бешенное, я никогда не испытывала такого адреналина перед неизвестностью, как сейчас. 
Оказавшись в воде мне только и оставалось — это довериться инструктору. И мы погрузились под воду. Всё что я слышала это свое дыхание, а перед глазами открылся подводный космос. Красивые неспешные рыбки, кораллы причудоивой формы и невесомость, полет. 

Восторг, страх, радость, волнение такая большая гамма чувств переполняла мой мозг и моё тело. Я держала инструктора за руку, медленно и глубоко дышала и офигевала от всего.

После погружения меня напоили теплым чаем, а некоторые почему-то хлопали и говорили, что я чудо-женщина:) 
Такие вот дела.

Тайланд, остров Ко Чанг. Апрель 2017

В апреле 2017 года четверо молодых людей (Alexey KikhaevИгорь ЛысенкоИлья Варфоломеев и Дмитрий Б-Б) совершили первое в своей жизни погружение с аквалангом. В этом событии не было бы ничего интересного, особенно для Тайланда, куда многие приезжают, в том числе, ради подводных красот Сиамского залива, если бы не одно НО.
Все четверо участников погружения имеют инвалидность и используют инвалидную коляску.

Надо отдать должное инструктору Georgy Enbaev, который не растерялся увидев на пороге дайв-центра гостей на колясках и блестяще организовал и провел подводное путешествие. Далее, рассказ Георгия:

«Это было 22 апреля 2017 года. В то время я оставался один работать в Русский Дайв Центр, мои шефы Ирина и Олег Irchik Oleg Ssi уезжали на сафари на Мальдивы. Еще перед отъездом Ирина мне сказала, что будет группа фандайверов 5 человек и она им сделала спец. цену, скидку. Во время переговоров по телефону она им сказала, что на месте будет Георгий, то есть я, и «он вам все устроит».

Когда мне ребята позвонили, оказалось, что они уже приехали на остров и разместились в отеле. В разговоре они напомнили, что Ирина им сделала спец. цену, и что они колясочники. Я не понял, что за термин, и переспросил. Они сказали, что инвалиды и передвигаются на колясках. Я сказал, что я один в дайвинг-центре и не знаю, что из этого получится. Спросил у них, как они видят это все? Как будет проходить доставка их на судно и все остальное? Сказал, что специально оборудованного судна нет для них, я подумаю какую лодку взять, и что если мне кто-то поможет, то я им сообщу.

Отказывать им не хотелось. Я уже раньше помогал погружать одного инвалида и для меня его радость была тоже большой радостью.
Накануне перед их приездом звонил мне Костя дайвер с сертификатом эдванс и просился на погружение. Я тогда ему сказал, что ожидаю группу фандайверов и, что мы будем вместе, с ним одним мне идти в море не рентабельно. Когда же оказалось, что фандайверы инвалиды, я уже сам перезвонил Косте и говорю, так и так, мол, поможешь мне или нет? Он согласился.
Я договорился с подходящей лодкой с низким бортом и с матросом камбоджийцем по имени Рай. Он у нас раньше подрабатывал в качестве дайвмастера.

Утром мои колясочники приехали на машине. Один из них был сам за рулём машины с обыкновенным управлением, педали он нажимал палкой. Учитывая наши сложные дороги на острове в горной местности, извилистый серпантин, я был уже сражён их бесстрашием к тому, что они предпринимают для полноценной жизни. Костя, мой дайвер, сидел поверх инвалидных колясок в кузове машины, нисколько не опасаясь за свою жизнь, зная, что за рулём инвалид, у которого не работают ноги.

Один из четверых, говорил, что до этого один раз погружался, а трое делали это первый раз в жизни. Я часто работаю с DSD (Discover Scuba Diver – краткий тренинг для интродайверов в PADI. Прим. ДК) . Объяснил все, и они у меня ныряли.
Ребята мне сказали после погружения: «Ты, Георгий свою карму повысил работая с нами». А я их в пример теперь для других начинающих дайверов ставлю. Сколько у них силы воли и желания быть в этой жизни не последними. Эти ребята могут быть примером не только для других инвалидов, но для молодых и здоровых людей.

Буду рад, если мне придется ещё в жизни помогать таким, как они людям. Ирина мне потом сказала: «Хорошо, что ты не отказал им». И я думаю, хорошо действительно.»

Игорь Лысенко, участник погружения:

«Началось все с выставки морских обитателей как-то посетившей наш город Барнаул . Там я увидел мурену и крылаток, и загорелся морем. После покупки новой квартиры в ней было сразу определено место под морской аквариум. Через несколько месяцев все зафункционировало уже с соленой водой. Появились мурена и крылатки, в моем море началась жизнь. Постепенно вникая в тему я понял что кроме рыб там еще есть куча интересных существ. Аквариум начал понемногу заселяться кораллами.

Через несколько лет опытов, экспериментов, ошибок и  достижений появилось непреодолимое желание сравнить то что получилось у меня с настоящим диким рифом. Так я оказался в Тайланде. Друзья, путешественники, давно живущие там и зная весь Тайланд вдоль и поперек сказали: «надо ехать на Краби». Не долго думая, через несколько дней мы уже были на Краби и договаривались на счет погружения на коралловом рифе с русскими ребятами дайверами, которых ни чуть не смутило то что я на коляске.

На следующий день с утра они уже ждали нас на причале. Мы загрузились в лодку с двумя мощными моторами и понеслись навстречу мечте :). По дороге они провели инструктаж, еще  раз спросили «ты готов?», я ответил – «конечно!». Мне помогли одеть снаряжение и опустили в воду. Я сразу понял, что нужно делать, как правильно дышать и рванул вниз, нетерпелось увидеть всю эту красоту в среде её естественного обитания. И увиденное меня очень впечатлило! Под водой я провел около 2 часов за 2 подхода, погрузился на 12 метров, увидел много интересного и полезного для меня и моего аквариума.

После этого я погружался в Крыму в компании колясочников под чутким руководством дайверов из Тарханкута, которые не смотря на все сложности работы, с нами инвалидами, принципиально не берут за это денег.

И это незабываемое погружение в компании друзей на острове Ко Чанг,  под руководством опытного руководителя Русского дайв-центра. Огромное спасибо Георгию за качественную работу. Надеюсь еще не раз посетить эти и новые места дайвинга и пообщаться со столь интересными людьми, увидеть новые красоты и возможно привезти что то в свою коллекцию :)»

Хургада, Египет. Февраль 2018

История, о которой я узнал слишком поздно 

В феврале 2017 года прекрасные ребята, красивая пара Ульяна Пчелкина и Виталий Пчелкин впервые попробовали себя в роли дайверов. Они посетили Хургаду в самое суровое время года, когда вода всего 20-22 градуса, а пронизывающий ветер снижает ощущаемую температуру еще градусов на пять. Тем не менее, в этих жестких условиях африканской зимы ребята совершили первое в своей жизни погружение с аквалангом.
Слово Виталию:
«Это была буквально мечта Ульяны, поэтому мы не могли упустить такую ​​возможность. Температура воды зимой достаточно прохладная, около 22 градусов.

Можно откровенно говорить — впечатлений полные штаны. Другая страна, вдвоем на колясках, почти никто тебя нормально не понимает, а в экстренных ситуациях совсем никто. Экстрим еще тот, но оно того стоит!!!»

Я сожалею, что мы с ребятами не нашли друг друга до их поездки, и у меня не было возможности им составить компанию. Надеюсь, что интерес к подводному миру не был остужен холодной февральской водой, и Ульяна и Виталий вновь посетят Хургаду. И я буду рад поучаствовать вместе с ними в штурме Глубины.

Ребята сняли хорошее видео о своем первом погружении в Красном море:

.