Архивы Статьи - Страница 2 из 4 - Князев DA!

Как я готовился.
Часть 2-я. Про деньги

Вторая часть чистосердечных признаний, о том, как начинался проект OpenWaterChallenge. И сейчас рассказ пойдет про деньги.

Ранее я рассказал как я готовился к своему первому студенту с инвалидностью. Вопросы по технике обучения  и с обеспечением условий погружений нашли решение, теперь следовало определиться с финансовой стороной дела. Начиная этот проект, я решил, что не буду ставить перед собой финансовых целей, проще говоря, не стану зарабатывать на своих учениках.

Почему обучение бесплатно? Небольшое лирическое отступление.

Участники Open Water Challenge – дайверы с ограниченными возможностями здоровья. Моей целью является реализация вместе с ними проекта (акции), который послужит мотиватором для людей с ограниченными возможностями здоровья. Это наш общий проект, адресованный тому, кто еще не поверил в свои силы и подавлен обстоятельствами.

Мы объединяем свои усилия: это участник проекта – испытатель, расширяющий границы своих возможностей, и я – организатор Open Water Challenge. Нашим общим результатом будет история преодоления неуверенности в себе, страха перед неведомым, преодоление боязни авантюрных поступков, которые меняют привычную жизнь. Эта история будет изложена в фотохронике проекта и в видеофильме о том, как происходило открытие вами новых горизонтов.

Конец лирического отступления.

Однако, то, что я был готов работать бесплатно, не снимало все финансовые вопросы. Легко видеть, что оплата труда инструктора составляют меньшую часть от всех расходов, в которые входят затраты на проживание студентов, на дорогу в Хургаду, оплата выходов в море и прочее. И ничего не предвещало, что всё это достанется им бесплатно. На эти расходы средства понадобятся в любом случае.

Моя первая краудфандинговая кампания: Wheelchair scuba ride — на суше и под водой.
«Снимаем видео о Wheelchair scuba ride — испытание маршрута по которому пройдут участники OpenWaterChallenge 2015. Пилот-испытатель должен выполнить все упражнения в реальном режиме»

Я должен быть готов к тому, что о деньгах разговор зайдёт. Вопрос, где взять остальные средства, был весьма вероятен. Мне нужен был хороший ответ. Рекомендация типа “ну вы поищите где-нибудь” тут явно не подходила.

Не всегда можно было расчитывать, что участник проекта компенсирует расходы на свое участие из собственных средств.  Действительность такова, что для обеспечения приемлемого уровня комфортности человеку с ограниченными возможностями здоровья приходится затрачивать больше сил, времени и средств (еще раз: средств!), чем человеку без ограничений здоровья. Эти средства идут из его, в общем-то небольших, доходов, тем самым, ещё уменьшая его финансовые возможности. В тоже время, я понимал, что за свой счет подобного рода вложения я делать не в состоянии.

Красивейший проект Марины Куликовой. Вторая жизнь. Перезагрузка
«Я, Марина Куликова, в 16 лет травмировала позвоночник, передвигаюсь в инвалидной коляске. Живу насыщенной жизнью. Я снимаю фильм о том, как инвалид может сделать мечту реальностью.»

Как ни покажется странным, но на мысль о краудфандинге меня натолкнула … PADI. На сайте ассоциации в короткой заметке “Scuba Projects on Kickstarter and Indiegogo” сообщалось о том, что в том время как PADI краудфандит средства на свой проект AWARE, на площадках Kickstarter и Indiegogo идут сборы на проекты, связанные с дайвингом, причем на весьма значимые суммы. В конце заметки задавался вопрос, на который я среагировал:
“А вы когда-нибудь поддерживали какую-либо крауд-кампанию или сами проводили её? Дайте нам знать об этом в комментариях.”

“Действительно, а почему бы нет?”. Но, прежде чем кому-либо предложить эту технологию, я счёл необходимым испытать её на себе. И первую краудфандинговую компанию я провёл на своем проекте.

Впечатляющий проект Штурм глубины. Рекорд Дмитрия Павленко
«Дайвер с ампутацией рук и ног хочет побить мировой рекорд глубины. Его цель — показать, что для человека с мечтой нет границ и барьеров. Поможем Дмитрию совершить невозможное!»

Финансирование толпой: первый опыт

Весной 2015 я «примеривал» адаптивные технологии на себя: посещал на инвалидной коляске отели и дайвцентры Хургады, тестировал доступность помещений, испытывал готовность команд дайвинг-лодок к работе с дайверами с парализованными ногами, нырял в режиме “без ласт”.
Этот проект я назвал Wheelchair scuba ride. Я поставил целью собрать средства на компенсацию расходов на него: оплата погружений, затраты на видеоператора, который сопровождал меня на суше и под водой. Но ценность представляли не только деньги: важно получить опыт подготовки, организации и проведения краудфандинговой кампании.

Прежде чем стартовать, я проанализировала опыт других краудфандинговых кампаний в области дайвинга. Это было крайне полезно и помогло мне определиться со своей стратегией. Анализ опыта предшественников был весьма увлекательным и поучительным, впечатления о нем сформировались в статью с интригующим названием “Деньги на воздух”.

Первый успешная кампания участника проекта Open Water Challenge: Возможное — возможно». На дно Красного моря.
«Ярослав получил травму позвоночника в 16 лет и очень активен в жизни. Своим примером он хочет вдохновить других, бросая вызов природе и самому себе. Получится ли у него?»

Сбор средств прошел успешно, я получил бесценный опыт, который позволил мне в последствии, если не избежать ошибок совсем, то сделать их гораздо меньше, чем могло бы быть. Самым важным достижением стало то, что теперь, предлагая участнику проекта проведение краудфандинговой кампании, я не только был уверен в том, что это работает, я также был готов помогать в её реализации.

Полученный опыт краудфандинга придал мне уверенности. Но оказалось, что у участников Open Water Challenge зачастую есть собственный опыт сбора средств, который имеет иную, отличающуюся от моей, эмоционально-психологическую окраску. С этим надо было считаться.

Проект, который не собрал средств и не был реализован. Асимметричный дайвинг
Каждая неудача учила большему, чем любая успешная кампания.

Публичное финансирование – дело деликатное

Каждый участник Open Water Challenge после травмы столкнулся с острой проблемой финансового обеспечение своего лечения и реабилитации. Это немалые затраты, к которым мало, кто готов. И необходимость раздобыть деньги, так нужные чтобы вернуть себя к нормальной повседневной жизни, ложится дополнительным грузом на уже непростую психологическую ситуацию.

Никто не учился тому, как собирать деньги на свое лечение. Для некоторых это был весьма некомфортный процесс, ассоциирующийся с обращением за милостыней. И если уж человек сделал этот шаг ради своего здоровья, то далеко не каждый был готов повторить его ради, как им казалось, развлечения.

В этой ситуации, первое о чем я должен был договориться с моим партнёрам по проекту (напомню: все участники проектов – мои партнёры, мы делаем общее дело), так это то, что мы собираем деньги не на его развлечения, а на реализацию проекта, результат которого нужен людям. И в каждом случае, с каждым участником, нашей задача была  создать такой проект. Ключевой момент: проект, идея – это то, во что мы верим, то, что нас объединяет, это то, что мы хотим воплотить в жизнь.

Еще один не реализованный проект «Колесница Нептуна» — на коляске в бездну
Обидная неудача – проект имел отличные шансы. Ошибки проекта послужили хорошим уроком.

Без убежденности в своей цели, в правоте замысла нет смысла обращаться к людям за финансовой поддержкой. Если вы не верите в свое дело, то как поверят они? А если вы лукавите в своем проекте, то это уже за гранью добра – то же, что собирать милостыню на вокзале с укутанной в одеяло куклой ребенка на руках.

Уверенность в ценность проекта – крепкая опора для себя. Но как увлечь своей идеей людей, склонить их решение в пользу поддержки проекта?  Разобраться в этом помог опыт путешественников, которые собирали средства на свои экспедиции. Согласитесь, что путешествия это тоже не предметы жизненной необходимости, тем не менее обширный положительный опыт сборов существует. Началось со статьи Francis Tapon «7 Tips On How To Crowdfund Your Travels»(перевод), и  продолжилось анализом разнообразных проектов, которые я нашел на разных краудфандинговых площадках.

Проект Мир без границ! не собрал заявленной суммы, но, тем не менее, был реализован.
«Проект, помогающий людям с ограниченными возможностями путешествовать без границ.»

Планы на дальнейшее

На сегодня я провел семь краудфандинговых кампаний, четыре из них были успешными и заявленной суммы были оперативно собраны, три кампании не достигли цели сборов. Надо сказать, я не разочарован, что не все кампании состоялись: отрицательный опыт – это тоже опыт (простите за банальность). Неудача учит лучше чем успех: после неудачи внимательнее анализ сделанного, точнее и взвешеннее выводы, требовательнее подготовка к новым проектам. В то время, как в случае успеха, торжество победы снижает бдительность и кружит голову.

На площадке Udemy я планирую создать дистанционный практический курс тренинга по готовке краутфандинговой кампании. На мой взгляд 90 % ошибок крауд-кампаний закладывается именно на этапе подготовки.

Как в керлинге, игрок запустивший камень по определенной траектории на 90 % определил результат попадания. И когда камень уже скользит к цели, сколько бы остальные члены команды не свиповали перед ним щетками, их труд окажет максимум 10 % влияния на итоговый результат. (Да простят меня эксперты по керлингу за столь вольную ассоциацию.)  Точно также, по какой траектории была запущена краудфандинговая кампания , так она и «полетит». Последующее вмешательство в её полёт, как бы активно оно не было, уже мало исправит ситуацию.

Далее, несколько моих рекомендаций тем, кто захочет запустить свою компанию по сбору средств,  чтобы реализовать дайвинг-проект.

Краудфандинговая кампания: выбери четкую цель и правильную траекторию, потом что-либо уже сложно исправить.

Готовимся к народному финансированию

А чем собственно, чем мы планируем заняться? Для осознания этого я предлагаю отбросить модное слово краудфандинг (crowdfunding) и воспользоваться переводом – «народное финансирование». Это словосочетание многое проясняет:

Мы собираемся обратиться к народу с просьбой поддержать наш проект, профинансировать его. Выделить на наш замысел некоторую сумму денег. Их денег, заработанных ими. Денег, которые они могли бы потратить на себя или на своих близких, на необходимое или на развлечения. И дело тут не в сумме, а в принципе: мы надеемся, что они поделятся с нами своим трудовым рублем.

Так что же мы такое должны иметь сообщить, какой сигнал послать, чтобы люди откликнулись? Каким требованиям должен соответствовать наш проект? Я при подготовке проектов Open Water Challenge руководствуюсь следующими правилами:

Нужно быть честными перед собой и людьми, к которым обращаемся.

Тут добавить или разъяснять особенно нечего.

У проекта должна быть чёткая цель. Проект должен что-то дать людям, и из проекта должно быть понятно, кто эти люди.

Тогда «в топку» все проекты, «улучшающие общественную среду», «гармонизирующие социальные отношения» и т.д. Никогда авторы этих затей толком не скажут где и что они гармонизировали. Всякий раз они будут подробно и уныло рассказывать, что они делали, но не смогут сказать, кому и почему от этого стало лучше.

Должен быть точный финансовый расчёт всех затрат на проект.

Если вы не посчитали сколько вам надо ресурсов для достижения результата, доверять ресурсы вам нельзя. Я такие проекты не поддержал бы.
Если вы планируете результат проекта «от обратного», в зависимости от того, сколько средств соберете, дела с вами иметь нельзя – вам же все равно, что делать, у вас нет цели!

Деньги следует просить у народа только когда они реально нужны и другие методы привлечения финансов уже использованы.

Один из проектов Open Water Challenge не собрал целиком заявленной суммы, но тем не менее был реализован. Это яркий пример, что необходимые средства изначально были, просто мы не по всем сусекам поскребли, не все свои амбары подмели.
Не простите у людей денежной помощи на свои идеи, если у вас еще есть ресурсы.

Думай как бэкер, действуй как бэкер. Тренируйся.

Бэкер (backer) – человек или организация, поддерживающее что-либо, в особенности финансово. Именно этим термином называют в краудфандинге тех, кто своим рублем поддерживает проекты. Есть очень любопытный обзор психологических типов бэкеров, с которым я советую познакомиться.
Итак, ваш призыв обращен к людям, которых вам бы хотелось увидеть в роли бэкера вашего проекта. А как человек становится бэкером? Как он принимает решение, как выбирает проект, которому он поможет? Если не задуматься об этом, то все ваши призывы могут пройти мимо.

Когда вы готовите свой проект вы выступаете в роли просителя: думаете как проситель, действуете как проситель. Но адресуете вы свое обращение человеку, который находится в другой роли – в роли бэкера. Чтобы сориентироваться на своего читателя, вам надо встать с ним на одну волну, вам тоже надо стать бэкером. Понять его мотивацию изнутри.

Зайдите на площадку, на которой будет размещен ваш проект. Посмотрите другие родственные проекты, их описание, цели, заявленные результаты. И… поддержите те, что вам понравились небольшой суммой. А теперь, попробуйте понять, почему вы поддержали именно это, чем проекты вас «зацепили». Если вы найдете ответы, то тогда есть шанс, что вы так подготовите свой проект, что он «зацепит» кого-нибудь еще.
Будьте бэкером!

Формируй группу поддержки заранее

Очень важно, чтобы проект стартовал динамично, а не вяло завис в интернете. Динамично – это значит, что в первые дни он получил отклик и первую финансовую поддержку. Такой ранний старт вам могут обеспечить только люди, которые будут знать о проекте заранее и будут вашими единомышленниками. Подумайте, к кому вы сможете обратиться, поделитесь с ними своими планами, попросите сделать взнос в первые дни краудфандинговой кампании. Позаботьтесь, кто станет вашей группой поддержки.

Так же для ваших «фанатов» не составит труда рассказать об их личной поддержке вашего проекта в соцсетях, этот сигнал приведет новых бэкеров. Они сделают это наверняка, если вы их об этом попросите. И помните, подготовительную работу надо сделать заранее.

Мобилизуйте свой ближний круг

Я видел немало дайвинг-проектов с нулевым сбором. И мне до сих пор не понятно, а есть ли у автора проекта друзья, близкие. Знают ли они о том, что ради своей цели их друг, родственник затеял народный сбор средств?
Если не знают, то почему автор с ними не поделился? Стесняется? Тогда на что он вообще рассчитывает, если стесняется своего дела?
Если они знают, то почему не поддержали его хотя бы скромными перечислениями? Не верят в успех? Если так, то дело автора дрянь – уж если близкие не верят в него, то что говорить о других людях.

Если ваши друзья вам не помогают, значит, вы делаете что-то не то, или не так. Надеюсь вам поможет в работе с ближним кругом мое обращение к родным и близким автора крауд-компании, которая им все объяснит.

Найди НКО, которому доверяешь. Лично знай директора и бухгалтера. Убедись, что они понимают, о чем речь.

Собранные народным финансированием средства являются доходом, с которого надо заплатить налоги. Закон надо соблюдать.
Наиболее щадящим с точки зрения налогообложения будет сбор, проводимый через некоммерческую организацию (НКО). Но это дополнительное звено между вами и собранными средствами, которое должно надежно сработать. Важно, чтобы собранные для вас деньги добрались до вас в полном объеме и в согласованные сроки, а не «зависли» по пути и не «усохли» в размере.

Работайте с тем НКО, которому вы доверяете. Убедитесь, что бухгалтер понимает, о чем идет речь. В одном из проектов Open Water Challenge бухгалтер НКО не подумав выплатил автору проекта собранные средства  как оплату труда (!?), потеряв при этом изрядную сумму на налогах. Естественно, налоги на фонд оплаты труда не были запланированы в бюджете проекта, и в финансах образовалась дыра, которую пришлось срочно закрывать.

Придумай, чем отблагодарить бэкеров. Не предлагай всякую дрянь и туфту

Краудфандинг – это не сбор пожертвований или милостыни. Это привлечение финансовой поддержки к проектам, что предполагает, что бэкеры что-то получают взамен на свой вклад. Про то, как порадовать бэкеров «перками» (именно так называются вознаграждения в крауд-кампании), написано много статей, дано много полезных советов. Я ограничусь единственным – не предлагайте поддержавшим вам людям унылое бросовое говно.

Я всегда готов поддержать небольшой суммой мотивирующие проекты на Planeta.ru и периодически просматриваю сайт. Один из проектов сулил за внесенный денежный вклад значок с конференции, которую организация-автор проекта, провела два года назад. Я понимаю, что тратиться на дорогие призы нелепо – их стоимость придется компенсировать из тех же собранных на краудфандинге средств. Но фантазия – она же не стоит денег! Поработайте отделами мозга, отвечающим за творческую креативность и искреннюю благодарность. И результат будет отличным.

Самое главное – это любовь!

  • Люби свою цель.
  • Люби людей, ради кого ты запускаешь проект.
  • Люби бэкеров, которые помогают тебе.

Реплика от 10 сентября 2018

Уважаемые коллеги по цеху, инструкторы по дайвингу!

Примите мое искреннее уважение все, кто обучает, будет обучать дайверов с инвалидностью. Вы делаете сложное и очень нужное дело, и я всегда готов помочь, если чем-либо могу быть вам полезен.

Побеспокоить вас меня вынудил тот факт, что за последнее время я несколько раз столкнулся с ситуацией, когда дайвер с инвалидностью сертифицируется как OWD или Scuba Diver (или аналоги) без прохождения экзамена по теории. Да, и сама теория ограничивается кратким экскурсом в школьную физику.

Друзья, пожалуйста, не поступайте так! Дайвер с инвалидностью имеет ограничения здоровья, но не ограничение разума. Не скрывайте от дайверов всей премудрости дайвинга, давайте им теорию в полном объеме и проводите экзамен, как для всех своих студентов.

Да, дайвер с ДЦП или параплегией не может войти в воду большим шагом или пронести скубу 500 метров до берега, но успешно сможет спланировать погружение, оценить риски, составить план. И для этого ему понадобятся знания теории, которые он получит у вас на курсе.

Спасибо всем за внимание.
Надеюсь быть услышанным и понятым.

Привожу фото «дайверов», которым точно не нужен курс теории. Не надо студентов с инвалидностью уподоблять домашним питомцам!

PADI Adaptive Support Diver
vs DDI Assistant Diver:
чьё кунг-фу круче?

Последнее время мне довелось принять участие в нескольких проектах, посвященных обучению и организации погружений с участием дайверов с ограниченными возможностями здоровья. Наши погружения проходили в разных  условиях: и с берега, и с сафарийного бота, и с зодиака, были погружения ночные, с посещением wreck’ов, дрифты (погружения в течениях).

Могу подтвердить, что все многообразие дайвинг-приключений было доступно дайверам с инвалидностью. Мы специально не выискивали тихих мест, ныряли, как обычно. Уверенность в силах участников погружений опиралась на то, что это были опытные дайверы, которые имели солидный «наныр», несмотря на имеющиеся ограничения возможностей здоровья. А так же на то, что  надежными спутниками в погружениях были дайверы-волонтеры, которые всегда были готовы оказать помощь как на поверхности, так и под водой.

Волонтеры помогают дайверу с инвалидностью подойти к месту погружения. Оленевка, мыс Тарханкут, Крым, июль 2018.

Часто возникают вопросы подготовки дайверов-волонтеров, напарников для дайверов с инвалидностью. Диапазон тем широк: от необходимых волонтеру навыков и знаний адаптивных техник, до их юридической ответственности. Количество мнений и версий множится. Одни видят их в роли няньки, не выпускающей своего подопечного ни на минуту из своей опеки, а другие придерживаются другой крайности: дескать, достаточно, что помог собрать скубу, дойти до воды, а дальше – ты сертифицированный дайвер, делай все сам.

Некоторые уже знают об открытой в 2017 году программе PADI Adaptive Support Diver. Кто-то слышал о подготовке дайверов сопровождения специальными «инвалидными» ассоциациями. И когда информация сходилась, тут уже путаница наступала полная. Обсуждение «чьё кунг-фу круче», какая из ассоциаций поступает «правильнее», затягивалось надолго, несмотря на усталость, после насыщенного дня дайвинга.

Инструктор и матросы дайв-бота помогают дайверу с ампутацией рук и ног подняться на борт, после погружения. Хургада, Египет, ноябрь 2017.

Я возьму на себя смелость внести ясность в ситуацию. Буду делать это на примере двух ассоциаций – PADI и DDI, по которым я обладаю бо́льшей информацией..

PADI не нуждается в представлении, а несколько слов о DDI следует сказать. Disabled Divers International (DDI) — некоммерческая организация, цель которой стимулирование, развитие и проведение программ обучения дайвингу людей с ограниченными возможностями для профессионалов и дайверов-любителей. Аппарат ассоциации включает всего несколько человек, все они являются волонтерами. С момента своего появления в 2010 году DDI получила широкую поддержку и признание в индустрии дайвинга. Регулярно проводятся как профессиональные, так и непрофессиональные программы обучения по всему миру. Специалисты и дайв-центры DDI представлены в 58 странах мира.

DDI и PADI – конкуренты? Нет, партнеры.

PADI и DDI не являются конкурентами на рынке дайвинг-услуг: они занимают разные не пересекающиеся ниши. PADI признает существование организаций, «которые специализируются на обучении и выдаче специальных сертификатов для дайверов с ограниченными возможностями». PADI рекомендует обращаться в эти организации, если студент с инвалидностью не может выполнить нормы Scuba Diver или OWD, но хочет получить сертификат (Руководство для инструктора по спецкурсу PADI Adaptive Techniques, стр 21).

Более того, деятельность PADI и ассоциаций для дайверов с инвалидностью тесно сошлась с появлением у PADI квалификации PADI Adaptive Techniques Specialty Instructor. Инструктор PADI может получить данную квалификацию, либо после прохождения Specialty Instructor Training course у Курс-директора PADI, либо  представить доказательства своего опыта, направив форму-заявление непосредственно в региональную штаб-квартиру PADI. «Доказательства наличия опыта включают документы об обучении дайверов с ограничениями от занимающейся этим организации.» (Руководство для инструктора по спецкурсу PADI Adaptive Techniques, стр 9).

Первой в перечне рекомендованных PADI организаций, которые специализируются на обучении и выдаче специальных сертификатов для дайверов с ограниченными возможностями, стоит Disabled Divers International (DDI)

Инструктор и дайвер поддержки проводят первое занятие в открытой воде для дайвера с параплегией. Хургада, Египет, 2016.

Какого дайвера предстоит поддерживать PADI Adaptive Support Diver и DDI Assistant Diver

Итак, у PADI есть подкурс Adaptive Support Diver, а у DDI – Assistant Diver. И по первой, и по второй программе готовят дайверов, которые могут быть напарниками при погружении дайверам с инвалидностью. Так в чем схожесть и отличие этих двух программ подготовки?

Начнём с того, собственно, кому по замыслу PADI и DDI должна быть оказана поддержка со стороны суппорт-дайвера (любителя, не профессионала!). Обе ассоциации декларируют необходимость поддержки людей с ОВЗ в их стремлении заниматься дайвингом. Но адресата, получателя поддержки PADI и DDI видят по-разному.

PADI

Сертифицированный дайвер PADI (не профессионал) может погружаться совместно, быть напарником (buddy) только подводному пловцу, который также является самостоятельным дайвером, т.е. он сертифицирован  и имеет уровень OWD или выше. (Здесь, и далее, я опускаю фразу «или аналогичного уровня сертификации иной ассоциации», чтобы не усложнить изложение.)

Таким образом, дайвер поддержки PADI имеет возможность предложить свои знания и навыки, полученные на курсе Adaptive Support Diver, только дайверу с инвалидностью, который прошел, как минимум, курс OWD и уже доказал, что является равноправным партнером по погружениям для любого сертифицированного дайвера.

PADI допускает, что не всякий желающий заниматься дайвингом, способен выполнить все требования по курсу Open Water Diver. Однако, PADI не выпускает ограниченные или неполные сертификаты для дайверов с инвалидностью. Требование соответствовать стандартам обучения должно быть исполнено без всяких исключений, даже при наличии у дайвера ограничений возможностей здоровья.

Если дайверы не могут выполнить все требования курса Open Water Diver, есть альтернативные варианты:

  • получить сертификат PADI Scuba Diver.
  • для тех, кто не может выполнить требования и получить сертификат Scuba Diver, PADI рекомендует программу Discover Scuba Diving (DSD). Эта программа может быть полностью выполнена в бассейне, что хорошо подходит для людей с ограниченными возможностями. Те участники программы DSD, кто успешно ныряет в закрытой воде, могут принять участие в погружении Discover Scuba Diving в открытой воде.
  • Программа PADI Seal Team также адаптируется к взрослым с ограниченными возможностями, пожилым и другим людям, которым требуется погружение под тщательным контролем.

Однако, во всех трех случаях дайверы совершают погружения под контролем профессионалов. И другие сертифицированные дайверы-любители, если и могут находиться поблизости в водоеме (бассейне), но не в качестве напарников для дайверов, не закончивших курс OWD, и не в качестве ассистентов для профессионалов PADI.

Таким образом, PADI Adaptive Support Diver подготовлен к тому, чтобы  погружаться с другим сертифицированным дайвером PADI, имеющим ОВЗ

Дайвер с ампутацией ног помогает застегнуть ремешок компьютера напарнику с ампутацией руки. Эль Кусейр, Египет, 2016.

Небольшое отступление.

Следует признать, что требование выполнения стандартов курса OWD, не является загородительным для людей с инвалидностью в их стремлении заниматься дайвингом. Многие люди со сложными формами инвалидности имеют возможность стать самостоятельными дайверами, пройти курс OWD и затем погружаться в паре с другим самостоятельным дайвером. Мне довелось погружаться в buddy-режиме с дайверами с параплегией, с ампутациями ног и рук, с травмами головного мозга, с заболеваниями сердца и центральной нервной системы, слабослышащими. Это были дайверы разного уровня сертификации — от OWD до divemaster’a, уверенно владеющие  дайверскими навыками.
Не лишне упомянуть, что каждый из них регулярно проходил освидетельствование у врача, чтобы получить подтверждение возможности заниматься дайвингом.

 

Напарник помогает дайверу с ампутацией ног подойти к месту погружения. Эль Кусейр, Египет, 2016.

DDI

DDI разделяет подход PADI, что дайвер должен устойчиво овладеть набором обязательных дайверских навыков. Более того, перечень этих навыков у DDI и у PADI практически совпадает.  Однако, в отличие от  PADI,  DDI допускает, что дайверу из-за имеющихся ограничений здоровья, не все навыки доступны, и при этом он может быть сертифицирован. В этом случае, дайвер сертифицируется не как самостоятельный дайвер – ведь, из-за отсутствия возможности выполнять все необходимые навыки, он не справится с решением возможных «типовых» проблем. При погружении такому дайверу нужен помощник, который своим опытом и знаниями сумеет компенсировать недостающие (а точнее, недоступные) дайверу навыки.

Уровень  Необходимой Поддержки.

Механизм «Уровня  Необходимой Поддержки» предоставляет инструктору DDI возможность определить, какая дополнительная  помощь должна быть предоставлена дайверу при погружении. Эта информация вносится в сертификационную карту студента по завершении курса.

«Уровень Необходимой Поддержки» дает возможность сертифицировать дайвера с инвалидностью без необходимости оценивать различные виды инвалидности, а вместо этого оценивает эффективность учащегося как дайвера  в соответствии с тем, какие требования к помощи со стороны предъявляются. Исходя из того, какие навыки из обязательного перечня студент выполняет, ему присваивается «Уровень  Необходимой Поддержки» от 1 до 3.
В зависимости от «Уровня  Необходимой Поддержки» определяется количество сопровождающих дайверов и требования к их подготовке.

Инструктор и дайверы поддержки готовят к погружению дайвера с квадраплегией. Оленевка, мыс Тарханкут, Крым июль 2018.

Уровень 1. Кандидат выполнил все требования к выполнению дайверских навыков DDI, продемонстрировал знания и  физическую выносливость в соотвествии со стандартом учебной программы. Этот кандидат продемонстрировал способность сам оказывать адекватную помощь другому дайверу, если возникнет внештатная ситуация и такая помощь потребуется. Этот кандидат может погрузиться с любым другим сертифицированным взрослым дайвером. (Фактически, это уровень соответсвует уровню PADI OWD.)

Уровень 2. Кандидат выполнил требования к навыкам DDI, демонстрируя способность самопомощи в внештатной ситуации. Кандидат не может обеспечить адекватную помощь другому дайверу, если возникнет необходимость.
Для того, чтобы соблюдалось требование обеспечения адекватной помощи всем дайверам, требуется, чтобы дайвер, имеющий «Уровень  Необходимой Поддержки» №2, погружался с двумя сертифицированными дайверами, один из которых должен быть DDI Assistant Diver или аналогичного (и выше) уровня по программе, признанной DDI.

Уровень 3. Кандидат выполнил необходимые навыки курса Pool Diver и продемонстрировал способность безопасно использовать оборудование для подводного плавания. Однако, у кандидата нет возможности для самопомощи.
Для того чтобы соблюдалось требование обеспечения адекватной помощи всем дайверам, дайвер, имеющий «Уровень  Необходимой Поддержки» №3, должен погружаться с с тремя сертифицированными дайверами, один из которых должен быть профессионал DDI или другой, признанной DDI программы подготовки.

Таким образом, дайверу DDI предстоит самостоятельно (без поддержки профессионала) погружаться с дайвером, частично выполняющим навыки OWD и имеющим Assistance Requirement Level 2.

Инструктор и суппорт-дайвер помогают дайверу с ампутацией рук снять компенсатор перед выходом на лодку. Хургада, ноябрь 2018 г.

Вывод
  • PADI Adaptive Support Diver должен быть готов быть buddy для дайвера с ограниченными возможностями здоровья,  который успешно прошел курс OWD (или выше). Который, в свою очередь, подготовлен к погружению с другим дайвером-любителем, способен самостоятельно решать возникающие проблемы и готов оказать помощь напарнику.
  • напарником DDI Assistant Diver может быть  дайвер, не способный в силу ограничений здоровья выполнить все навыки курса OWD. Этот дайвер может оказать помощь себе, но не имеет возможность оказать помощь своему напарнику. И этот дайвер подготовлен к тому, что с ним будет погружаться дайвер, прошедший специальную подготовку, либо профессионал.

Согласитесь, что различия весьма существенные, и они определяют различие требований к подготовке суппорт-дайверов.

Инструктр и ассистенты помогают подготовиться к занятиям в бассейне дайверу с проблемами опорно-двигательного аппарата. Оленевка, мыс Тарханкут, Крым, июль 2018.

Подготовка PADI Adaptive Support Diver и DDI Assistant Diver

PADI Adaptive Support Diver

Задачей под-курса PADI Adaptive Support Diver является вооружить дайверов полезными методиками, помогающими выступать в роли напарника для дайверов с ограниченными возможностями (акцентирую – прошедшими курс PADI OWD, или выше).

DDI Assistant Diver

Программа Assistant Diver готовит рекреационного дайвера быть помощником дайвера с инвалидностью, которые,  в силу невозможности выполнения всех дайверских навыков курса OWD, должны иметь дайвера поддержки, обладающего специальными компетенциями, в качестве одного из своих дайвинг-партнеров.

Для того, чтобы Assistant Diver был в состоянии помочь дайверу с инвалидностью, он должен иметь те же технические навыки, что и дайвмастер или выше. Однако, Assistant Diver не должен обладать организационными знаниями и навыками менеджмента, которымие  владеет дайвмастер.

Предварительные требования к кандидату на курсы PADI Adaptive Support Diver и DDI Assistant Diver

PADI Adaptive Support Diver

До начала данного курса дайвер должен:

  • Иметь сертификат PADI Open Water Diver  или аналогичный сертификат от иной обучающей организации.
  • Возраст не менее 15 лет.
  • Курс EFR Primary and Secondary Care, пройденный в пределах 24 месяцев.
DDI Assistant Diver

Необходимые условия для участия в программе DDI Assistant Diver:

  • Возраст не менее 15 лет;
  • Минимум 30 зарегистрированных погружений;
  • Сертификаты Advanced Open Water и Rescue diver от любой всемирно признанной организации по подготовке дайверов;
  • Курс EFR Primary and Secondary Care, пройденный в пределах 24 месяцев.
  • Пройденное предварительное тестирование

Перед регистрацией на участие в программе DDI Assistant Diver, кандидат должен продемонстрировать дайверские знания и навыки. Оценка проводится на основании демонстрации кандидатом упражнений и выполнения тестов в соответствии с требованиями руководства инструктора базовой учебной организации  для уровней Advanced Open Water и Rescue Diver.

 

Напарник помогает дайверу с параплегией преодолеть участок с сильным встречным течением. Хургада, Египет, 2016

Продление, подтверждение статуса PADI Adaptive Support Diver и DDI Assistant Diver

PADI Adaptive Support Diver

Подтверждение статуса PADI Adaptive Support Diver не требуется, сертификат выдается без ограничения срока действия.

DDI Assistant Diver

Некоторые непрофессиональных сертификаты DDI требуют периодического подтверждения, только в этом случае они остаются действительными. Срок действия сертификата DDI Assistant Diver составляет 24 месяца. Причина, заключается в том, что необходимо гарантировать, что сертифицированный дайвер все еще может безопасно удовлетворять требованиям уровня сертификации.
Подтверждение сертификации проводится инструктором и заключается:

  • обзоре готовности ученика к применению необходимых навыков и знаний,
  • медицинский осмотр, подтверждающий способность учащегося безопасно погружаться в пределах принятых уровней риска.

Итоги и выводы

  1. PADI Adaptive Support Diver – это своеобразный тренинг «Как общаться с людьми с ограниченными возможностями» в применении к дайвингу. В этой программе безусловно есть смысл и польза. Вполне ожидаем рост числа дайверов с ограниченными возможностями здоровья, а вот предубеждение относительно невозможности людей с инвалидностью заниматься дайвингом еще очень велико. Поэтому очень правильный шаг – готовить дайверское сообщество к тому, что вскоре вашим бадди или просто соседом по дайв-боту может оказаться человек с ОВЗ.
    Я был свидетелем того, как матерые дайверы на боте впадали в ступор при виде дайвера с инвалидностью на борту. Их поведение выдавало смятение: с одной стороны хотели помочь, с другой – не знали как подойти, как предложить свою помощь. В итоге, чаще всего, они уходили отсиживаться на сандек, повыше, чтобы не чувствовать себя неловко.
  2. Еще один положительный аспект PADI Adaptive Support Diver  заключается в том, что рассматриваемые в нем адаптивные техники очень полезны для погружений с пожилыми дайверами. Эта аудитория дайвинга также будет расширяться и готовить к этому дайверов надо.
  3. DDI Assistant Diver – это реальный помощник в любом проекте. Я бы очень рекомендовал всем rescue diver’ам пройти этот курс. Думаю, что со мной многие согласятся, что в реальности навыки по спасению, которые они получили на курсе, не так часто востребованы (и слава Богу!). А вот применить свои знания и опыт для того, чтобы помочь человеку с инвалидностью войти в подводный мир, — задача благородная.
  4. Задачи, выполняемые DDI Assistant Diver, сложнее, и условия для входа на программу более жесткие, чем PADI Adaptive Support Diver. Кроме того каждые два года надо подтверждать свою квалификацию.
  5. Сравнивать, эти программы, чтобы выяснить, что лучше, бессмысленно, т.к. они ориентированы на помощь разным категориям дайверов,  на разные условия организации погружений.
    Имеющийся выбор расширяет возможности неравнодушных дайверов-любителей помогать людям с инвалидностью в открытии подводного мира. Не упустите свой шанс, сделать человека счастливым!
В заключении, обращаюсь к тем дайверам-любителям, которые чувствуют в себе готовность помогать людям с инвалидностью открывать Подводный мир.
Совет прост: если вы AOWD, то рекомендую стартовать с PADI Adaptive Support Diver, а если вы уже Rescue Diver – вы принесете бо́льшую пользу, став DDI Assistant Diver.

 

Пока дышу, надеюсь.
Готова ли дыхательная система пожилого человека к занятиям дайвингом.

Как сказываются возрастные изменения организма на возможность дышать сжатым воздухом при погружении с аквалангом? Сможет ли пожилой человек комфортно дышать через регулятор под водой? Эти вопросы беспокоили меня, когда в октябре 2018 я проводил программу PADI Discover Scuba Diver для своей мамы, которой на тот момент было 75 лет.  

Возможность дышать под водой благодаря аквалангу открыла человечеству относительно легкий и безопасный путь в подводный мир. Наша природная дыхательная система не способна извлекать кислород из воды, и поэтому при погружениях мы несем в своих баллонах немного родной атмосферы.

Сохранение бесперебойного дыхания под водой является жизненно важным для аквалангистов. По этой причине бо́льшая часть курса подготовки начинающего подводника связана с упражнениями по отработке внештатных ситуаций, связанных именно с нарушением дыхания и подачи воздуха.

Мода на дайвинг 60-х была адресована в первую очередь на молодых. Аквалангист должен был быть крепок, ловок, силен и, конечно, … красив.

Как все новое, дайвинг осваивался энергичными, крепкими, активными, и что важно — молодыми людьми. И это не удивительно: на заре дайвинга он представлялся, как экстремальное увлечение, доступное только отчаянным «сорвиголовам». Предполагалось, что на встречу с Бездной идут  крепкие ребята и упругие девушки, которые отлично подготовлены к физической нагрузке. А уж дышать-то воздухом они точно умеют и делают это очень хорошо.

Постепенно, благодаря позитивной статистике безопасности погружений, надежности оборудования, привлекательности красот подводного мира, аудитория дайвинга расширилась. Дело уже не казалось столь рискованным, и все более и более «возрастные» покорители глубины шагнули под воду. Этот процесс – рост доли пожилых дайверов – продолжается и, я ожидаю, будет продолжаться. Он обусловлен двумя тенденциями:

  • все больше новых дайверов пенсионного возраста одевают скубу, проходят курсы и вливаются в Всемирный Подводный Клуб;
  • действующие дайверы «выпуска» 40-70 годов прошлого века приблизились к почтенному возрасту, но продолжают заниматься любимым делом. И количество людей, переходящих из «взрослой» группы в «стариковскую», растет.

Рекреационный дайвинг славится свой доступностью благодаря отсутствию чрезмерных физических нагрузок. Грамотная организация погружений позволяет исключить необходимость таскать на плечах тяжелое оборудование. Заботливый инструктор всегда подскажет, как войти  в воду с лодки налегке (и вернуться обратно), как одеть/снять оборудование на поверхности воды. Напарники по погружению и персонал дайвинг-центра всегда готовы оказать помощь при преодолении полосы прибоя, при одевании/снятии ласт, в доставке оборудования к месту погружения. Таким образом, даже пожилой человек, утративший былую силу мышц, может свободно наслаждаться парением в невесомости под водой. Будучи в почтенном возрасте, в свои 88 лет, Стэн Уотермен, первопроходец любительского дайвинга,  так описывал погружения:

Я ограничиваю себя двумя погружениями в день и отказываюсь от погружений в местах, где есть сильные течения. Я надеваю оборудование на самом дайв-деке. Когда я сижу на краю дайв-дека или в лодке, всегда есть чья-то рука помощи, придерживающая мой баллон, мой компенсатор, грузовую систему или ласты. Поэтому я стартую с нулевыми усилиями. Назад я возвращаюсь так же легко, передав на лесенке напарникам мои ласты, груза и баллон, или будучи втащенным на борт лодки как мешок картошки.

Но с годами слабеют не только мышцы. Увы, стареет и наша дыхательная система. Как это происходит и что нас ожидает? Надо бы разобраться. Ведь дыхание – это наше все!

Следующий раздел будет полон медицинских терминов и может вызвать некоторое затруднение при прочтении. Но, что делать! Мы не ведаем, что и где у нас в организме расположено, и как это называется, пока ОНО не заболит. Но нам, дайверам и инструкторам, важно иметь представление о том, что с возрастом происходит  там, внутри нас, где кислород из воздуха проникает в организм.

Старение дыхательной системы

Источником знаний медицинского характера стала для меня статьи Старение дыхательной системы и Особенности старения дыхательной системы.

Структурные изменения аппарата внешнего дыхания

В органах дыхания в процессе старения происходят существенные морфологические и функциональные изменения. После 60 лет появляются дегенеративно-дистрофические изменения костей и мышц грудной клетки. Реберные хрящи теряют эластичность в результате отложения в них солей кальция, уменьшается подвижность реберно-позвоночных суставов.

Остеохондроз грудного отдела позвоночника и атрофия длинных мышц спины приводит к развитию старческого кифоза. Развиваются дистрофические изменения в межреберных мышцах диафрагмы. Это приводит, во первых, к деформации грудной клетки, она принимает бочкообразную форму; во вторых, уменьшается подвижность грудной клетки. Все это нарушает легочную вентиляцию.

Анатомо-физиологические особенности дыхательной системы. Деформация грудной клетки. Грудной кифоз.

Легочные объемы

При старении снижается жизненная емкость легких, уменьшается ряд её компонентов:  дыхательный объем, резервный объем вдоха и выдоха.
Возрастает объем остаточного воздуха и, особенно, его доля в общей емкости легких. В то время как в возрасте 20-29 лет отношение остаточного объема к общей емкости легких составляет 25%, в возрасте 60-69 лет оно уже возрастает до 44%, в 70-79 лет — до 46%, в 80-89 лет — до 49% и в 90 лет и старше — до 52%.

Спирометрия — это один из основных методов для оценки функционального состояния легких. Метод позволяет измерить объем легких, объем выдоха за одну секунду и скорость выдоха.
Слева направо: Пожарный проверяет состояние своих легких, 1919. Пилот-курсант на тестировании объема легких, 1925. Измерение объема легких призывника, 1949.

Вентиляция легких

После 80 лет легочная вентиляция несколько уменьшается. Насыщение артериальной крови кислородом снижается – развивается артериальная гипоксемия. Это объясняется снижением альвеоло-капилярной диффузии кислорода. В ходе старения насыщение О2 артериальной крови от 98% в среднем возрасте снижается к 60-69 годам до 90%, а в дальнейшем уже почти не изменяется.
Образно говоря, старые люди даже в состоянии покоя живут как бы на высоте 1500—2000 м над уровнем моря.

Изменение структуры дыхательных путей, расширение и увеличение объема трахеи и бронхов способствуют увеличению в старости анатомического мертвого дыхательного пространства. Помимо этого, в связи с изменением равномерности вентиляции и нарушением соотношений между альвеолярной вентиляцией и кровотоком в легких увеличивается также физиологическое мертвое дыхательное пространство и его доля в дыхательном объеме. Так, если у лиц 26-39-летнего возраста отношение физиологического мертвого дыхательного пространства к дыхательному объему составляет 30%, то у людей 62-84 лет оно возрастает до 41%.

Эффективность дыхания

Один из важных показателей эффективности дыхания — относительная величина альвеолярной вентиляции, т. е. соотношение между альвеолярной вентиляцией и минутным объемом дыхания (МОД), так как оно определяет ту часть О2, которая из общего объема вентилируемого кислорода поступает в альвеолярный резервуар для непосредственного участия в газообмене. В результате учащения дыхания в процессе старения доля альвеолярной вентиляции в общем объеме вентиляции легких уменьшается, поэтому в старости из всего объема поступающего в легкие О2 вместо 65-70%, как это имеет место в среднем возрасте, в газообмене принимает участие только 51-58%

Компенсационные механизмы

В процессе старения складываются неблагоприятные условия для обеспечения кислородного режима организма за счет системы внешнего дыхания. Однако на этом фоне одновременно развивается сложная перестройка организма с возникновением новых приспособительных механизмов, что в ряде случаев обеспечивает достаточный уровень функции при, казалось бы, серьезных структурных нарушениях. Так, несмотря на уменьшение дыхательного объема, одновременно развивающееся учащение дыхания приводит к увеличению вентиляции легких. Считают, что минутный объем дыхания (МОД) может увеличиваться в пожилом и старческом возрасте до 150—200% от должной для среднего возраста величины.

Итак, возрастные изменения дыхательной системы и компенсационные механизмы, запускаемые природой, позволяют пожилому человеку снабжать организм кислородом в приемлемом количестве. А физическая активность, активный образ жизни способствуют замедлению развития застойных процессов в легких, что сохраняет эффективность газообменных процессов.

Но как это все будет выглядеть применительно к дайвингу? Останется ли эта сложная система сбалансированной под избыточным давлением под водой?

Группа испытуемых в барокамере перед погружением.

Возраст как таковой не является преградой для занятий  дайвингом.

Ответ на поставленные вопросы я нашел в статье Scuba Diving Safe for Older Adults, посвященной результатам исследований, проведенных в Медицинском центре Университета Дьюка (Первоисточник: Journal of Applied Physiology, February 2003 • News release, Duke University Medical Center.).

Хорошая новость: рекреационные дайверы не должны переживать о том, что им придется отказаться от своего хобби только потому, что они становятся старше. Исследование показывает, что постепенное возрастное снижение функции легких недостаточно значимо для того, чтобы удерживать здоровых пожилых водолазов подальше от воды.

Используя барокамеры для имитации погружения на глубину 60 футов (18 метров), исследователи обнаружили, что  пожилые дайверы мало отличались от более молодых в том, как их легкие реагировали на изменения давления воды. Они также сохраняли приемлемый для здоровья баланс кислорода и углекислого газа. Говорит исследователь Хезер Фредерик, доктор медицины, ректор по анестезиологии в Медицинском центре Университета Дьюка:

Один из ключевых вопросов исследования заключался в том, будет ли у пожилых дайверов завышенный уровень углекислого газа во время погружений.
Мы обнаружили, что даже на глубине 60 футов (18 метров) при умеренной физической нагрузке здоровые пожилые люди имеют повышенный уровень остаточного углекислого газа, который статистически значим для поверхности, но его значение клинически несущественно по сравнению с значениями более молодых тестируемых.

Исследователи поставили своей целью выявление завышенного уровня остаточного углекислого газа, поскольку это может стать  серьезной проблемой безопасности для дайверов, особенно во время тяжелых нагрузок,  проблем с дыханием, спровоцированных регулятором (дыхательного устройства, используемого при дайвинге) или имеющегося заболевания легких. Воздействие на дайвера избыточного количества остаточного углекислого газа в легких может привести к дезориентации, судорогам и, в крайнем случае, потере сознания во время погружения.

В ходе исследования проанализированы результаты группы из 10 здоровых взрослых (19-39 лет) и  другой группы 10 здоровых пожилых людей (58-74 лет). Ни у одного из дайверов, участвующих в эксперименте, не было болезни легких или сердца.

Исследователи замеряли, как легкие дайверов функционировали в состоянии покоя, так и во время упражнений на двух уровнях нагрузки; как при нормальном давления, так и на глубине 60 футов (18 метров) под водой. Исследование показало, что легкие участников старшей группы даже при тренировках функционировали на уровне, сравнимым с уровнем показателей легких молодых испытуемых.

«В итоге мы можем констатировать, что здоровые пожилые дайверы в состоянии продолжать безопасно заниматься дайвингом», — говорит Фредерик.
«Это самое крупное исследование такого рода. Благодаря барокамере мы имели точный контроль над всеми физиологическими переменными, и результаты этого исследования должны помочь пожилым дайверам чувствовать себя уверенными при погружениях».

Однако, исследователи подчеркивают, что в этом исследовании был рассмотрен только эффект сохранения остаточного углекислого газа у дайверов и не рассматривались проблемы, связанные с декомпрессионным заболеванием, что является потенциально опасным состоянием, которое возникает, если дайвер выходит на поверхность слишком быстро или нарушает другие нормы безопасности, касающиеся глубины погружения, его длительности или частоты погружений.

Позвоните родителям, пригласите их … на дайвинг!

Вместо заключения

Итак, моя мама прекрасно прошла программу DSD и мы с ней славно поныряли на красочных рифах Красного моря. Никаких проблем ни с перегрузкой, ни с затруднением дыхания не возникло  ни на поверхности, ни под водой. Она была рада не только увидеть красоту подводного мира, но и почувствовать в свои 75 лет, что у нее есть силы и возможность познавать новое, расширять границы своего пространства. Надеюсь, что весной мама вновь приедет в Египет, и мы продолжим наши погружения.

В завершении я бы хотел обратиться к коллегам, в связи с имеющим место недоверием к возможности людей пожилого возраста заниматься дайвингом. При подготовке этой заметки я натолкнулся цитату, которая мне показалась излишне категоричной, искажающей реальную суть вещей:

Противопоказания занятию дайвингом:
Следует учитывать, что дайвинг полезен только здоровому организму. У людей с заболеваниями органов кровообращения и дыхания, а также у лиц пожилого возраста занятия плаванием под водой могут вызвать серьезные проблемы со здоровьем.

Согласитесь, занятия подводным плаванием могут вызвать проблемы со здоровьем у любого, кто пытается превысить лимиты своих жизненных ресурсов. Это в равной степени относится и к молодым людям, и к пожилым, это справедливо, как для физически здоровых людей, так и для людей с ограничением возможностей здоровья.

На мой взгляд, большой ошибкой для инструктора будет подхватить снобизм «здорового человека», демонстрировать высокомерно-покровительственное отношение к дайверам в возрасте или людям с инвалидностью. Статус и опыт инструктора по дайвингу имеют авторитет и вес в глазах людей, мечтающих стать дайверами. И любое категорическое «Нет, дайвинг не для вас» может лишить человека мечты и навсегда разлучить его с морем.

«Общая установка такова, что вам следует приглашать к участию в ваших программах всех, кто проявляет интерес к дайвингу, если у них имеется желание и человек отвечает граничным медицинским условиям, установленным в дайв-индустрии и ведущими специалистами в области подводной медицины. При наличии медицинского разрешения (выделено мною, Д.К.) вы можете обучать людей с различными физическими ограничениями, фокусируясь не на их заболеваниях, а на их желании заниматься дайвингом.

Несмотря на то, что нарушать стандарты не разрешается, вы можете использовать разнообразные техники, которые помогут таким дайверам выполнить обязательные требования. Ищите разумные и творческие методы для того, чтобы выполнить установленные стандартами требования.»

Я процитировал обращение к инструкторам из Справочника по методике обучения PADI, думаю, что и другие обучающие ассоциации рекреационного дайвинга придерживаются аналогичной позиции.

Всем удачи в обучении и в погружениях!

Кукушка – кукушка,
сколько лет мне нырять осталось?

Сколько мне еще будет доступен дайвинг? Смогу ли я продолжать участвовать в сафари? Обновлять ли мне костюм (регулятор, компенсатор) или донырять в том, что уже есть, поскольку немного осталось? Такие вопросы наверняка посещают дайверов с наступлением «предпенсионного» возраста. Вот и мне в мои 55 тоже стала интересна эта тема.

Дайвинг пришел на территорию стран бывшего СССР в 90-е годы. Именно тогда ключи от подводного мира перешли от забюрократизированных клубов ДОСААФ к инструкторской вольнице, вкусившей прелестей зарубежных стандартов дайвинга. Подводное плавание перестало быть «подготовкой трудящихся к защите социалистического Отечества» (формулировка из целей из задач ДОСААФ), а стало дайвингом, которое «is Fun».

С тех прошло более 20 лет, и пионеры российского дайвинга подбираются, кто к пятому, кто к шестому, а кто-то разменял уже свой седьмой десяток. И все острее встает вопрос: до какого возраста можно погружаться? Или уже нужно выбирать гвоздь, на который повесить свои ласты?

Фактически первая волна ветеранов от дайвинга подошла к точке принятия решения. Пример того, как «повзрослевшие» первопроходцы примут вызов своего возраста, безусловно скажется на  решении их многочисленных студентов, когда те, в свою очередь, дойдут до своей возрастной черты. И если для нашего  подводного сообщества тема «давинга для пожилых» только подступила, то в странах, где дайвинг получил развитие на 40-50 лет раньше, опыт в этой области накоплен гораздо больше.

Я не буду здесь рассматривать медицинский аспект проблемы. Во-первых, потому что я не являюсь специалистом, и не считаю возможным рассуждать о том, чего не знаю. Во-вторых, мнение экспертов от медицины требует особого рассмотрения, чему я посвящу отдельный пост. Начну рассматривать тему «возрастного» дайвинга с обзора информации «из первых рук» – мнений и суждений тех, кто свое решение уже принял.

Рекордсмен

Raymond Woolley обладатель рекорда Гиннеса, как самый пожилой дайвер в мире 2017, 2018 годов

Безусловно, красноречивым выражением отношения к своему возрасту в дайвинге отличился ветеран Raymond Woolley. Raymond начал заниматься дайвингом в 1960 (многих, читающих этот текст, тогда не было на свете), в 1964 он был командирован на Кипр, где регулярно нырял. С 1999 года Raymond проживает на Кипре постоянно.

1 сентября 2018 года Raymond Woolley обновил свой же рекорд в Guinness World Records 2017 года, как самый пожилой дайвер в мире. Он погрузился на рэк Zeinobia (Кипр) в возрасте 95 лет и 4 дня. Он провел в общей сложности 44 минуты под водой с максимальной глубиной 40,6 м. 

«Я пытаюсь доказать себе, и, надеюсь, получится показать и другим людям, что тренировки и упражнения — это самое главное, что надо делать, особенно, когда вы приближаетесь к моему возрасту».

Мне 82. Я активный дайвер.

Стэн Уотермен (Stan Waterman, рожд. 1923) – пионер подводной фото- и видеосъемки – осуществил свое прощальное погружение в 2013 году, отпраздновав без малого 90-летие!

Стэн Уотермен первопроходец любительского дайвинга, более 6-ти десятков лет он отдал исследованию разнообразных объектов подводного мира. Дайвер снимал все, что попадалось на глаза: подводные сцены для голливудских фильмов, документальные ленты для National Geographic, получив впоследствии колоссальное количество премий и наград, включая 5 Эмми. Кроме того, Стэн спродюсировал 2 картины на заказ министерства туризма Каймановых островов в качестве рекламы дайвинга.

В ноябрьском номере журнала Diver за 2012 год Стен обратился к дайверскому сообществу с призывом позаботиться о дайверах-ветеранах, поскольку это будущее каждого из нас.

«…Тем не менее, я должен признаться, что физически состарился. У меня больше нет волос. Один мой глаз меня покинул, я имею в виду, что его больше нет. У меня четыре титановых болта в нижнем позвонке, два фута моей толстой кишки были удалены много лет назад. Может вам интересны еще подробности, но я воздержусь. Я согласен с одним определением старости, на которое натолкнулся некоторое время назад. В нем говорится: «Старость представляется как один непрекращающийся поход в туалет». Когда я пишу эти строки, мне 88 лет, я не могу долго идти по прямой линии, отчасти из-за отсутствия контроля за балансом, но я еще не подписался на бесплатные Памперсы.

Так как насчет моря и дайвинга для нас, дедов? Если бы я мог пожать руку Посейдона и похлопать его по спине с сердечным выражением благодарности, я бы сделал это много-много раз. Суть заключается в том, что, когда вы погружаетесь в море со своим аквалангом, вся тяжесть уходит. Баланс восстанавливается. Гребок ластами, и вы двигаетесь по водному миру, словно на волшебном ковре-самолете. Возможно, вы больше не сможете бегать марафон или энергично играть в теннис в стенку, но, если ясность ума вас не покинула и есть возможность путешествовать, вы можете продолжить исследования и наслаждаться дайвингом.

Stan Waterman

Старики, если вы не уверены в своей сноровке на борту сафрийной лодки или для вашего запаса сил режим погружений на дейли-боте является слишком активным, положитесь на мой опыт общения с внимательным и опытным персоналом сафарийных лодок, что я до сих пор исполняю как организатор дайвинг-туров.
Как правило, гости могут совершать до пяти погружений в день, включая ночное погружение. Я ограничиваю себя двумя погружениями и отказываюсь от погружений в местах, где есть сильные течения. Я надеваю оборудование на самом дайв-деке. Когда я сижу на краю дайв-дека или в лодке, всегда есть чья-то рука помощи, придерживающая мой баллон, мой компенсатор, грузовую систему или ласты. Поэтому я стартую с нулевыми усилиями. Назад я возвращаюсь так же легко, передав на лесенке напарникам мои ласты, груза и баллон, или будучи втащенным на борт лодки как мешок картошки.»

… есть много ветеранов-дайверов, достигших пенсионного возраста, с богатым урожаем опыта и рассказов, готовые поделиться ими.
Возможно многие, как и я, обнаружили, что их энергии не хватает для ядрёных видов спорта. Море стало для меня нежной возлюбленной,  а дайвинг дал счастливую возможность продолжить физическую активность. «Активность» — это главное слово, это ключ. Оставайся активным.

Дайвинг приносит радость в любом возрасте. Спасибо Getty Images за эти прекрасные образы.

Голос народа

Призыв Стэна Уотермена был услышан, и на него откликнулось множество «возрастных» дайверов Америки. Их высказывания весьма красноречивы, большинство из них полны намеренья продолжить занятие дайвингом, причем предпочли бы это делать в компании сверстников.

Джон Паркер: Мне 71 год и я активный мужчина в полном расцвете сил. Я начал заниматься дайвингом когда мне было ближе к тридцати, и было время когда нырял очень активно, получив статус DM. У меня есть собственное снаряжение, и я могу справляться с ним самостоятельно. В этом году я совершил несколько погружений, но сегодня мне не нравится молодежная культура … постоянные сексуальные инсинуации и ненормативная лексика … Я бы хотел нырнуть с настоящими взрослыми.

Кендалл Грей: Я далеко не начинающий дайвер (в основном, пещерный дайвинг в 60-х и 70-х годах), но я новичок в дайв-компьютерах и компенсаторах (мы использовали военные таблицы и надувные нагрудные спасательные жилеты), и я хочу заниматься дайвингом с другими пожилыми людьми. Наверняка, кто-то вскоре откроет дайв-клуб для ветеранов. Я не хочу возвращаться в пещерный дайвинг (я уже был там и занимался этим), я предпочел бы нырять на красивых рифах с людьми, которые знают, как уважать друг друга.

А некоторые в свои 60+ только строят планы на жизнь в дайвинге.
Кип Эллиот: Мне 65 лет, и я начал обучение дайвингу на прошлой неделе на Филиппинах. Мой план состоит в том, чтобы завершить обучение через 2 года. За это время закончить сертификацию дайв-мастера и инструктора. После выхода на пенсию, я намереваюсь работать в дайвинге на Филиппинах.

Похоже, что большинство дайверов готовы продолжить любимое занятие, делая скидку не сколько на возраст, а на реальное состояние здоровья. Большой опыт погружений подсказывает им, каким образом можно избежать риска излишней нагрузки для тех отделов организма, которые требуют бережного отношения. Любопытный обмен мнениями по этому поводу идет в группе «Сварливые старые дайверы» (Grumpy Old Divers) на крупнейшем в мире дайверском форуме Scubaboard.

MargaritaMike: Когда в ответ на вопрос, где я был, я отвечаю: «Нырял со скубой», то обычная реакция людей: «ТЫ занимаешься ДАЙВИНГОМ ???». Тогда я говорю им, что всего лишь лежу на дне океана и пускаю пузыри. Они не способны это принять. Ах, да, мне всего 68, но это были очень тяжелыми 6 и тяжелые 8.

chillyinCanada: Все как и раньше: мое тело не общается со мной, а колени и поясница хотят от меня избавиться. Пока это не останавливает меня, но мне пришлось умерить свою гордость и чаще просить о помощи. К счастью, персонал, с которым я столкнулся в своих дайвинг-приключениях, не приходится просить дважды.
Но я уже больше не играю в гольф.

JamesBon92007: Всякий, кто со мной знаком, знает, что я только что вернулся из дайвинг-поездки и уже планирую следующую. Люди, которые меня видят впервые, замирают на секунду, смотря на меня, а затем расспрашивают меня о моих погружениях. Наверное, мне надо выглядеть так, словно я только что вынырнул. Может быть, чтобы морские водоросли застряли в волосах или что-то в этом роде.

SOFDiver: Мне 69 лет, в мае будет 70. Я действующий инструктор по дайвингу и работаю дайвмастером на дайвботе не менее 100 дней в году. Мое первое погружение на сжатом воздухе состоялось в 1958 году. Я провел 25 лет в армии США, из них 16 – в спецназе. Я, как правило, самый старый человек на борту нашей лодки. Физподготовка является ключом к долголетию в дайвинге. Уже давно признано, что большинство проблем / инцидентов с дайвингом напрямую связаны с проблемами здоровья и физической подготовкой. Я никогда не буду меряться с вами, кто из нас старше и почему до сих пор ныряет. Я не скрываю своего возраста и часто посылаю своих юных гостей поскорее нырнуть, когда они подходят ко мне, чтобы предложить мне свою помощь.

Харон: 71 будет 21 ноября. Еще ныряю.

drbill: Я впервые испытал скубу еще в 1962 году. Сегодня мне 70 лет. Нырял до июля, пока хирург не обнаружил, что мой рак вернулся. По мне никто даже не предположит, что я слишком стар для дайвинга! У меня есть друзья, которым по 80, и которые все еще ныряют. Пошлите этих молокососов в ж@пу! Мы с моим сыном планируем вернуть меня под воду, возможно, даже во время нынешней химиотерапии.

drl: 60 стукнуло в ноябре. Отметил свой день рождения на дайвинге с друзьями на Море Кортеса.
Люди постоянно все еще спрашивают меня: «Куда ваша следующая поездка на дайвинг?» (или «Где вы были недавно?»). Я наверное откажусь от погружений в Великих озерах в ближайшие годы; хлопоты с сухими костюмами и холоднющая вода начинают перевешивать получаемое удовольствие. Но я буду продолжать заниматься дайвингом, пока смогу!

grf88: В прошлом месяце наступило 70. Завтра я направляюсь в сторону Гренландии, чтобы нырнуть в районе Северного Лабрадора и Ньюфаундленда.

roturner: Если когда-нибудь наступит то время, когда я не смогу подхватить свое снаряжение и забросить его в багажник автомобиля, тогда я, возможно, брошу погружения со спаркой и/или стейджами. Я прикидываю, что будет довольно короткий период времени между тем, как я оставлю дайвинг, и тем как меня кремируют, а мою золу развеют в океане.

Ну, как? Меня очень впечатлило, особенно последнее высказывание. Итак, народ полон решимости нырять до последнего. Это сильно. Остается пожелать всем удачи в долгом счастливом дайвинге.

А что думаете вы по этому поводу? Пишите в комментариях, обсудим.

Почему я не говорю «парадайвер».

На фото к статье: дайвер Josh Bodge (PADI Advanced OWD) поднимается на лодку после погружения на затонувший японский корабль. У Josh ампутация обеих ног выше колен и правой руки ниже локтя, он получил увечье во время военных действий в армии UK. Снимок сделан во время экспедиции группы дайверов с инвалидностью Deptherapy на остров Трук (Микронезия).

Парадайверы – кто они?

«Парадайвером» принято называть человека с ограниченными возможностями здоровья, который увлечен дайвингом – погружением под воду с аквалангом. Термин «парадайвер» (или «инвадайвер») прижился в России. Есть производные термины, например, сам процесс погружения  называется «парадайвинг»,  обучением занимаются «инструкторы по парадайвингу», проводятся «соревнования по парадайвингу».

Распространение этого понятия можно оценивать положительно, в том смысле, что это говорит о некотором росте  практики занятий дайвингом людей с инвалидностью. СМИ часто используют термин «парадайвинг», как уже устоявшийся, в своих сюжетах о погружениях дайверов с инвалидностью.

Свойства живого языка – вводить новые понятия для обозначения новых явлений. Благодаря увеличению доступности дайвинга в целом,  люди с инвалидностью также стали посещать подводный мир. Видимо, слова «дайвер» (diver) не было достаточно для констатации этого факта, обязательно надо было подчеркнуть, что дайвер-то необычный, и его надо особо идентифицировать, ввиду имеющихся у него ограничений здоровья. Итак,  возник термин «парадайвер», ставящий акцент на инвалидности подводного пловца.

Следует заметить, что в процессе рождения нового термина нет аналогии с параолимпийской темой, скорее наоборот, движение шло в противоположную сторону. Дело в том, что приставка «пара-» в названии «парараолимпийские игры» отсылает не к термину paraplegia (паралич нижних конечностей), а к греческому παρά, «рядом, вне Олимпиады». Имеется в виду параллелизм и равноправие параолимпийских соревнований с олимпийскими. Иными словами – параолимпийец – это прежде всего атлет, участвующий в соревнованиях, параллельных Олимпийским, а причины участия в этих «параллельных» соревнованиях термином не раскрываются.

С терминами «парадайвинг» и «парадайвер» ситуация иная. Приставка «пара-» использована в словообразовании для  отсылки  именно к инвалидности дайвера. Другой используемый термин «инвадайвер» – передает этот смысл с беспощадной откровенностью.

Таким образом, если термин «параолимпиада» обозначает схожесть этих соревнований с олимпийскими, то «парадайвинг» противопоставляет погружения с аквалангом людей с инвалидностью традиционному «здоровому» дайвингу, делая его прерогативой людей без ограничений возможностей здоровья.

Использование специальных терминов для обозначения определенных групп населения, помимо удобства идентификации, выполняет вторую функцию – выделяет эту группу от остальных членов общества, сообщает об обладании ими некоторыми отличительными чертами. Что эти люди – они «не такие, как все». И это может не всем понравиться, кого-то это может даже задевать и ранить.

Евгений Бурмистров (PADI Advanced OWD) готовится к drift погружению. Хургада, Красное море.

Как это в жизни.

Вот, со мной на лодке ныряет AOWD с парализованными ногами. В воду он входит из положения сидя, выходит на лодку налегке при помощи команды, оборудование вытаскиваем отдельно. Под водой у него все нормально, разве что гребет он руками, а не ногами. И он — «парадайвер», если следовать принятой терминологии.

Второй дайвер – крепкий на вид мужчина, к своим 50-52 набрал лишние килограммы, вес под центнер, вся масса давит на суставы; гибкости никакой. И хоть сила в руках есть, а вот позвоночник подводит – протрузии, межпозвонковые грыжи. Суставы (бедра, колени) не тянут нагрузки, болят. Входит он в воду уже не большим шагом в снаряжении, а налегке, одевается после, в воде. Выход его на лодку тоже без акваланга: скубу он подает из воды, поднимается по трапу налегке.
Под водой же у него все нормально. А он кто — дайвер или парадайвер?

Еще пример? Инструктор, 20 лет стажа в дайвинге, после онкологии почти нет желудка, поднимать ничего тяжелее трех килограмм нельзя. Помогаем ему подносить баллон; груз на пояс ему нельзя, ничего, выход есть – распределяем по карманам интегрированной системы. Спуск с лесенки вниз короткими шажочками, одевается он в воде. Выход на лодку делает сам, но под бдительным надзором товарищей, разумеется без акваланга. Под водой — все нормально, красавец. Так, он дайвер или парадайвер?

Могу еще приводить примеры:  и хрупкая девушка дайвмастер весом 40 кило, которая в своем 5 мм костюме с утеплителем и снаряжении не может устоять на ногах, а не то, что несколько шагов сделать: груз и скуба тяжелы для нее. Она тоже парадайвер?
И дайвер с ампутированной выше локтя рукой, которому нужна помощь при сборке оборудования, и которого надо подстраховать при выходе из воды. Он-то чем отличаются от предыдущих примеров с точки зрения дайвинга? Почему кто-то из перечисленных гостей на лодке просто дайвер, а кто-то «инвалидный дайвер»?

Кто-то из читателей сочтет эти примеры некорректными, дотошно, и как в рисунке-головоломке «найдите 10 отличий», наберет эти самые различия. И я их слышал, и отвечу: они не решают суть проблемы неравенства подхода в дайвинге, от обучения, до организации погружений.

Дмитрий Павленко (DDI OWD RSL 2) на своем автомобиле едет из Москвы в Крым. Трасса М4, июль, 2018. В Балаклаве 26 июля Дмитрий установит рекорд России по глубине самостоятельного погружения для дайвера с ампутацией рук и ног (30 метров).

Взглянем на ситуацию с другой стороны

Вы ведете автомобиль в потоке. Не задумывались ли вы, что рядом может двигаться автомобиль, управляемый водителем с ампутацией ног? И этот водитель не такой как все, и автомобиль у него кое-чем отличается. Так он что – «параводитель», а едет он на «парамобиле»? Но ведь и он, и все участники движения руководствуются едиными «Правилами», проходили один и тот же курс обучения вождению. Ко всем авто предъявляются единые требования безопасности. Значит, все же нет разницы, и водители равны? Почему в дайвинге разница есть? Почему кого-то надо называть «инвалидным дайвером»?

Можно ожидать возражения: дескать, есть те же самые параолимпийские соревнования и это никого не смущает. Некорректное сравнение: дело в том, что в спорте есть состязательная составляющая, и сравнение результатов, и определение победителя должны достигаться равенством условий. А поскольку наличие ОВЗ это равенство исключает, всемирные спортивные состязания разделены на олимпиаду и проводимую по тем же правилам параолимпиаду.
А какая гонка за достижениями у нас в дайвинге? Если чем и меряются, так это манифолдами, а это для всех одинаково доступно. Для участия в подобных соревнованиях даже нырять не надо.

Ben Lee (PADI Advanced OWD) выполняет упражнение по подъему дайвера , находящегося без сознания, во время курса Rescue Diver. У Бэна ампутированы обе ноги выше колена. Deptherapy camp, Roots, Красное море.

Собственно, к чему я веду.

Мне не нравится слово «парадайвер» и «инвадайвер», и я не употребляю его по отношению к своим студентам и другим дайверам. Для меня уровень подготовки любого дайвера определяется его опытом погружений, уровнем обучения, степенью самостоятельности.

И если кому-либо понадобится помощь при заходе на лодку, или при сборке оборудования, или при выходе из воды – это не повод ставить на человеке клеймо «неправильного дайвера», противопоставлять его остальной группе. Не исключено, что такая же помощь когда-нибудь может понадобиться и любому из вас, уважаемые мои Читатели!

PS. Данна позиция сугубо лично моя, и я никому ни в какой форме её не навязываю.

Просто, попробуй дайвинг!

04.01.19 UPD: добавлена история Виктории Змитрович.

Ознакомительные погружения с аквалангом являются распространенной практикой на большинстве морских курортов от Крыма до заморских морей. После короткого инструктажа в сопровождении инструктора человек проводит 20-40 минут в царстве Посейдона в общении с подводными обитателями, если таковые есть, или в лицезрении подводных ландшафтов. После туристы обогащают соцсети  яркими впечатлениями и,  как правило, сумеречными фото своих подводных экскурсий.

По публикациям я наблюдаю рост постов с рассказом о погружении с аквалангом от путешественников с инвалидностью. И хотя, я сам не практикую «интродайвинг», на мой взгляд – это положительная тенденция. Рост числа примеров ознакомительных погружений с аквалангом отдыхающих с инвалидностью говорит о снижении барьеров, как у ныряющих, так и у инструкторов, проводящий погружение.

Еще совсем недавно, в постсоветском пространстве дайвер воспринимался как космонавт, и считалось, что приобщиться к дайвингу можно только пройдя жесткие испытания. Какие уж тут дайверы с инвалидностью!

Здорово, что этот стереотип разрушается, и все больше и больше людей с  ограничением возможностей здоровья пробуют себя в качестве подводных исследователей. Пусть, пока, дайвинг представляется им в виде туристического аттракциона, но не исключено, что через этот жизненный эксперимент, люди придут к расширению границ своего мира, пройдя обучение и став уже настоящими дайверами.

Здесь я буду вести подборку таких историй, приходящих ко мне от непосредственных  участников.

Египет, Шарм-эль-Шейх. Декабрь 2018


В декабре 2018 Змитрович Виктория совершила свой первый шаг в Подводный мир. Шаг первый и, хочется верить, не последний.
Мои поздравления Виктории – в дайвинге для нее нет границ!

«Виктория Змитрович называет себя на четверть киберженщиной: ее левую ногу с 12-летнего возраста заменяет протез. Ей нравится, как звучит это ее метафорическое определение. Сегодня она вся себе нравится, но прежде чем эта внутренняя победа произошла, нужно было пройти через восемь лет психотерапии и череду физических испытаний.»
Портал CityDog.by 07.09.2018

Виктория: первый вход в воду.

«Хочу немного поделится впечатлениями от своего первого погружения. 
Зная о своих возможностях я хорошо осведомлена и о своих ограничениях связанных с ампутацией ноги. И дайвинг был той мечтой о которой я даже не думала. 
Первой и важной ласточкой было предложение Дмитрия Князева об обучении дайвингу в Хургаде. Я не отказалась от этой сумасшедшей идеи, но дала себе время на подумать.

Сейчас я отдыхаю со своими друзьями в Египте и вчера решила просто съездить с ними за компанию и посмотреть как они погружаются. У самой таких планов не было честно честно!

Краем уха, но с горящими глазами я слушала их инструктаж. 
Меня пугало и настораживало в этом процессе всё: как я доберусь до воды без протеза, как пройдёт само погружение (я не умею даже нырять), как я с огромным баллоном выйду из воды и много других нюансов.
Но когда я оказалась в компании инструкторов дайвинг центра Red sea Adventure и лично познакомилась с Ahmed El-eskandrany поняла, что сейчас лучшее время чтобы рискнуть.

Виктория: возвращение после дебютного погружения.

Мне помогли одеть костюм, на руках поднесли к краю яхты, одели баллон и маску. Сердце моё колотилось как бешенное, я никогда не испытывала такого адреналина перед неизвестностью, как сейчас. 
Оказавшись в воде мне только и оставалось — это довериться инструктору. И мы погрузились под воду. Всё что я слышала это свое дыхание, а перед глазами открылся подводный космос. Красивые неспешные рыбки, кораллы причудоивой формы и невесомость, полет. 

Восторг, страх, радость, волнение такая большая гамма чувств переполняла мой мозг и моё тело. Я держала инструктора за руку, медленно и глубоко дышала и офигевала от всего.

После погружения меня напоили теплым чаем, а некоторые почему-то хлопали и говорили, что я чудо-женщина:) 
Такие вот дела.

Тайланд, остров Ко Чанг. Апрель 2017

В апреле 2017 года четверо молодых людей (Alexey KikhaevИгорь ЛысенкоИлья Варфоломеев и Дмитрий Б-Б) совершили первое в своей жизни погружение с аквалангом. В этом событии не было бы ничего интересного, особенно для Тайланда, куда многие приезжают, в том числе, ради подводных красот Сиамского залива, если бы не одно НО.
Все четверо участников погружения имеют инвалидность и используют инвалидную коляску.

Надо отдать должное инструктору Georgy Enbaev, который не растерялся увидев на пороге дайв-центра гостей на колясках и блестяще организовал и провел подводное путешествие. Далее, рассказ Георгия:

«Это было 22 апреля 2017 года. В то время я оставался один работать в Русский Дайв Центр, мои шефы Ирина и Олег Irchik Oleg Ssi уезжали на сафари на Мальдивы. Еще перед отъездом Ирина мне сказала, что будет группа фандайверов 5 человек и она им сделала спец. цену, скидку. Во время переговоров по телефону она им сказала, что на месте будет Георгий, то есть я, и «он вам все устроит».

Когда мне ребята позвонили, оказалось, что они уже приехали на остров и разместились в отеле. В разговоре они напомнили, что Ирина им сделала спец. цену, и что они колясочники. Я не понял, что за термин, и переспросил. Они сказали, что инвалиды и передвигаются на колясках. Я сказал, что я один в дайвинг-центре и не знаю, что из этого получится. Спросил у них, как они видят это все? Как будет проходить доставка их на судно и все остальное? Сказал, что специально оборудованного судна нет для них, я подумаю какую лодку взять, и что если мне кто-то поможет, то я им сообщу.

Отказывать им не хотелось. Я уже раньше помогал погружать одного инвалида и для меня его радость была тоже большой радостью.
Накануне перед их приездом звонил мне Костя дайвер с сертификатом эдванс и просился на погружение. Я тогда ему сказал, что ожидаю группу фандайверов и, что мы будем вместе, с ним одним мне идти в море не рентабельно. Когда же оказалось, что фандайверы инвалиды, я уже сам перезвонил Косте и говорю, так и так, мол, поможешь мне или нет? Он согласился.
Я договорился с подходящей лодкой с низким бортом и с матросом камбоджийцем по имени Рай. Он у нас раньше подрабатывал в качестве дайвмастера.

Утром мои колясочники приехали на машине. Один из них был сам за рулём машины с обыкновенным управлением, педали он нажимал палкой. Учитывая наши сложные дороги на острове в горной местности, извилистый серпантин, я был уже сражён их бесстрашием к тому, что они предпринимают для полноценной жизни. Костя, мой дайвер, сидел поверх инвалидных колясок в кузове машины, нисколько не опасаясь за свою жизнь, зная, что за рулём инвалид, у которого не работают ноги.

Один из четверых, говорил, что до этого один раз погружался, а трое делали это первый раз в жизни. Я часто работаю с DSD (Discover Scuba Diver – краткий тренинг для интродайверов в PADI. Прим. ДК) . Объяснил все, и они у меня ныряли.
Ребята мне сказали после погружения: «Ты, Георгий свою карму повысил работая с нами». А я их в пример теперь для других начинающих дайверов ставлю. Сколько у них силы воли и желания быть в этой жизни не последними. Эти ребята могут быть примером не только для других инвалидов, но для молодых и здоровых людей.

Буду рад, если мне придется ещё в жизни помогать таким, как они людям. Ирина мне потом сказала: «Хорошо, что ты не отказал им». И я думаю, хорошо действительно.»

Игорь Лысенко, участник погружения:

«Началось все с выставки морских обитателей как-то посетившей наш город Барнаул . Там я увидел мурену и крылаток, и загорелся морем. После покупки новой квартиры в ней было сразу определено место под морской аквариум. Через несколько месяцев все зафункционировало уже с соленой водой. Появились мурена и крылатки, в моем море началась жизнь. Постепенно вникая в тему я понял что кроме рыб там еще есть куча интересных существ. Аквариум начал понемногу заселяться кораллами.

Через несколько лет опытов, экспериментов, ошибок и  достижений появилось непреодолимое желание сравнить то что получилось у меня с настоящим диким рифом. Так я оказался в Тайланде. Друзья, путешественники, давно живущие там и зная весь Тайланд вдоль и поперек сказали: «надо ехать на Краби». Не долго думая, через несколько дней мы уже были на Краби и договаривались на счет погружения на коралловом рифе с русскими ребятами дайверами, которых ни чуть не смутило то что я на коляске.

На следующий день с утра они уже ждали нас на причале. Мы загрузились в лодку с двумя мощными моторами и понеслись навстречу мечте :). По дороге они провели инструктаж, еще  раз спросили «ты готов?», я ответил – «конечно!». Мне помогли одеть снаряжение и опустили в воду. Я сразу понял, что нужно делать, как правильно дышать и рванул вниз, нетерпелось увидеть всю эту красоту в среде её естественного обитания. И увиденное меня очень впечатлило! Под водой я провел около 2 часов за 2 подхода, погрузился на 12 метров, увидел много интересного и полезного для меня и моего аквариума.

После этого я погружался в Крыму в компании колясочников под чутким руководством дайверов из Тарханкута, которые не смотря на все сложности работы, с нами инвалидами, принципиально не берут за это денег.

И это незабываемое погружение в компании друзей на острове Ко Чанг,  под руководством опытного руководителя Русского дайв-центра. Огромное спасибо Георгию за качественную работу. Надеюсь еще не раз посетить эти и новые места дайвинга и пообщаться со столь интересными людьми, увидеть новые красоты и возможно привезти что то в свою коллекцию :)»

Хургада, Египет. Февраль 2018

История, о которой я узнал слишком поздно 

В феврале 2017 года прекрасные ребята, красивая пара Ульяна Пчелкина и Виталий Пчелкин впервые попробовали себя в роли дайверов. Они посетили Хургаду в самое суровое время года, когда вода всего 20-22 градуса, а пронизывающий ветер снижает ощущаемую температуру еще градусов на пять. Тем не менее, в этих жестких условиях африканской зимы ребята совершили первое в своей жизни погружение с аквалангом.
Слово Виталию:
«Это была буквально мечта Ульяны, поэтому мы не могли упустить такую ​​возможность. Температура воды зимой достаточно прохладная, около 22 градусов.

Можно откровенно говорить — впечатлений полные штаны. Другая страна, вдвоем на колясках, почти никто тебя нормально не понимает, а в экстренных ситуациях совсем никто. Экстрим еще тот, но оно того стоит!!!»

Я сожалею, что мы с ребятами не нашли друг друга до их поездки, и у меня не было возможности им составить компанию. Надеюсь, что интерес к подводному миру не был остужен холодной февральской водой, и Ульяна и Виталий вновь посетят Хургаду. И я буду рад поучаствовать вместе с ними в штурме Глубины.

Ребята сняли хорошее видео о своем первом погружении в Красном море:

.

Так выглядит свобода

Все, кто когда-либо интересовался дайвингом для людей с инвалидностью, видели эту фотографию – дайвер с ампутированными ногами завис в толще морской воды с раскинутыми руками, оставив на дне инвалидную коляску.

Многие ресурсы в интернете, повествующие о так называемом «инвадайвинге» или «парадайвинге», используют этот образ для демонстрации свободы движений, которую обретает человек под водой. Это действительно так. Во время погружения человек с инвалидностью на время освобождается от ограничений, которые действуют на него на суше. Конечно, к такому погружению человека надо подготовить, обучить необходимым навыкам, или обеспечить его сопровождением опытным инструктором.

Фото David Pilosof. Эйлат, Красное море 2006.

Фото David Pilosof. Эйлат, Красное море 2006.

Возвращаясь к фотографии.

Когда в 2015 году я начинал проект Open Water Challenge, я тоже был вдохновлен образом свободно парящего дайвера, сбросившего с себя груз инвалидности. Меня также еще заинтересовало авторство фотографии и кто был моделью для этой съемки.
Во время инструкторского курса DDI (Disabled Divers International) я узнал, что автором фотографии (а, точнее, серии из 15 фотографий) является David Pilosof, известный подводный фотограф, организатор фотоконкурса World ShootOut. В свое время David предоставил ассоциации DDI право использовать эти фотографии для оформления её информационных и учебных материалов.

Фото David Pilosof. Эйлат, Красное море 2006.

Детали самой съемки мне стали известны совсем недавно.

Летом 2006 года David Pilosof готовился сделать серию фотографий для Etgarim, некоммерческой организации, которая занимается психологической реабилитацией и социальной адаптацией людей с инвалидностью в Израиле. К уже имеющимся к тому моменту активностям Etgarim создал дайвинг-центр,  для поддержки и продвижения которого и нужны были образы дайверов.
Творческой задачей съемки была демонстрация способности людей с физическими ограничениями «освободиться от оков» под водой и выйти за границы, навязанные природой.

Обращение за помощью в организацию съемок было направлено в дайвинг-центр Dolphin Reef (Эйлат, Израиль), и центр поддержал проект, безусловно, бесплатно. Солнечный подводный ландшафт и возможное присутствие дельфинов в месте погружения обещали создать прекрасный фон для фотографий.
Etgarim видит свою цель в том, чтобы позволить людям с физическими и умственными ограничениями укрепить уверенность в себе, реализовать и приумножить свой личный потенциал во всех сферах жизни. Помочь им интегрироваться в общество посредством занятий экстремальными видами спорта, активного отдыха и образовательных программ вместе и наравне с людьми без ограничений здоровья.

Фотографии, созданные David Pilosof, выражают эти идеи лучше любых слов…

Фото David Pilosof. Эйлат, Красное море 2006.

В съемках участвовали дайверы Guy Meiri (ампутация обеих ног выше колен) и Ophir Moshe (ампутация ноги выше колена). Для них, как и многих других людей, дайвинг – это способ продемонстрировать, что границы и барьеры существуют только в головах, и начинать преодоление надо с ограничений внутри себя.

Добавлю, что именно эта фото-серия David Pilosof нацелила меня на необходимость позаботится о том, чтобы каждый проект Open Water Challenge давал новые вдохновляющие образы людей, покоривших подводный мир, несмотря на имеющуюся у них инвалидность. По этой причине я уделяю так много внимания фотосъемке. Я работаю с надеждой на то, что мои фотографии кого-нибудь мотивируют также, как в свое время фото Дэвида мотивировало меня.

Фото David Pilosof. Эйлат, Красное море 2006.

Источник.

Ольга: дайвинг – это то, что доступно нам обоим.

Не так давно СМИ рассказали о рекордном погружении Дмитрия Павленко – первого российского дайвера с ампутацией рук и ног – на глубину 40 метров на Красном море. Этому замечательному достижению предшествовала длительная подготовка: тренировки, переезды, привлечение финансирования и т.д.

За этими активностями стоял человек, без помощи и поддержки которого никакого рекорда бы не было. Ольга, жена Дмитрия, не только поддержала его желание стать дайвером, не только была помощником на тренировках, она тоже стала дайвером, чтобы иметь возможность сопровождать Дмитрия в подводных путешествиях.

На мой взгляд, дайвинг и горные лыжи – самые «семейные» виды активного отдыха. Эти увлечения захватывают семью от мала до велика. Сочетание путешествия с азартным занятием, с общением с природой, с новыми впечатлениями и знакомство с новыми людьми — вот, что объединяет, казалось бы, такие разные горные лыжы и дайвинг. Но есть существенная разница.  Напарник в дайвинге – это не только товарищ по приятному времяпровождению, это – твоя защита, твоя скорая помощь под водой. И спокойнее, когда ты свою жизнь и здоровье доверяешь близкому человеку, члену семьи. Принцип бадди-партнерства, заложенный в дайвинге, как нельзя соответствует продолжению семейных ценностей – ты заботишься о бадди, несешь запас воздуха для него, он заботится о тебе. Вместе вошли в воду, вместе вернулись. Отличный тренинг для семейных отношений, будь то супруги, или «отцы и дети».

Дмитрий является  DDI Open Water Diver со 2-м уровнем необходимой поддержки. Это означает, что он может безопасно погружаться в сопровождении двух взрослых дайверов, один из которых имеет специальную подготовку по сопровождению дайверов с инвалидностью ( PADI Adaptive Support Diver или DDI Assistant Diver). Формирование такой семейной группы поддержки – отличный стимул для Ольги и их дочери Стаси – повышать свою дайверскую квалификацию.

Ольга весьма настойчиво растет как дайвер: в ее логбуке погружения в подмосковном карьере, Средиземном и Красном морях, а в конце лета 2018 года ей предстоит открыть для себя и Черное море. Для того, чтобы следовать за Дмитрием во время его погружения на 40 метров, Ольга прошла специализацию PADI Deep diver. И сегодня ей остался совсем небольшой шаг до программы PADI Adaptive Support Diver – пройти курс первой помощи (EFR Primary and Secondary Care).

Надо сказать, что при организации погружения дайвера с ограниченными возможностями здоровья, есть немало особенностей, которые должны быть учтены. Все вещи не сложные – переодевание, посещение туалета и душа, сборка оборудования, одевание оборудования, бадди-контроль, вход-выход из воды, и т.д. – но они делаются с небольшими отличиями от принятого шаблона. И кто-то должен эти детали учесть, а в особенности отследить их четкое исполнение. Часто это делает сам дайвер, объясняя своим спутникам и дайв-команде, какая помощь ему необходима. Но для безопасности не будет лишним, если за подготовкой погружения проследит и поучаствует в ней, внимательный бадди, обученный ассистент, заботливый человек. Это причина, по которой я всячески агитирую близких (мужей, жен, детей, родителей) дайверов с инвалидностью, тоже становиться дайверами. Они не только получат потрясающие впечатления от подводного мира, не только расширят область совместных интересов, но и обеспечат своему бадди-партнеру внимательное и заботливое сопровождение, как на суше, так и под водой.

Я благодарен Ольге за её рассказ для этой публикации, и предлагаю его вашему вниманию.

Ольга: дайвинг – это то, что  доступно нам обоим.

Первое погружение Дмитрия и Ольги с аквалангом. Бассейн ДК «Альтернатива», инструкторы Алексей Побожаков и Любовь Каспарова. Москва, июнь 2017.

Предложение попробовать себя в дайвинге поступило моему мужу, а я же отправилась на пробное занятие за компанию, имея о дайвинге очень туманное представление. У меня никогда не было знакомых, увлеченных дайвингом, эта сфера была для меня совершенно неизвестной и, может быть, поэтому мысль, что я могу когда-либо стать дайвером, у меня даже не возникала. Но предложение было интересное, неожиданное и, конечно, мне очень хотелось попробовать. И буквально сразу, после первого пробного занятия, мне стало ясно, что дайвинг – это именно то направление, то увлечение, та форма активного отдыха, которая доступна нам обоим. Это очень радовало и привлекало.

Во время курса обучения дайвингу: Дмитрий (DDI Scuba Diver, инструкторы Дмитрий Князев и Алексей Виноградов) и Ольга (PADI OWD, инструктор Сергей Бурыкин) сдают тест по теории. Москва, июль 2017.

Первые этапы обучения для меня были непростыми. Мне было психологически очень сложно сделать первый вдох под водой. Казалось, что надо мной огромная толща воды, хотя глубина на тот момент была всего около метра. Не сразу удалось освоить технику выравнивания давления. Но ни разу не возникла мысль «больше никогда». Хотелось продолжать, даже несмотря на трудности. Постепенно становилось проще и интереснее. Хорошо помню ощущения от первой «серьезной» глубины – 5 метров. Было чувство, что есть прогресс, есть движение вперед. Это придавало сил и уверенности.

Первая открытая вода Дмитрия и Ольги: Спас-Каменский карьер, МО, август 2017.

После завершения курса OWD мы совершили первое самостоятельное погружение во время отдыха в Турции, на Средиземном море. Впечатление от этого первого самостоятельного опыта было хорошим, но, как я сейчас понимаю, это был лишь намек на то, как здорово, интересно и ярко это может быть. И, конечно, этот опыт был еще важен и тем, что мы поняли, что самостоятельное погружение возможно, что есть инструкторы, готовые помогать и учитывать наши обстоятельства. Что нам по сути не требуется создание каких-то сверхособых условий, на которые никто не будет готов.

Встреча с Глубиной на Красном море. Дмитрий проходит курс DDI OWD (инструкторы Дмитрий Князев и Дмитрий Челноков), Ольга – курс AOWD (инструктор Евгений Стрюков). Их дочь Стаси встает на первую дайверскую ступень – Junior OWD. Хургада, ноябрь 2017.

Море великолепно, оно прекрасно всегда, оно восхищает. Не знаю, можно ли к этому привыкнуть и перестать замечать его красоту. Мне почему-то кажется, что привыкнуть нельзя. По крайней мере, люди, которые выходят в море каждый день, также как и я – человек, для которого это новый и нестандартный опыт — восхищались и любовались им. Я не могу сказать, что море пугало.

Итоги ноябрьской экспедиции на Красном море: успешное завершение обучающих программ, сертификация на следующем дайверском уровне. Есть новая семейная команда дайверов, есть новые планы и задачи! Хургада, ноябрь 2017.

Все инструкторы, у которых я проходила обучение, являются профессионалами и прекрасными людьми – яркими, интересными, доброжелательными. Я им очень благодарна за поддержку, обучение и общение. Важными, наверное, являются все те качества, которые и определяют талант педагога – терпение, способность доходчиво объяснить задачу, вселить в ученика уверенность в своих силах.

Мы проходили каждый свой курс с мужем и дочкой одновременно. Нас это очень объединило. У нас добавилось совместных воспоминаний, приятных переживаний. Это очень здорово и ценно. Мы могли в чем-то поддержать друг друга, что-то подсказать, порадоваться друг за друга.

Подготовка к рекордному погружению Дмитрия на глубину 40 метров. Несмотря на тщательную подготовку, чувствуется волнение. Чтобы наблюдать за погружением Дмитрия, Ольга прошла специализацию PADI Deep diver. Хургада, май 2018.

Я считаю это прекрасным проектом (проект «Штурм Глубины», прим. ДК). И масштаб его более значителен, чем может показаться. У него очень важная задача, которая превышает по своей значимости даже установление рекорда. Личные усилия одного человека, помноженные на поддержку сообщества, не просто увеличиваются, они дают принципиально другой результат, переходят на новый уровень человеческих ресурсов. Именно из таких объединенных усилий по решению сверхзадачи получается то, что мы потом описываем, как чудо, проявление безграничности возможностей и т.д.

Я это ощутила на себе. Так, сначала мне, как и многим близким нам людям, это показалось чем-то невыполнимым, может быть даже безрассудным. 40 метров! Это же так много. Стоит ли так рисковать? Зачем? Решение созрело не вдруг. Поверить, что это возможно, мне помогла уверенность самого Димы. Он мне как-то сказал: «Что ты переживаешь, я все сделаю, как надо».

Такие примеры нужны и важны. Может быть, кому-то это поможет открыть в себе новые возможности, посмотреть на свою ситуацию по-другому и реализовать себя в желаемой сфере. Ну а лично для меня, для нас, дайвинг стал интересным и уже любимым увлечением, открывающим красоту подводного мира, дающий знакомства с новыми интересными и талантливыми людьми.

Пройден очередной этап, покорен новый рубеж. Впереди новые горизонты подводного мира. Дмитрий (DDI Open water diver) и Ольга (PADI Advanced OWD) после завершения серии погружений. Хургада, май 2018.

Хочется расти и развиваться. Хочется преодолеть личную неуверенность, которая все равно присутствует в этом все еще новом для меня деле. Хочется достичь того уровня владения навыком, при котором можно быть поддержкой не только себе, но и окружающим. Того же я могу пожелать и дочери – подтянуть технику, почувствовать удовольствие от погружения.
Если нарисовать идеальную картинку, то через некоторое время мне хотелось бы, чтобы мы были единой командой и могли бы погружаться самостоятельно. Я всегда мечтала побывать на океане. А теперь я хочу там еще и понырять!

Дайвинг после инсульта

На фото к статье я знакомлю вас с Ray Woolley  Advanced Instructor BSAC, который по признанию Книги рекордов Гиннесса стал старейшим дайвером на земле. Почетный статус Рэй получил после погружения на рэк Зейнобия (Кипр), которое состоялось 28 августа 2017 года. Это погружение на глубину 38 метров Рэй совершил в 94 года, к тому времени его дайверский стаж составлял 58 лет.

Наверное, большинству из нас хотелось бы подойти к своим 94-м годам в такой же хорошей дайверской форме, как у Рэя. Но наш путь с каждым годом становится все труднее, и все больше ловушек и опасностей нас поджидает. И одна из самых коварных …

это Инсульт

Инсульт является одним из наиболее распространенных сердечно-сосудистых заболеваний. Во всем мире ежегодно происходит 6 миллионов инсультов, из них 450 тысяч – в России. Таким образом, каждые полторы минуты у одного из жителей нашей страны случается инсульт.  Возрастная зависимость заболеваемости инсультом четко прослеживается – после 55 лет его риск значительно повышается, и каждые последующие десять лет удваивается.

Что такое инсульт?

Инсульт – острое нарушение мозгового кровообращение, которое приводит к повреждению и отмиранию нейронов головного мозга. При закупорке кровеносного сосуда тромбом возникает ишемический инсульт, а при разрыве сосуда – геморрагический.

Повреждение и отмирание нервных клеток приводит к утрате и ослаблению ряда функций в организме, например, нарушениям речи и параличу. Некоторые функции со временем восстанавливаются, другие же не удается нормализовать никогда. Большинство пациентов, перенесших инсульт, нуждаются в длительной реабилитации.

Реабилитация после инсульта имеет огромное значение, поскольку, наряду с восстановлением работоспособности, она призвана снизить риск рецидивов заболевания. Ведь, в среднем у 50% выживших после инсульта, в последующие 5 лет наступает повторный инсульт; в первый год его вероятность составляет 10%, после чего каждый год возрастает на 5-8%.

Исходя из анамнеза, у 15% больных инсультному удару предшествовал мини-инсульт или транзиторная ишемическая атака. Однако, эти данные имеют явно заниженный характер, так как большинство перенесших мини-инсульт не обращаются за медицинской помощью, не придавая значения возникшим симптомам. Это связано с тем, что симптомы мини-инсульта проходят самостоятельно в течение часа, максимум 24 часов.
Источник

Итак, поскольку вероятность встречи с инсультом велика, я решил разобраться в этой теме. Почему? Потому что поколение первопроходцев, открывших для россиян массовый дайвинг стареет. И вот, с годами, на фоне плохой экологии и нездоровой пищи, в сочетании с малоподвижным образом жизни и пагубными привычками, к нам приходят болезни. И увы, тогда появляются на Тетисе в разделе «ПРОДАМ» предложения по распродаже дайверского оборудования.

И что же нас подстерегает? Можно ли заранее пройти обследование и получить консультацию о том, как совместить возрастные болячки и приобретенные ограничения здоровья с погружениями с аквалангом. Можно ли погружаться с аквалангом, если был перенесен инсульт?
Результаты моих поисков ответов на эти  вопросы далее, в этой статье.

Могу ли я нырнуть, если у меня был инсульт?
Отвечает эксперт DDRC.

К сожалению, для человека после инсульта заниматься подводным плаванием может быть опасно. И хотя некоторые люди хорошо восстанавливаются, реабилитируются, они нуждаются в медицинском контроле их факторов риска. Каждый человек должен оцениваться строго индивидуально. Вам необходимо связаться с дайвинг-врачем, чтобы обсудить ваш инсульт и что с вами случилось. На этом этапе врач может сказать, что, увы, пора повесить ваши ласты на гвоздь, или порекомендовать заняться дайвинг-медициной.

Есть несколько важных вопросов, которые необходимо учитывать.

Во-первых, часто причиной инсульта являются множество уже имеющихся проблем, например, диабет, высокий уровень холестерина, высокое кровяное давление. На этом фоне от вашего лечащего или наблюдающего врача требуется оценка вероятности повторного инсульта. Если вы находитесь в зоне риска, есть вероятность, что у вас может быть повторный инсульт или иное сердечно-сосудистое событие, такое как сердечный приступ.  Повторный инсульт или сердечный приступ под водой могут быть фатальными.

Во-вторых, если у вас есть остаточные симптомы инсульта, это означает, что ткань мозга была надолго повреждена. У мозга меньше возможностей противостоять новым воздействиями, поэтому в случае декомпрессионной болезни, может привести к серьезной инвалидности. Вам нужно пройти обследование, чтобы узнать свое состояние.

Наконец, некоторые остаточные проблемы инсульта несовместимы с безопасным погружением. Наличие когнитивных проблем, такие как плохая память, затруднение в передаче или обработке информации, означает, что человек не должен снова погружаться.

Посещение врача не гарантирует, что врач рекомендует вам вернуться к дайвингу. Некоторые люди могут вновь заниматься дайвингом, но с ограничениями по виду и условиям доступных для них погружений.

Могу ли я погрузиться, если у меня микро-инсульт?

После микро-инсульта важно пройти последующую медицинскую реабилитацию. Вам понадобятся провести дополнительные исследования и, возможно, вам понадобится операция, чтобы открыть артерии, которые снабжают ваш мозг кровью. Вы не должны погружаться с аквалангом после микро-инсульта, пока вы не попросите совета у своего врача и не пройдете курс дайвинг-медицины до своего возвращения в воду.
Источник

Дайвинг и церебральный сосудистый криз
Мнение эксперта AlertDIVER

Инсульт или ограничение кровоснабжения головного мозга, приводит к повреждению части мозга, к аналогичной травме  приводит кровотечение из кровеносного сосуда в головном мозге. Повреждения бывают разных размеров и форм, и в результате инвалидность зависит от размера и места проишествия.

Готовность к дайвингу:

  • Большинство инсультов происходит у пожилых людей. Сам по себе факт инсульта говорит о том, что у человека повышенное артериальное давление, что означает большую вероятность повторного инсульта или сердечного приступа.
  • Степень инвалидности, вызванная инсультом (например, паралич, потеря зрения), может лимитировать пригодность человека к дайвингу.
  • Энергичные упражнения, подъем тяжестей и использование метода Вальсальвы для выравнивания давления при погружении, все это увеличивает артериальное давление в голове и может увеличить вероятность повторного кровоизлияния.
  • Несмотря на то, что дайвинг сам по себе влечет повышенное парциальное давление и повышенное гидростатическое давление, он не вызывает инсульта.
  • Конечно, есть повышенный риск дайвинга для тех, кто перенес инсульт. Всегда могут возникнуть исключительные обстоятельства, например, такие как кровоизлияние в мозг у молодого человека, у которого дефектная артерия была восстановлена с небольшим остаточным повреждением. Подобный тип лечения может позволить вернуться к дайвингу, но с некоторым риском. Однако, для каждого случая требуется индивидуальное решение: нырять или не нырять, сделанное по рекомендациям лечащего врача, семьи и партнеров по дайвингу. Также целесообразно консультирование невролога, знакомого с дайвингом.
  • Аналогичная озабоченность существует по поводу значительных остаточных симптомов, например, таких как  операции опухли мозга.

DAN Southwest Regional Coordinator Dr. Hugh Greer is a practicing diving medicine neurologist and former Underwater Demolitions Team (UDT) officer.
From the May/June 1999 issue of Alert Diver

Где пройти исследование.
Ищем невролога, знакомого с дайвингом.

Inside DDRC Krug Multi-place Hyperbaric Chamber

Можно было бы продолжать цитирование различных источников, но общая рекомендация сводится к тому, что начинать путь возвращения в дайвинг после инсульта надо с посещения врача. Причем врача, знакомого с дайвингом и влиянием сопутствующих дайвингу факторов на организм человека. У меня нет хорошего совета для российских дайверов, к кому обратиться по этому вопросу. Надеюсь, что со временем ситуация изменится, и соответствующие специалисты и медицинские центры появятся.

Безусловно, что специалисты, медики  должны иметь соответствующую подготовку и опыт. В своей предыдущей публикации о Джеймсе Ниломе, который вернулся к занятиям дайвингом после кровоизлияния в мозг, я упоминал, с какой осторожностью вели Джеймса врачи Лондонского Гипербарического Центра (LDC) обратно под воду. Несмотря на то, что Великобритания весьма «дайверская», ныряющая страна, оказывается, и там не все медики, что называется «в теме». Недаром Джеймс пришел в LDC с приговором на руках от одного из своих врачей, что путь в дайвинг ему заказан.

В аналогичной ситуации оказалась героиня другой публикации  – Anneke van der Werff. У Anneke миопатия, мышечная дистрофия, и она дайвер со стажем – уже 12 лет в дайвинге. Может, это звучит комично, но в начале её пути в дайвинг врач не одобрил её увлечение: «Если на вас нападет акула, вы не сможете себя защитить».  Напрасно Anneke пыталась убедить этого сухопутного врача, что неспособность человека победить акулу не может быть препятствием для занятий дайвингом.

Поэтому искать специалистов надо.  Такие специалисты в Великобритании есть. Специализированные медицинские центры оказывают услуги всем дайверам, желающим проверить свое здоровье, оценить свою готовность к занятиям дайвингом, в том числе, в случае перенесенных заболеваний.

В качестве иллюстрации приведу Diving Diseases Research Centre, медицинский центр в Плимуте. DDRC проводит экстренное и плановое лечение, научные исследования, обучение специалистов и медицинские освидетельствования. Центр имеет в своем распоряжении большую барокамеру Krug на 9 человек,  две многоместных камеры размером поменьше Comex и одну одноместную камеру Perry. Кроме того, в филиале в Уэльсе есть еще две одноместных барокамеры Perry, которые используются для повседневных процедур.

В штате центра 60 сотрудников, в том числе специалисты, имеющие статус Approved Medical Examiners of Divers (AMED), эксперты UK Diving Medical Committee, имеющие право для сертификации  коммерческих дайверов по стандартам HSE .

DDRC рекомендует всем дайверам не уверенным в своем здоровье, тем более перенесшим заболевание, пройти освидетельствование до начала дайверского сезона. Если вы будуте признаны готовым к дайвингу, вам предоставят Sports Diving Medical Referee Form, действительную на определенный период. Некоторым людям разрешается погружаться с аквалангом, но врачем будут указаны ограничения, повышающие их безопасность, такие как ограничение глубины, бездекомпресионный дайвинг или погружения только в теплом климате.

К сожалению, в ряде случаев медицинские показания несовместимы с безопасным дайвингом, и некоторые люди могут быть признаны непригодными для погружений. Врачи DDRS сами являются дайверами и будут стремиться помочь найти способ продолжить занятие дайвингом, если это не превышает границы разумного.

DDRS на своем сайте публикует рекомендации по занятиям дайвингом людям, страдающим или перенесшим те или иные заболевания. Также в центр можно обратиться за консультацией дистанционно, указав в специальной анкете сведения о своем состоянии здоровья и выслав копии необходимых медицинских исследователей. К сожалению, на мой запрос Dr Clair Ashford, Директор по медицине DDRC Healthcare ответила, что все эти сервисы доступны только гражданам Великобритании.

Аналогичные услуги оказывает London Diving Chamber, также по бесплатному консультированию дайверов о совместимости заболеваний и погружений с аквалангом. В том числе по проблемам инсульта.

Список можно продолжать и примерами из других стран – Италии, Германии, Нидерландов, Израиля, Греции, США. К сожалению, у меня нет возможности подсказать вам адрес в России, по которому вы могли бы обратиться за консультацией по поводу дайвинга после перенесенного инсульта. С вероятностью 99,99% ваш лечащий врач порекомендует вам повесить ласты на гвоздь.

Несколько отзывов от дайверов

AlertDiver: Mark Wager (шт. Юта, США) перенес инсульт в 45 лет (2009 год) при драматических обстоятельствах: он был задержан полицейскими по подозрению в управлении автомобилем под действием наркотиков. При прибытии в госпиталь для медицинского освидетельствования выяснилось, что Марк перенес инсульт. После чего он был немедленно доставлен вертолетом в Медицинский центр Университета штата Юта.

Во время реабилитации Марк посещал двухчасовые занятия с аквалангом в бассейне Медицинского центра управления по делам ветеранов в Салт Лейк Сити. Он рассказывал, что сеансы дайвинга укрепляли мышцы его левой руки, левой ноги и всей левой стороны его тела, которую он описал как «бесполезную»  после инсульта.

«Я использую мышцы, которых я раньше не использовал», — сказал Уагер. Дайвинг-терапия была рекомендована ему больничным физиотерапевтом Tonua Hamilton. Физическая терапия, которую он делал, прежде чем начал плавать с аквалангом, поставила его на ноги, но не дала ему улучшения состояния мышц, которое он искал. «Даже через два года у меня было много проблем с ходьбой. Прежде чем я занялся подводным плаванием, мне приходилось носить скобу на ноге, чтобы поддержать её. Теперь мне не больше не нужно носить брекет, потому что я могу использовать мою лодыжку, — сказал Марк.

78-ти летний Larry Cotton погружается в сопровождении инструктора. Это не то, что было раньше, но позволяет ему видеть подводный мир.

BBC : Larry Cotton, занимался дайвингом с 52-х лет, однако после перенесенного в 75 лет (2009 год) инсульта Ларри был вынужден отказаться от любимого занятия.

Не было никакой возможности нырять с кем-бы то ни было. Ведь для этого нужно медицинское заключение, что ты подходишь для дайвинга.
Я понял, что это невозможно. Я ходил к врачам, и он сказал, что я зря трачу свое время, что мне никто ничего не подпишет.

Шанс вернуться под воду появился у Ларри в 78 лет, когда он познакомился со Scuba Trust, организацией, обучающей людей с инвалидностью дайвингу, и организующей для них погружения с аквалангом.

Дайвинг сейчас для меня не совсем тот, как раньше.
Сначала я совсем не мог самостоятельно передвигаться, но после тренировок я смог двигаться вперед сам, и это было очень волнительно.

Первоначально Ларри тренировался в бассейне. Инструкторы погружались с ним и старались помочь ему восстановить состояние комфорта в воде, несмотря на слабость одной стороны его тела. После нескольких сеансов в бассейне, Ларри подписался на погружение в Красное море в Египте.

Это было чудесно. Конечно, я не могу плавать, как раньше, и двое инструкторов должны сопровождать меня под водой.
Я дважды побывал на Красном море, это фантастика. Краски Красного моря не поддаются описанию. Я не думал, что когда-нибудь смогу снова погрузиться.
Если вам нравится находиться в воде, я рекомендую дайвинг – это самое близкое, что мы можем сделать, чтобы испытать чувство полета.

Преимущества дайвинга

Д-р Джон Кинг, Директор по медицине лондонского и мидландского гипербарических центров, считает, что, по возможности, людей с инвалидностью следует поощрять к активной деятельности:

Некоторые болезни, в том числе инсульт, — это изменение жизни и принуждение  изменить привычки, увлечения и любимые занятия.
Многие люди могут обнаружить, что им придется прекратить дайвинг, парапланеризм и т. д., просто потому, что логистически это все становится недоступно, непреодолимо.
Тот факт, что что-то или какая-то часть в нас не работает, как мы бы хотели, не означает, что мы должны позволить всем остальным нашим работающим частям организма отказаться от движения.
Если это означает, что для своего восстановления необходима некоторая модификация того, что было раньше – сделайте это, если это означает, что нужно найти какую-то альтернативу – ищите её.
Действуйте, не ждите помощи свыше.

Дайвинг после кровоизлияния в мозг

Субарахноидальное кровоизлияние (САК, англ. SUBARACHNOID HAEMORRHAGE, SAH) — кровоизлияние в субарахноидальное пространство (полость между паутинной и мягкой мозговыми оболочками). Может произойти спонтанно, обычно вследствие разрыва артериальной аневризмы, или в результате черепно-мозговой травмы. Признаки САК возникают внезапно, без предвестников: начинается резкая головная боль (напоминающая «удар по голове»), тошнота, повторная рвота, часто наступает утрата сознания.

Чаще всего причиной САК является разорванная аневризма. Аневри́зма — выпячивание стенки артерии вследствие её истончения или растяжения. Ослабление стенки артерии приводит к образованию шарообразной опухоли, которая, становясь слабее и слабее, в конечном итоге прорывается, и кровь выливается на поверхность мозга. Это очень тяжелое состояние и обычно смертельно опасно. САК — угрожающее жизни состояние, которое может привести к тяжёлой инвалидизации пациента, даже в случае ранней диагностики и адекватного лечения. До половины случаев САК заканчиваются летальным исходом, 10-15 % больных погибают ещё до поступления в стационар.

Те, кому посчастливилось выжить, из тех менее двадцати процентов, которые пострадали от серьезного кровотечения, обычно остаются с какой-либо формой инвалидности. Потеря движения, трудности речи, проблемы с памятью и хроническая усталость — общие последствия. Восстановление, как правило, измеряется в годах, и остаточные проблемы остаются на протяжении всей жизни.

Журнал Tanked UP поговорил с Джеймсом Нилом (James Neal) о его опыте с САК и его выздоровлении, которое не закончилось до сих пор.

Photo from James’s facebook page

О Джеймсе

Джеймс – PADI IDC Staff & Elite Instructor и SDI/TDI инструктор в Cheltenham Sub Aqua Club, также инструктор BSAC & SAA. Он совершил более 1000 погружений, из которых более половины были после субарахноидального кровотечения. Джеймс является hypoxic trimix diver со страстью к обучению дайвингу на затонувшие объекты (wrecks) и затопленные шахты (mines). Как он сам определяет себя – «ушибленный на всю голову».

Пострадавший от субарахноидального кровоизлияния

У Джеймса была недиагностированная аневризма, предположительно, наследственная, которая разорвалась и вызвала кровоизлияние в мозг 4-го класса. Кровотечение в мозг измеряется уровнями от 1 до 5, при этом уровень 5 смертелен.

Его обнаружила жена, лежащим дома на полу гостиной, 23 декабря 2013 года. Считается, что он был без сознания около 10 часов. Это чудо, что она решила вернуться домой рано утром после выходного. Если бы она не сделала этого, последствия были бы совсем иными. Она позвонила в службу экстренной помощи, и Джеймса отправили в госпиталь Глостер-Ройал, где ему была сделана компьютерная томография. После постановки диагноза — кровотечение в мозг, он был переведен в больницу Frenchay в Бристоле, где в 3 часа ночи ему была сделана экстренная операция, чтобы уменьшить давление, которое нарастало в черепе и угрожало его жизни.

Последующее лечение

Первый этап – оперативное вмешательство, чтобы уменьшить давление внутри черепа. Значительный участок головы Джеймса был выбрит и разрезан, чтобы получить доступ к черепу. Затем через его череп просверлили отверстие, а полые иглы (канюли) были введены в боковые желудочки (полости) головного мозга, чтобы вывести кровь и любую избыточную жидкость, вызванную гидроцефа́лией (опасное осложнение, которое вызывает дальнейшее нарастание избыточной спинномозговой жидкости в черепе в результате того, что вытекшая кровь раздражает поверхность мозга). Если это накопление крови и жидкости не прекратить, результатом станет смерть из-за давления, оказываемого на мозг.

Дальнейшая операция была направлена на то, чтобы закрыть стенки разорванной аневризмы. Эндоваскулярная окклюзия — достаточно новая методика, которая стала использоваться с 1991 года. Катетер вводится через крупные кровеносные сосуды, обычно в бедренную артерию в паховой области, далее проводится в аорту и артерии, кровоснабжающие головной мозг (сонные и позвоночные). После обнаружения аневризмы, в неё вводится платиновое кольцо, способствующее образованию тромба и облитерации. Аневризма по существу блокирована, и это называется «окклюзия».

В дополнение к гидроцефа́лии у Джеймса также развивались дальнейшие осложнения в виде «вазоспазма». Это еще одно опасное для жизни осложнение, вызванное кровотечением в мозг. Вазоспазм сосудов головного мозга (церебральный) – спазм средних мозговых артерий и других сосудов, возникающий как последствие появления патологических новообразований на их стенках. В развившемся новообразовании постепенно скапливается кровь, далее следует разрыв и резкое уменьшение диаметра сосудов. Это лечится путем искусственного повышения кровяного давления пациента, чтобы предотвратить вазоспазм. В случае с Джеймсом лечение должно было проводиться каждые 3 часа, день и ночь, в течение месяца.

Photo from James’s facebook page

Восстановительный период

Восстановление из САК может длиться годами и проходит специфично для каждого индивидуума, так как никакие два кровотечения не совпадают. Ранние этапы выздоровления в первый год очень заметны и почти сразу отмечаются значительные улучшения. Но после этого процесс восстановления, как правило, замедляется и требуется гораздо больше времени даже для самых небольших улучшений. Быстрая утомляемость и проблемы с короткой памятью требуют разнообразных стратегий реабилитации для их преодоления и сами по себе представляют значительную проблему, особенно в случае Джеймса, когда кровотечение вызвало повреждение лобной доли.

Джеймс, во всех отношениях, сделал замечательное восстановление. На первый взгляд случайный наблюдатель и не заметит, что с ним что-то случилось. Тем не менее, проблемы, с которыми он сейчас сталкивается, замаскированы чудесами хирургии «сквозь замочную скважину», поскольку у него нет видимых рубцов на голове, но, помимо других вещей, у него все еще есть продолжающиеся проблемы с утомляемостью и кратковременной памятью.

Дайвинг после САК

Важно понимать, что сосудистая система человека в значительной степени не зависит от давления на глубине, связанного с подводным плаванием. Имеет место необходимость для сердца биться немного сильнее, чтобы прокачивать кровь в конечности, руки и ноги, но это все. Давление, конечно, влияет на воздушные полости тела; легкие, горло, уши, пазухи и т. д., воздух в этих пространствах сжат и находится под влиянием внешнего давления.
Что касается аневризмы, то при условии, что было проведено успешное лечение, нет причин, по которым пациент не должен возвращаться к дайвингу. Конечно, при условии, что человек хорошо прошел реабилитацию, до достаточной степени, чтобы иметь возможность безопасно погружаться. Джеймс смог вернуться к дайвингу после начального 10-месячного периода восстановления.

Также важно понимать, что каждый случай уникален, и каждый случай должен оцениваться по своим критериям и обстоятельствам. Состояние Джеймса оценивали несколько врачей и специалистов, в том числе его нейрохирург, и все согласились с тем, что нырять для него безопасно.

Photo from James’s facebook page

Ограничения дайвинга

С точки зрения перспектив для погружения ограничений нет. Но рекомендация медиков заключалась в том, чтобы вернуться в дайвинг поэтапно, легко, не напрягаясь, выстроить возвращение, как расширенный вариант после длительного перерыва в погружениях. Следуя этой рекомендации, Джеймс сделал стандартное тестирование «Fit To Dive» и провел год, погружаясь для себя. Он стартовал с одного погружения в день, постепенно выстраивая свое возвращение к прежним показателям, как по продолжительности погружений, так и их глубине. После этого он пришел в лондонскую барокамеру, чтобы пройти медицинское тестирование HAS (Health and Safety Executive, британская служба охраны здоровья на производстве), чтобы вернуться к инструкторской деятельности. Оценку здоровья Джеймса делал доктор Оливер Ферт, директор по медицине London Diving Chamber, которому был предоставлен полный доступ ко всем медицинским данным Джеймса, и который знал всю историю его болезни.

Когда Джеймса спросили об этом, он ответил: «Д-р Оливер Ферт во всем поддерживал и поощрял. Порой это было отчаянно трудно. Иметь «Доктора Оли» на своей стороне было полезно чрезвычайно, особенно, учитывая тот факт, что мне изначально сказал один врач, что дни моего дайвинга, вероятно, закончились!»

Год спустя, после экзамена HAS, Джеймс спросил своего врача о том, чтобы двинуться в тримикс и выйти за пределы рекреационного дайвинга. Путь ему был открыт, но решили все же подождать еще два года, прежде чем Джеймсу приступить к курсу тримикс. Он так рассказывает об этом: «Вначале я был просто счастлив вернуться в воду, потом я был рад вернуться к преподаванию, и после этого я пошел за своим статусом элитного инструктора PADI и аттестацией IDC Staff. И хотя, это был не главный приоритет, но я был очень взволнован, когда все получилось».

Прочие проблемы

У Джеймса есть то, что фактически является скрытой инвалидностью, «невидимой болезнью». Хотя он не из тех, кто ищет чье-либо сочувствие, он замечал, что «Одну вещь я обнаружил во время битвы за свою жизнь: друзья действительно были. Но меня шокировало то, что я подвергался дискриминации, когда я начинал вставать на ноги.
В первые дни, когда я не мог защитить себя или правильно объяснить свое состояние, несколько мерзавцев воспользовались этим.
На ум приходит старая поговорка о том, каково это — ударить лежачего. Были времена, когда я чувствовал, что должен носить повязку вокруг головы, чтобы обозначить свою инвалидность, просто для пользы от некоторых невежественных людей. Поразительно, я до сих пор чувствую, что мне пришлось пройти, и до сих пор есть небольшая группа людей, которая продолжает дискриминацию!»

Photo from James’s facebook page

Заключительные вопросы

Кривая улыбка появилась на лице Джеймса, когда его спросили, о его текущих проблемах. По его мнению,  маловероятно, что люди действительно поймут проблемы, с которыми сталкиваются выжившие САК, если они сами не выжили при САК или инсульте, или близки к таким выжившим, или работают в медицинской сфере.
«Люди не могут понять, чего они не видят. Это ежедневное напряжение, с которым я сталкиваюсь, особенно необходимость совладать с усталостью, что само по себе физически истощает. Как и все «защитные механизмы», на которые я полагаюсь.

Мне может потребоваться в пять раз больше времени, чем остальным, чтобы что-то сделать, для меня сложно что-либо организовать, а некоторые вещи вообще становятся слишком трудными. По ходу дня я начинаю становиться «капризным», потому что усталость меня изнашивает. Я считаю этот аспект самым трудным. Люди, которые не знают меня или понимают мое состояние, думают, что со мной трудно, что я стал грубым или сердитым, когда на самом деле это совсем не так, мне просто нужно отдохнуть.

Меня особенно напрягает невербальное общение. Я не чуствителен к тонким намекам, сигналам которые подают люди. Это, как правило, сложно понять для другого человека, но я просто не знаю об этом, не замечаю их. Точно также я прямо говорю, что я думаю, но не все готовы оценить эту прямоту!» Он смеется.

Джеймсу также необходимо тщательно продумывать логистику выполнения определенных вещей. Например, поездка на выходные и обратно потребует дополнительного времени и потенциально дополнительных затрат. Возможно, потребуется включить в маршрут несколько остановок или остаться на ночь и вернуться на следующий день. Ему нужно будет заранее убедиться, что он хорошо отдохнул и, если необходимо, воздержаться от дайвинга, если он не уверен, что справится с этим.

Планы на будущее

Мы спросили Джеймса, каковы его будущие планы по дайвингу, и он сказал: «В настоящее время я стремлюсь к сертификации Master Instructor PADI. Я бы хотел достичь этого не для кого-либо другого, а для своего эго. Честно признаюсь,  это не для того, чтобы похвастаться или что-то еще, просто для моего личного удовлетворения, чтобы знать, что я сделал то, что всего несколько лет назад казалось для меня невозможным».

«Я также надеюсь получить квалификацию Курс-Директора SDI. На протяжении многих лет Марк Пауэлл очень помогал, и я очень его уважаю и благодарен ему. (Mark Powell – TDI Instructor Trainer and a member of TDI’s Global Training Advisor Panel) Он дал мне возможность стажироваться у него, учитывал мою борьбу с усталостью, делая все возможное для продвижения, когда я был способен на это. Я понятия не имею, сработает ли это в конечном счете, возможно, нет, но я намерен сделать все от меня зависящее. Еще мне бы очень хотелось стать TDI Instructor Trainer, но это может оказаться слишком далеким шагом, скорее всего, мне понадобится на это несколько лет!»

Марк недавно сказал мне: «Ты просто продолжаешь делать то, что делаешь». И пока я вообще не представляю, что я делаю, это мне кажется хорошим советом, поэтому я буду продолжать это делать и, надеюсь, что все сложится!»

История логотипа Open Water Challenge

    • избегал сближения к графическими стереотипами, связанными с понятиями «помощи» и «милосердия» – парящие голуби, ветви с листьями, ветвящиеся деревья, поднятые в небо ладони – поскольку проект не об этом;
    • сигнализировал, что проект связан с дайвингом, подводным плаванием;
    • он должен был быть прост в воспроизведении, масштабируем, лаконичен;
  • и самое сложно реализуемое – он мне должен нравиться.

Надо признаться, я не дизайнер, у меня есть некоторые навыки работы с CorelDraw и Photoshop, но профессионалом я себя не считаю. Но главной проблемой было для меня отнюдь не мастерство владения графическими программами, а нахождение образа, который соответствовал моим целям. Первой моей удачей в поисках решения стало знакомство с Accessible Icon Project.

Accessible Icon Project

Проект Accessible Icon Project — это непрерывный процесс по дизайнерской активности, которая затрагивает и социальные отношения. Он отталкивается от графического образа свободного для использования в общественном достоянии и продолжает свою работу вплоть до выстраивания сотрудничества людей с ограниченными возможностями здоровья и их союзников в целях создания более доступного мира.

Традиционный знак доступности — один из самых узнаваемых в мире. Многие видели его, но преподаватель Гарвардской высшей школы дизайна Сара Хендрен уверена, что по-настоящему к нему никто не присматривался:

«Нынешний символ пассивен. Руки и ноги похожи на механические детали робота. Спина неестественно прямая. И вообще на этой картинке больше обращаешь внимание на коляску, чем на человека. Люди с инвалидностью давно уже демонстрируют равенство своих прав, участвуют в общественной жизни. И мы считаем, что окружающие должны привыкать смотреть на них по-новому».

Автор нового дизайна и руководитель проекта Accessible Icon Project, Сара Хендрен, говорит, что её целью было создать символ того, что люди не просто живут с инвалидностью, а живут активно:

«Новый дизайн символизирует активность — человек на коляске будто находится в движении, именно в этом виде внимание сосредоточено на человеке, а не на коляске. Мы ставим целью не просто заменить знак, а изменить отношение к нему».

Идея, сама концепция Нового Знака Доступности увлекла. Проект OpenWaterChallenge также задуман с целью изменения представления о доступности мира для людей с ограничениями здоровья. И прежде всего, их собственного представления о своих возможностях.  Я принял New Accessible Icon как символ OpenWaterChallenge, именно под этим знаком проводилась первая акция проекта – Wheelchair Scuba Ride (весна 2015, Хургада).

Собственно, своего логотипа проекта, как такового, еще и не было: к New Accessible Icon был добавлен хештег #OpenWaterProject и работа пошла: на фото футболка пилота проекта Wheelchair Scuba Ride с вышитым New Accessible Icon и хештегом Open Water Challenge. Идеологически все выдержано, но чего-то дайверского явно не хватало. И на помощь пришел Diver down flag.

Diver down flag

Внизу дайвер! — морской флаг, предназначенный для предупреждения окружающих о том, что с судна, вывесившего флаг, осуществляются подводные спуски.  Лодки, суда и иные водные транспортные средства должны находиться на безопасном расстоянии от судна, поднявшего такой флаг.

Существует две версии: международный морской (международное кодовое обозначение буквы ‘A’) и красно-белый флаг (красный с белой диагональю), изобретённый Дензелем Джеймсом Докери и введенный Тэдом Никсоном в 1956 году.

Международный морской флаг «Альфа»

Флаг Международного свода сигналов A (ALFA): Я спустил водолаза, соблюдай дистанцию и проходи на малой скорости.

Использование флага «А» на судах, спустивших водолаза оговорено также и в «Конвенция о международных правилах предупреждения столкновении судов в море 1972 года» (МППСС-72). Там же говорится о том, что на малых судах этот флаг изготавливается в виде жёсткого щита высотой не менее 1 м, должны быть приняты меры к тому, чтобы обеспечить круговую видимость этого флага (щита).

Дайверский флаг. Дензелель Джеймс Докери уволился из ВМС США 16 августа 1949  и решил заняться бизнесом в сфере дайвинга. Поначалу, как бывший военный, во время погружений в Великих Озёрах Докери использовал красный флаг «Baker» (с 1957 года называется «Bravo»), применяемый в ВМС США. Но этот флаг не был признан гражданским водолазным сообществом. Тогда Дензель решил произвести модификацию: он попросил свою жену, Руфь Эвелин Карлсон, пришить белую полосу на красное полотнище. Изначально было решено разместить полосу горизонтально по центру флага. К сожалению, возникла проблема — оказалось, что это национальный флаг Австрии. Нужно было придумать что-то другое: вертикальная белая полоса тоже была отвергнута, так как получался сигнальный флаг «Seven». Подумав, они решили сделать диагональную полосу. Руфь пришила полосу от верхнего левого угла до нижнего правого. Так был рожден водолазный флаг.

В 1956 году Тэд Никсон из компании «U.S. Divers» стал национальным дистрибьютором нового флага. В сентябре 1957 года журнал «Skin Diver» рассказал о флаге в передовице и попросил читателей высказаться о дизайне. В феврале 1958 года обсуждение было завершено и журнал объявил «Мичиганский водолазный флаг» выбором читателей. Докери продолжил работу по официальному признанию флага в родном штате и добился успеха: Мичиган стал первым штатом в США, принявшим закон о водолазном флаге.

Красный флаг с белой диагональной полосой хорошо знаком дайверам. Поэтому я решил соединить New Accessible Icon c узнаваемым дайверским символом, «зацепившись» белой полоской флага за вырезы в колесе коляски на знаке доступности. Оказалось, что хештег #OpenWaterChallenge стал менее читаем на фоне флага и спустя некоторое время я отказался от его использования на логотипе проекта.

С 2016 года логотип OpenWaterChallenge приобрел окончательный вид. Он удобен в использовании, достаточно узнаваем, содержателен информационно. По крайней мере, у меня нет дискомфорта в работе с ним.

Надеюсь и вы подружитесь с OpenWaterChallenge 🙂